мог простить, когда узнал, сколько я за ремонт имения отдала. Потому как он пошёл договариваться о строительстве казармы, и вернулся, даже ругать меня пытался. Я было на Кузьму обернулась, он же мне советовал, а тот убежал.

Я, вспомнив это, вздохнула. Бухгалтер называется.

— Научусь, Иван Иванович, учитель у меня больно хороший

— Да? — удивился капрал, — и кто же?

— Жизнь.

* * *

На следующий день, старосту Мирона, взяли тёплого, из постели вытащили. Обыскали его дом, ничего особо не нашли, а потом, то ли кто-то подсказал, то ли сами догадались, дом его сына обыскали. И там в подполе, нашли и серебро столовое, и подсвечники бронзовые, и даже сундук с тканями.

У Ивана Ивановича было подозрение, что и староста, и эти его «партизаны» были завязаны в убийстве брата Фаины. В лесу нашли схрон, там было и оружие, всё это собрали и отправили в Екатеринбург, не стали вызывать людей Пришельцева, капрал решил, что сам отвезёт, и лично поехал сопровождать.

Нас оставил под присмотром Азата, второго его соотечественника, Юсуфа, которого всё же на службу взял, и двоих из своей четвёрки, ну и братья Тимохины, конечно.

А мне даже задышалось спокойнее. Хотя и было впечатление, что не всё так просто.

Между тем, этим же днём до нас добрался Иван Киреев.

«Вот, — подумала я, — и ещё один учитель, будет мне помогать разбираться с тем, куда и как я деньги трачу.»

Устроили его пока во флигеле. Разрешила ему с дороги передохнуть, но он такой активный сразу за бумаги схватился и весь вечер сидел, только к ужину и вышел.

Выводы он сделал примерно такие же, как и я, только сказал, что суммы, которые я назначила за аренду земли крестьянам в два раза ниже нынешних расценок. Оказывается, в империи тоже была инфляция.

— Зря вы так, Фаина Андреевна, крестьяне не оценят, а вам убытки, — сказал мне мой новый управляющий.

— Но что же делать? Я же уже слово своё сказала, — если честно, какое-то было чувство внутри, что неправильно это будет, если я сейчас всё переиграю по стоимости аренды земли

— Если вам некомфортно, — медленно произнёс Иван, будто бы одновременно пытался просчитать варианты, что можно сделать ещё, и вдруг лицо его посветлело и он сказал, — давайте добавим продукты.

Я удивлённо посмотрела на молодого человека.

— Вы же сейчас у них покупаете, а мы их обяжем определённое количество с каждой деревни вам сдавать, — пояснил Иван

— Так это оброк какой-то получается, — вспомнила я «школьную программу»

— Да, — согласился Иван, — а почему нет, по закону вы землевладелец, можете брать деньгами, можете продуктом, воля ваша

Это решение пришлось мне по душе. На том и порешили.

На следующий день Иван сам поехал в Екатеринбург, забрав у меня все карточки, которые у меня, как у настоящей деловой дамы, собрались.

Обещал по лавке всё проверить и обсудить с Елисеем окончательную смету на ремонт и подготовку помещения, людей поискать, и законника.

— Что-то здесь не так, Фаина Андреевна, — сразу сказал мне Иван, когда я рассказала ему про ситуацию с матушкиным долгом, — по закону, если предъявляется долг, то вы, как лицо, принявшее наследство после того, как были совершены займы, имеете право опротестовать.

Я так обрадовалась, что это, видимо, отразилось у меня на лице. И Иван, испугавшись такой бурной радости, немного «опустил меня на бренную землю»:

— Но я не законник, Фаина Андреевна, могу и ошибаться.

В общем Иван укатил в город, а вечером кучер вернулся один и пока мы не успели испугаться передал записку от Ивана:

«Фаина Андреевна,

Простите великодушно, сразу не подумал оговорить, на завтра назначил встречу с работниками для лавки, нужно быть мне там рано, поэтому остался в городе. Двуколку отпустил, вдруг вам понадобится, если что вернусь с почтовой каретой.

Елисей передаёт вам поклоны и здравия желает.

Иван Киреев»

Прочитав письмо, я вздохнула: «Неужели повезло и появился человек, который половину забот с моих плеч снимет?»

И тут же пришла другая мысль: «А как же Алексей Порываев без такого помощника? Наверняка от сердца оторвал».

И отчего-то тепло на душе стало, когда подумала, что скоро увижусь с ним.

Но скучать в ожидании было некогда, мы с Верой занялись разработкой средств для красоты, и я совсем забыла про приглашение в оперу.

Глава 26

Но скучать в ожидании было некогда, мы с Верой занялись разработкой средств для красоты, и я совсем забыла про приглашение в оперу.

Поэтому оказалась совсем не готова к тому, что за мной прислали карету. Вместе с каретой было письмо от Раисы Леонтьевны, о том, что она приглашает меня в свою ложу.

А сопровождали карету несколько офицеров в белоснежных мундирах.

Смотрелось потрясающе. Приглашала Раиса Леонтьевна не только меня, но и Веру. Вера, конечно же сразу отказалась, и платья-то у неё нет, и некогда ей, эксперимент в процессе, за ним по часам следить надо.

А на мой вопрос, как я одна с офицерами поеду?

Вера сразу же и ответила:

— Фаина Андреевна, так они же отряд охраны, ездите же вы со своей, и ничего.

Я представила себе как выглядит выезд с моей охраной, в основном состоящей из кряжистых седых отставников, и как выглядит этот, что ни офицер, то красавец. Особенно, конечно, выделялись двое, возможно, потому что я их знала.

Штабс-капитан Пётр Орлов и ротмистр Айдар Диваев. Один был весь, как с иголочки одет, и даже когда он снял фуражку, то стало видно, что и волосы у него уложены волосок к волоску, а второй почти такой же, вот только сверкал чёрными восточными глазами так, что у половины женского народонаселения в имении сердца быстрее забились.

Иван Иванович только головой укоризненно покачал, когда увидел гарцевания, которые устроили Орлов с Диваевым на площадке перед домом.

— Вот же, опосля них потом придётся газон править, — потирая усы недовольно сказал старый капрал.

— А что, барышн… Фаина Андреевна, прости старика, оговорился, — хитро сверкнул глазами капрал, — пусть Азат с Юсуфом покажут этим добрым молодцам настоящую джигитовку?

Идея мне понравилась, правда времени было не очень много, если уж идти в оперу, то при всём параде, а не взмыленной с дороги врываться, с развевающимися за спиной всклокоченными волосами.

Я кивнула, мне отчего-то и самой хотелось посмотреть, как отреагируют офицеры, если кто-то будет лучше них.

Капрал позвал Азата и что-то ему сказал. Тот какой-то молнией впрыгнул в седло и подъехал к гарцующим и, явно рисующимся