под ложечкой. На глаза навернулись слёзы.

— Что с тобой, девочка?

Пришлось выдумывать причину накрывшей с головой ностальгии по упущенным возможностям.

— Мама болеет. Вы не могли бы заехать к ней в гости?

— Конечно! — Тамара Петровна обернулась к мужу: — Гриша, ты должен помочь девочке! Выпиши пропуск, чтоб могла прибежать к тебе напрямую в сложную минуту.

Григорий Афанасьевич свёл брови, разглядывая жену, явно что-то обдумывая. Он стукнул ладонью по лбу с возгласом:

— Вспомнил, где я вас видел! — Указательный палец направлен в грудь рыжеволосой гостьи. — Вы пытались попасть на приём без записи и пропуска! Мы столкнулись на выходе. И вы просили меня помочь пройти внутрь.

Поля замерла с вилкой у рта. Во рту божественно кисло-сладко и новость, как взбитые сливки надежды.

— Не можете точно сказать, когда это произошло? Хотя бы год. В тот день не я пыталась пройти в здание СКР, а моя сестра, — она качала головой, понимая, что все сведения о Феофанове правда. — Мы с ней одной крови, а я даже не знаю, живая или нет Инга…

Тягостная тишина затянулась на пару минут.

— Как одной крови? — Удивление генерала и его жены требовали объяснения. Пришлось рассказать первопричину поисков. Генерал отреагировал первым:

— Я сразу понял, что вы говорите о себе. Не стал бы Марсель беспокоить меня из-за незнакомки.

— Простите! Я переживаю за маму. Эта новость её убьёт.

— Не переживай! Никто ничего не узнает.

— Девочка, на тебя такое свалилось. Не каждая выдержит. За что нам тебя прощать? Значит, Феофанову что-то от тебя нужно?

— Папа всегда считал Олега Петровича стеной, способным поддержать в сложный момент, а он…

— Быть надёжным тылом и действовать за спиной — совершенно разные вещи. Ещё неизвестно почему он всегда крутился возле вашей семьи. За счёт чего непотопляемый Феофанов сделал карьеру? Может, спасательным кругом для него был ваш дядя?

Сплошные вздохи и переживания. Днём чувствовала себя свободной, а теперь опять вытирала сопли, вспоминая ушедших родственников. Поменять в один день мнение о близком семье человеке на сто восемьдесят градусов неприятно.

— Теперь уже не узнаем, — она пожала плечами. — Оказал услугу и получил в руки предмет для шантажа?

— В правильную сторону мыслишь, девочка!

— Странно всё. Дядя не настолько трепетно относился к маме, чтобы ради неё терпеть подонка.

— Порой подонок в услужении очень удобен. Всю грязь за тобой уберёт. Что мы имеем? Двадцать один год назад ваша сестра пыталась пробиться на приём. Думаю, она узнала, кто настоящий отец и пришла за подтверждением.

— Мог Феофанов упрятать её в психушку?

— Конечно! Она живой компромат. Неудобная для всех соучастников подмены… — Генерал ненадолго вышел и вернулся с записной книжкой. — Мне нужны данные вашей сестры. Имя, дату рождения вы знаете. Время, когда её могли забрать тоже. Попробую поискать по своим каналам.

Возвращались домой в приподнятом настроении.

— Если генерал пообещал, что найдёт твою сестру — так и будет, — Адеев улыбался. — Осталось тебе получить развод!

Звонок Дениса напомнил ещё об одном важном деле.

— Мама, документы готовы. Завтра на девять ноль-ноль назначено собрание акционеров, а следом совет директоров. Ты должна быть в форме!

Глава 43

— Может, всё-таки поедешь ко мне? — Марсель целовал холодные пальчики, наслаждаясь тактильным контактом. — Помассирую тебе ноги перед сном.

Полина с улыбкой смотрела на хитрого котяру.

— Только спать не придётся… — Тепло разливалось по телу, собираясь в горячую спираль в животе. Пришлось отодвинуться на безопасное расстояние. — Терпи, дорогой, как делаю это я. Без отметки в паспорте я не лягу с тобой в постель.

— Хоть сейчас! — жадный взгляд гулял по желанному телу. — У меня несколько разных печатей. Только скажи, какая из них нравится больше?

В серых глазах искрился смех.

— Та, что ставят в ЗАГС-е.

Адеев изобразил обиду.

— Ты живёшь прошлым.

— Хочешь мой омоложенный вариант? Отбей у Силаева.

— Терпеть не могу тупых женщин! Ты заметила, что разговора о её беременности больше нет?

— И пьёт как лошадь! — Поля покачала головой. — Хороший развод дурака. Нужно задать этот вопрос Стасу.

До двух часов ночи разрабатывали с Денисом стратегию поведения новоиспечённой бизнес леди. Поля бегло прочла бизнес-план на год.

— Толковый план. Надеюсь у вас… — она запнулась. Если не ассоциировать свою жизнь с холдингом, ничего не получится. — То есть, у нас всё получится.

— Можешь не сомневаться! Вместе с моими, у нас шестьдесят шесть процентов акций, и хорошо проработанная стратегия.

— А у Яны? — стоило заранее узнать, что может попасть в когтистые лапки Алины.

— Три процента. Подарок отца на восемнадцать лет.

Цифра небольшая на первый взгляд, но, если перевести в средства… Очень приличная сумма, которую конечно захочет прибрать к рукам самозванка.

— У нас теперь холдинг? — придётся обучаться азам, чтоб не быть номинальной фигурой в совете.

— И что? Отец подарил Янке пятнадцать процентов самого успешного предприятия. Переводи на стоимость акций холдинга.

Приходилось признать то, что раньше считала нормальным.

— Иногда мне кажется, Стас не делает ни единого шага, не продумав выгодные для себя последствия.

Денис кивнул.

— Так и есть! Видела бы ты, с какой тщательностью он каждый раз выбирал для тебя подарки.

— Тогда почему появилась Алина? — в сотый раз заданный себе вопрос рвал мозг, почти оставив в покое сердце.

Что мог ответить мальчик, всего пару раз испытавший чувства похожие на любовь, если у женщины с жизненным опытом отгадки нет?

— Сам не понимаю. Конечно, она напоминает тебя молодую. Настолько накрыла страсть? Просчитался?

Тонкие пальцы массировали виски.

— Или мы чего-то не знаем… — Ощущение, что упускает что-то важное, не отпускало.

Денис обнял хрупкую фигурку главной женщины в жизни. Большие ладони гладили узкую спину.

— Всё будет хорошо, мам. Ложись, отдыхай. Встретимся утром.

С недавнего времени Полина перестала закрывать окна спальни портьерами. Ворчала со сна, но не меняла положение тела, а наслаждалась теплом настырных лучей. Солнце било в лицо, не позволяя долго валяться в постели. Его не волновало, выспалась ты или разбита ночными кошмарами.

Смартфон надрывался вызовом, отказываясь униматься после двух сбросов.

— Это кто так настойчив? — пришлось открывать глаза. — С добрыми новостями в это время никто не звонит… — Хватило взгляда на экран, чтоб внутренне содрогнуться. — Крепись, Поля.

Можно сбросить настойчивый вызов, но вдруг что-то случилось? Бодрым голосом висельника проговорила в микрофон:

— Доброе утро!

— Для кого доброе, а кто-то уснуть всю ночь не мог, размышляя над твоей подлостью.

Поля вздохнула. Когда-нибудь перестанет быть виноватой? Пришлось включать заботливую мать:

— Напрасно мучилась. Стакан молока с ложкой мёда всё исправил бы.

— Даже вернул бы тебе совесть?

Смешок сорвался