с дядей Петром Аленке: - Видите? Это мама сделала! Из нашей земли! Аленка, осторожно потрогав гладкую поверхность, прошептала: - Тёплая… - От солнца, - пояснил Ярик важно. - Нет, - покачала головой девочка. - Сама по себе тёплая.

Вечером, когда суета улеглась, Зоя стояла у открытой двери гончарни. На полках ждала своего часа посуда. В тайном углу, накрытые тряпицей, лежали два черепка-первооткрывателя. У них получилось. И это значило, что путь выбран верно. И это значит, что впереди их ждет еще много интересного.

Глава 29

А жизнь в Заречье, тем временем, и вправду забила ключом. После успеха с глазурью деревня гудела, как огромный улей.

Анфиса, как и обещала, пришла помогать Зое в гончарню. Они сидели на низких табуретах и покрывали горшки глазурью при помощи кистей из конского волоса, связанных Елисеем.

Кисть мягко скользила по шершавой поверхности, оставляя мутные, бархатистые мазки. Анфиса, не привыкшая к таким деликатным движениям, сначала ворчала:

- Тонкая это работа… для белоручек. Кисть так и норовит вывернуться, убежать от меня, и пальцам неловко. Но уже через час её движения стали увереннее, тоньше, ровнее, и лицо потихоньку разгладилось. - Ничего, приноровлюсь. Видишь, как красиво получается? Я и тонкости могу, видишь, Зоя? Лишь бы товар был на зависть всем! Зоя лишь улыбалась, радуясь успехам.

Первый слой глазури они закончили наносить к полудню, после Анфиса побежала кормить детей, а Зоя, наспех пообедав, отправилась к бане.

Там, в облаках едкого пара, хозяйничала Светлана. Зоя остановилась рядом, у большого котла. Шёл самый ответственный этап - варка мыла по новому, сложному рецепту, который Зоя выведала из глубин памяти и теперь, затаив дыхание, проверяла на практике.

- Значит, так, - начала свой урок Зоя, а Светлана, сдвинув брови, ловила каждое слово. - Щёлок ты выварила за шесть часов. Вижу, отстоялся, чистый. Теперь самое главное: на три кувшина этого щелока - один килограмм жира.

Они вылили золотистый, прозрачный щёлок в медные котлы, добавили жир и развели под котлами огонь.

- Итак, теперь доводим до кипения и уменьшаем жар, - наставляла Зоя. - Мешать нужно без перерыва. И так часов шесть-восемь. - Восемь часов мешать? - Светлана посмотрела на весло, будто впервые его увидела. - Да у меня руки отвалятся, испугалась она. - Сменяться будем, успокоила её Зоя. - Но мешать нужно, без этого никак. Иначе ничего не получится. Жидкость в котле начала тихонько булькать. Ужасно пахло щёлоком и топлёным жиром. Сначала масса была жидкой и мутной. Потом, через несколько часов помешивания она начала густеть, мутнеть ещё сильнее, на поверхности появилась белая пена. Женщины приходили, сменяли друг друга. Каждой хотелось поучаствовать, никто не отказывался. - Смотри, - Зоя указала на пену. - Начинается процесс омыления. Щёлок и жир соединяются. Пришло время делать отсолку. На кувшин воды нужно две ложки соли, не больше. Высыпай, мешай. Соль, брошенная в котлы, произвела маленькое чудо: масса стала расслаиваться. На поверхности всплыли белые, рыхлые хлопья, похожие на пушок, под ним загустевало зернистое, более плотное мыло, а на дно ушёл тёмный, отработанный щёлок. - Ух ты, - прошептала Светлана, зачарованно глядя на процесс. - Разъединилось… - Так и надо. Этот «пушок» снимем, - Зоя аккуратно собрала его деревянной ложкой в миску. - Он для уборки хорош, не пропадет добро. А вот это, - она ткнула пальцем в густую массу, - наше будущее мыло. Но его ещё надо «докрутить».

Они сняли котлы с огня и оставили массу остывать. Домой возвращались уставшие, уже далеко за полночь.

Утром Зоя первым делом побежала на свою «мыловарительную фабрику», как она ее про себя называла.

Светлана уже была там, дожидаясь. Зоя показала, как натереть застывший мыльный пласт на тёрке. Стружка получилась мелкой и пушистой, похожей на снег.

- А теперь, - сказала Зоя, и в её глазах зажегся озорной огонек, начинается второй круг!

- Эту стружку снова ставим на огонь и варим в щелоке, и опять проводим отсолку. «Пушка» уже не будет, выйдет чистое мыло.

Так они и сделали. Второй этап занял ещё полдня. Но когда масс застыла и Светлана вынула готовый, однородный, мыльный пласт, её лицо озарила победная улыбка.

- Вышло… - выдохнула она. - Похоже на правду.

- Это ещё не всё,