Его губа дернулась, обнажая клыки, и по суровому и ледяному взгляду я сразу поняла, что врунья из меня так себе.

В этот момент со стороны долины раздался высокотональный писк, словно призыв к действию, и Айвен моментально напрягся. Отвлекся и поднял глаза вверх, осматривая окрестности и принюхиваясь к запахам, которые нас окружали. Мы стояли с подветренной стороны, и он мог легко учуять тех, кто мог приближаться к нам по направлению от клановых земель.

— Время пришло, — мрачно произнес Айвен и посмотрел внимательно на меня. — Ничего не бойся, Нереа, и не геройствуй. Всё идет так, как задумано мной. Просто верь мне, птичка. Договорились?

Я медленно кивнула, и меня затопило облегчением. Мне было важно знать, что у меня есть защитник, и отчего-то я ему и правда верила. Он потянул меня в сторону долины, вниз по склону. Я уже слышала приближающийся вой и судорожно спросила, желая утолить любопытство до того, как здесь образуется хаос.

— Что имел в виду Свайн? Он назвал пицен моей тетей?

Айвен не ответил мне. Остановился на краю спуска и протянул мне ладонь, помогая спуститься. Первой реакцией было желание отшатнуться и пройти вперед самой, но судя по его цепкому и предостерегающему взгляду, за такое мне могли надавать по попе.

— Привыкай, птичка, — шепнул он мне вслед, когда мы оказались в долине.

Голос его отдавал хрипотцой, выдавая его собственное волнение, но мне было не до рефлексий. Я побежала вперед, завидев около алтаря Керука и Свайна. Последний вызывал у меня настороженность. Бета стаи, он всегда был заодно с альфой. Именно от него на моей спине красовались белесые шрамы от ударов плети.

Я дернула плечами, желая сбросить с себя возникшие фантомные ощущения боли, но воспоминания не стереть одним лишь желанием. Они отравляли разум, заставляли меня настороженно относиться ко всему, что сейчас происходило вокруг.

Я повернула голову вбок и увидела, что трое кицунэ стояли внутри клетки, в которой вчера днем держали Айвена. Это было странно, но я прикусила язык, ощущая, как на коже дыбом встали волоски. В силу вступала девятая лунная ночь. Слишком мало времени, чтобы сбежать, но это уже было неактуально. Те, кого я хотела вызволить из плена, сами прыгнули в пасть волкам.

Добраться до алтаря первой мне не позволили. Айвен крепко обхватил меня поперек талии и перехватил на подлете.

— Не спеши, птичка, иначе я могу заревновать. Мы же ведь этого не хотим?

Вкрадчивый голос, вибрирующая грудная клетка, рычащие нотки. Всё это вкупе посылало мурашки по моему телу.

— К кому? — задала я глупый вопрос. — Керук — друг.

— Я знаю. Но скоро он станет половозелым самцом, способным к оплодотворению, и это заставляет моего волка нервничать.

Я вдруг будто наяву представила, как зверь ходит вокруг меня и скалится, бьет по земле хвостом, взметая вверх пыль. Метит территорию, отгоняя потенциальных конкурентов.

От собственного воображения у меня застучало сердце, вспотели ладошки и по груди вниз к животу разлилось тепло.

— Он младше, и он мне как брат, — прошептала я.

Я будто оправдывалась. Не знаю, зачем, но это было важно. Я получала удовольствие от мужской ревности и его собственнических замашек.

— Поговорим об этом позже.

Мы остановились около клетки, но кицунэ смотрели в другую сторону, вели между собой безмолвный разговор. От них вопреки ожиданиям веяло не раздражением и напряжением, а спокойствием и будто бы равнодушием. Впрочем, это было обманчивае восприятие.

Я подняла голову, заглядывая в глаза Айвену и решаясь, наконец, вызнать правду до того, как сюда подойдут остальные члены стаи. Я их еще не видела, но прекрасно чувствовала, что в нашу сторону направлялись агрессивно настроенные самцы.

— И о пицен тоже? — спросила у него, поджимая губы.

— Что ты знаешь о своей матери, Нереа?

Тыльная сторона его ладони коснулась моей щеки, и я сдержала инстинктивное желание потянуться за ней следом. Хотелось заурчать и закрыть глаза, наслаждаясь незамысловатой, но такой редкой для меня лаской. Господи, Нереа, держи себя в руках, он и так благодаря нюху знает о твоем желании, держи хотя бы лицо.

— Она была человеком, подбросила меня после рождения отцу, больше я ничего не знаю, — пожала я плечами.

Мои знания о ней были скудными. Бабушка Тея, мать отца, почти ничего не знала о ней, а отец Титус злился каждый раз, когда я заводила с ним эту тему. Так что после сметри бабушки я больше никогда не спрашивала у него ничего про мать. Слышала лишь от него претензии, что я слишком на нее похожа — поведением, повадками, внешностью, разным цветом глаз, что он считал особенным грехом.

— У волколаков не бывает разного цвета глаз, — произнес Айвен и поднял мой подбородок вверх, вынуждая меня задрать голову. — Это особенность сильфид**, коренных жителей северо-восточных земель империи Кедлар. Твоя мать была сильфидой, и судя по пицен, сильфидой леса. Ты ведь замечала, что именно среди деревьев у тебя прибавляются силы? Разве он тебе не благоволит?

— Да, — выдохнула я, с жадностью слушая всё, что он мне сейчас говорил.

— Твоя тетя — сильфида, и судя по выводку цикад, который вскоре вылупится, она находится в плену уже двадцать лет, — кивнул мне за спину, где пицен продолжала восседать на плече Свайна, который чертил на ритуальном капище какие-то неведомые мне символы.

— То есть моя мать тоже была… Отец взял ее силой?

Мне было тяжело осознавать реальность, хотя я уже давно знала, что Титус — не благородный волк, а равнодушный и циничный архей, жаждущий больше власти и влияния. И если даже меня он готов отдать на откуп в угоду достижения цели, не стоит удивляться, что жизнь каких-то сильфид не имела для него совершенно никакого значения.

— Этого мы не узнаем, птичка, но сегодняшняя ночь будет решающей.

— А Свайн? Что вообще происходит? Я думала, вас напичкали ядом, вы ведь не могли освободиться, и я решила, что…

— Тише, — его палец коснулся моих губ, заставляя меня замолчать. — Он один из нас. У него свои интересы в этой ситуации. Не бойся, этот яд подействовал всего лишь в первый раз, мой организм приспособился, так что больше я не оставлю тебя в опасности.

— Если вы больше не в плену, мы можем убежать. Керук знает брешь в куполе, там немного охраны. Но нужно поспешить, они близко.

Я посмотрела в сторону темного мертвого леса, слыша приближающиеся к нам голоса.

— Нет, Нереа, мы останемся здесь. Если не уничтожить эпицентр проблем, червоточина будет шириться,