Привет, — сказал Игорь.

— Привет, — откликнулся мальчик и поднял синие глаза.

Очень внимательно рассмотрел гостя с ног до головы. Задержал взгляд на коробке. Снова уставился прямо в незнакомое лицо.

— Я Алёша, — сказал он. — А ты от Деда Мороза? Ты принёс от него подарок? Или ты сам молодой Дед Мороз?

Игорь хотел сказать правду, но она почему-то комом застряла в горле, и, пока этот ком таял, Алёша успел прошептать:

— Дед Мороз, а я — приёмный. Меня из детского дома забрали. А до того, как я в детдом попал, меня совсем не любили.

— Кто? — ахнул Игорь.

— Папа и мама. Они меня били и не кормили. Если ты Дед Мороз, то подари мне поезд. Пожалуйста! Я тогда на нём поеду к новому папе Егору в его ледяную избушку на Северном Полюсе.

Игорь прокашлялся. На пороге появилась тётя Люба с белыми от муки руками. Она всплеснула ими, и мука маленькими облачками взвилась в воздух.

— Ну, ты чего, Алёша! Испугал человека до потери пульса! Игорь, не обращай внимания. Всё у нас хорошо. Папа у нас в командировке на полигоне на Новой Земле. Просто Алёша за него переживает.

— Папа не в командировке, — изрёк Алёша и снова начал ковырять фигурку Снегурочки. — Он в больнице лежит. У него операция. Ты бабе Вале сказала, я слышал.

Тётя Люба побледнела. Руки её снова всплеснулись, но как-то неуверенно, словно понарошку. И мука с них не обсыпалась.

Игорь помолчал, глядя на стриженую макушку мальчика. Повернул к себе коробку, которую до сих пор не отдал. Положил на пол и присел рядом.

— Знаешь, что в этой коробке? — спросил он тихо и прижал к губам палец.

— Что?

— Поезд.

Алёша встрепенулся. Фигурка Снегурочки замерла в его пальцах. Игорь заторопился. Он распаковал железную дорогу, всё собрал, установил на рельсы вагончики, воткнул в рельсы адаптер, в розетку — блок питания и протянул Алёше пульт.

— Включай. Теперь этот поезд твой.

Алёша взял пульт, осторожно провёл по нему пальцем.

— Ну, — бодро сказала тётя Люба, — поехали, что ли? А то у меня на кухне аресты протестантов начнутся! И тогда никакого пирога!

Алёша нажал кнопку. Игорь напрягся: поедет или нет?

Поехал!

— Ура-а-а! — закричали мальчишки.

— Ура-а-а! — поддержала тётя Люба.

Алёша следил за движением локомотива и вагонов и радостно смеялся:

— Теперь я уеду с Дедом Морозом в его ледяную избушку! Там папа Егор!

Игорь обернулся на тётю Любу и увидел на её щеке белую полоску муки. Серые глаза влажные.

Женщина поманила его на кухню.

— Сейчас руки вымою и отдам тебе деньги, — произнесла она едва слышно.

Игорь прислушался к звукам поезда, которые воспроизводил машинист Алексей — ту-дух, ту-дух, ту-дух, ту-дух, — и подумал: «Разве я могу взять эти четыре тысячи, когда тут ТАКОЕ? Конденсатор дяди Володи… Пирог тёти Кати… Они за просто так помогли. А папа вообще больной для меня старался: вон как у него руки тряслись. А я что — хуже, что ли? Подумаешь, самокат… Я его потом куплю, ко Дню защитника Отечества. Это будет не новогодняя, а… солдатская мечта».

— Это подарок, — сказал Игорь. — Я же молодой Дед Мороз, я подарки не продаю, а дарю. — И вернулся в комнату с ёлкой.

Алёша обратил к нему счастливое лицо.

— Ты придёшь ко мне в гости? — спросил он.

Игорь кивнул:

— Обязательно приду. Обещаю. Но только если ты не уедешь с Дедом Морозом в ледяную избушку.

Алёша серьёзно кивнул:

— Не уеду. С мамой останусь. Папа Егор скоро приедет. Куда ж вы теперь все без меня?

Игорь улыбнулся. Пора домой. В прихожей его ждала тётя Люба. Она держала… самокат! Почти новый, сине-чёрный с белыми узорами. Как и мечтал Игорь!

— Это тебе, — сказала она. — Наш подарок на Новый год.

— От Деда Мороза? — прошептал Игорь. Душа его млела. Ему хотелось кричать от восторга!

— Конечно, от Деда Мороза! — рассмеялась тётя Люба, обняла его и поцеловала в щёку.

Белая сказка. Анна Макаренко

Давным-давно это было…

Уже и не помнили люди, почему красивая голубая планета по имени Земля покрылась глубокими снегами, а моря и океаны сковало прочным толстым льдом. Кое-где укутанные сугробами, спали глубоким сном невысокие ёлочки. Из крупных диких зверей остались только медведи, редко покидающие ледяные берлоги. Птицы прятались в снежных гнёздах, прижимаясь друг к другу, пытаясь согреться, изредка взлетая и охотясь на зазевавшихся леммингов. Эти мелкие пушистые зверьки не боялись суровых морозов и умели находить себе еду в любое время года.

Всё по-настоящему оживало, когда появлялось белое солнце и его еле тёплые лучи скользили по ледяной поверхности земли, немного отогревая её. Кромка льда у самого берега моря подтаивала, истончаясь, и людям удавалось запастись рыбой, чтобы пережить длинную холодную ночь. Солнце меж тем неспешно прокатывалось по небу и пряталось за горизонтом, а земля вновь погружалась во тьму до следующего восхода светила.

Да и людей-то осталось совсем немного. На почти непригодной для жизни планете научились выживать только те, кто сумел пройти тяжелейшие испытания холодом и голодом. Среди них уже не осталось никого, кто помнил сам или слышал легенды о том, какой была Земля, пока не покрылась снегом и не замёрзла. О том, что на ней раньше было всё необходимое для жизни: чистая вода, разнообразный животный мир, красивые растения и полезные ископаемые. Люди прошлого постигали новые вершины, изобретали и строили новую технику, изучали свою планету и стремились покорить космос, слушали музыку и писали стихи.

За многие века выжившие забыли всё, чем так гордились их предки. В непостижимо далёком прошлом остались наука и культура: в постоянной борьбе с суровой природой некогда было учить детей счёту и грамоте.

Но всё это долгое время люди были на планете не одни. За ними присматривал седовласый Посланник. Кто он и откуда появился на Земле, было неведомо. Люди, жившие у северного моря, пришлись ему по душе.