раздался звонок в дверь, я открыл и увидел на пороге улыбающегося Ярцева с распростертыми объятиями: «Влад, я тебя очень люблю!» Золотой был человек.

«Зенит-2» – это бесконечные поезда, автобусы, рейсовые самолеты и обшарпанные раздевалки в регионах, наша команда стала отправной точкой для многих пацанов, мечтавших о профессиональной карьере. Я тоже в шестнадцатилетнем возрасте жил в общежитии, проигрывал зарплату в наперстки, имел в гардеробе два спортивных костюма, объездил Коломну, Мытищи, Тверь. Но когда в восемнадцать лет Борис Аркадьевич Копейкин поставил меня в основной состав ЦСКА, мне было абсолютно все равно, отремонтирована ли раздевалка и работает ли туалет. Главное – играть.

Перед тренерским штабом «Зенита-2» ставили задачу готовить футболистов для первой команды. При Виллаш-Боаше сезон в основе заканчивали Богаев, Шейдаев, Палиенко, Чернов, португалец в одном из последних интервью поблагодарил нас за молодых футболистов, достойно выглядевших в премьер-лиге и в Лиге чемпионов. Но у каждого молодого футболиста своя судьба. Выступавший в молодежной сборной вместе с Головиным Шейдаев сменил футбольное гражданство, хотя я его от этого всячески отговаривал. Богаева подвели травмы, Палиенко столкнулся с серьезной конкуренцией. Тем не менее ребята не затерялись в профессиональном футболе. Самым талантливым футболистом того поколения я считал вызывавшегося в юношескую сборную России Данилу Ящука. В 2016 году в «Зенит-2» привезли Антона Зиньковского. Зина, как мы ласково его называли, был сформировавшимся футболистом, но, выбирая между ним и собственным воспитанником Ящуком, я сделал выбор в пользу последнего. На вопрос руководства клуба о перспективах Зиньковского я отвечал так: гарантий дать невозможно, за парня надо платить, на флангах атаки в главной команде играют Халк и Данни, в «Зените-2» развивается бесплатный Ящук. Я до сих пор чувствую вину за то, что не смог достучаться до обладавшего неординарным дриблингом и высокой скоростью Ящука. Он ошибался сам, на мой взгляд, наворотила дел его мама. Тем не менее по-прежнему считаю, что при прочих равных условиях приоритеты должны отдаваться собственному воспитаннику, платить деньги можно только за футболиста с гарантированной перспективой, обладающего не только определенным набором качеств, но и сильным характером, устойчивой психикой и обязательно пользующегося поддержкой и пониманием со стороны семьи. Тимур Гурцкая упрекал меня в том, что я не разглядел талант Зиньковского. Но Антон вернулся в «Чертаново», поиграл в «Крыльях Советов» и «Спартаке», сейчас выступает за «Сочи». Играл бы Зина в «Зените»? Спорный вопрос, да и говорить о том, что Зиньковский вырос в топ-мастера, мы пока тоже не можем. Антон замечательный парень, с которым у меня сохранились очень теплые отношения, но, на мой взгляд, ему пока не хватает характера, чтобы заиграть на уровне сборной.

При мне немного поиграл в «Зените-2» шестнадцатилетний Ваня Обляков. В феврале 2016-го в четвертьфинале Кубка ФНЛ с «Шинником» нам не хватало состава, вот мы с Игорем Симутенковым за двадцать пять минут до окончания встречи при счете 1:2 и выпустили на поле совсем юного Облякова. Основное время завершилось вничью, 2:2, стали определять пятерку пенальтистов. В воротах у нас играл Саша Васютин, в поле ребята постарше Облякова. Спрашиваю: «Кто пойдет пробивать?» Первым поднял руку Ваня, потом вызвался кто-то еще, остальных пришлось назначать. Серию мы проиграли 3:4, не забили Шейдаев и Палиенко, реализовали попытки Ящук, Мильдзихов и Обляков. На следующий день на тренировке я упрекнул опытных футболистов:

– Шестнадцатилетний пацан не побоялся взять ответственность на себя и забил, а вы спрятались в кусты. На кону стояли хорошие деньги, у вас в карьере предстоит еще много таких встреч, делайте выводы.

Всегда мечтал играть в основе «Зенита» Даня Круговой. Мы ненадолго пересеклись в «Зените-2», Круг прошел через аренды, вернулся, но в Санкт-Петербурге фактически все время просидел под Дугласом Сантосом. Как-то в СКК на турнире Полпреда мы пробовали схему с тремя защитниками, Даню на второй тайм выпустили на позицию левого центрального со следующей установкой: «Круг, тебе не надо переходить середину поля, там есть кому подключаться, вот твоя зона». У парня родители на трибуне, эмоции через край, идет пятая минута второго тайма, Круговой лезет в чужую штрафную. «Круг, у тебя какая задача?» – кричу ему с бровки. Тот машет руками: «Николаевич, я понял!» Проходит еще пять минут, Круг уже во вратарской соперника. «В чем дело?» – ору на него. «Я по ситуации». Ну, садись на замену. Круговой чуть ли не в слезы, но я спокойно объясняю: «Даня, история очень простая: если во взрослом футболе пару раз не послушаешь тренера, прав он, не прав, то присядешь основательно. Это мы сейчас ограничимся беседами, там никто воспитывать не станет, а если еще и агент с тренером не совмещен, то вообще играть не будешь».

Перед игрой с «Казанкой» в Черкизово дали установку прессинговать, но строго-настрого без нарушения правил. На двадцатой минуте мимо соперника пролетает Шамкин и умышленно фолит. Даня – талантливейший парень, самый молодой автор забитого мяча в ФНЛ, на трибунах родители, девушка, но мы его тут же меняем. Парень в шоке, но мы тем самым даем понять, чем может обернуться нарушение игровой дисциплины во взрослом футболе. К сожалению, многие талантливые выходцы из Академии, попадав в горнило ФНЛ, не смогли переступить через себя, хотя были и другие примеры, самый яркий из которых Андрей Мостовой.

Меня сняли с должности главного тренера «Зенита-2» и вместе с Кержаковым назначили советниками президента клуба, молодежку и вторую команду приняли Саша Горшков, Костя Зырянов и Анатолий Викторович Давыдов. «Зенит-2» неудачно начал сезон, проиграв восемь матчей из девяти. В этот момент мне позвонил один из самых влиятельных людей российского футбола:

– Влад, планируем вернуть тебя тренером в «Зенит-2».

– Надо – возвращайте, – ответил я, – но на живое место не пойду.

– Решим. Ты отдаешь себе отчет в том, что команда скорее всего вылетит из ФНЛ?

– Да.

– Понимаешь, что все шишки посыплются на тебя?

– Конечно. Результат не в приоритете, верно?

Я вернулся в команду, с заместителем спортивного директора «Зенита» Вячеславом Малафеевым мы начали искать возможности для усиления. Так в Санкт-Петербурге появился Андрей Мостовой. Мы прошли сборы, Мост возмужал, окреп, стал более уверенным в себе, хотя адаптация к другим требованиям ему давалась непросто.

– Николаевич, я не умею играть в одно касание, – сетовал в разговоре со мной Мостовой.

– Футболистов, играющих в касание, десятки, – отвечал я, – окей, будешь хорош в подыгрыше и всю карьеру проведешь в ФНЛ. Но если научишься пользоваться своими козырями, скоростью, обводкой, то со временем заиграешь в «Зените» и в сборной.

Мост на меня так посмотрел, мол, о какой сборной идет речь,