с ритма, запуталась в шаге. Рик словил за талию, прижал к себе и закружил. Он не даст ей упасть.

— Спасибо, — говорит, а щёки заливаются румянцем.

Не идеальная, но такая родная — хочется наклониться и поцеловать. Удостовериться, что всё наяву.

— Ваше величество…

— Боже!

— Король!

И мир переворачивается с ног на голову. Визгливо обрывается музыка. Влюблённые замирают. Рикардо оборачивается — отец на троне бледен. На губах кровь.

Отрава?

— Лекаря! — кричит кто-то из придворных.

Всё кружится перед глазами, Рик видит только бледное лицо отца. Холод обжигает кожу, реальность бьёт на отмашь. Принц выпускает ладошку Вержаны и мчится к отцу. Шаг, второй, третий… Почему бальный зал такой большой? Во рту горечь…

Он протягивает руку — всего секунда, но именно этого мгновенья не хватает. Пальцы галисийского монарха безвольно повисают.

— Нет! — выдыхает Рикардо, а сердце… Его будто нет… Вырвали из груди, осталась только боль, что режет нутро.

— Король умер, — слышится позади голос канцлера. Рикардо оборачивается: рослый здоровяк с бакенбардами стоит в окружении личной гвардии и прожигает наследника взглядом. — Да здравствует король! — затем бескровные губы изгибаются в самодовольной ухмылке.

Рик безоружен. Пальцы сжимаются в кулак. Будь у него хоть что-то… Хоть скрепка — он бы…

— Ри-и-ик? — раздаётся с другого конца зала голос Вержаны. Странный, ломкий, а от интонации по коже ползёт лёд. Страх захлестнул горло, спеленал по рукам и ногам. Один поворот головы, но казалось — миновала вечность. Его любимая в окружении священнослужителей. И они все в алом, будто испачканы в крови…

— Ведьма не может быть королевой! — заявляет верховный, а его оскал напоминает голодную гиену.

Ведьма? — эхом разносится вокруг. Придворные переглядываются, осеняют себя священными знаками.

Галисийский король… Если бы он был жив… Эти коршуны не посмели бы…

— Женись на моей дочери, тогда королева останется жить, — ухмыляется канцлер.

Вержана смотрит на него, а в глазах — слёзы. Всего секунду назад она улыбалась, а теперь… Нет! Так не должно быть! Что делать? Рик сжал пальцы в кулак. Предать её? Предать их, чтобы сохранить ей жизнь…

— Зови его! — распорядился, глядя в глаза Вержику.

Кивок — и в тронном зале сгущается воздух. Рогатая и могущественная тьма ступает в королевскую обитель. Пожирает золото, заставляет ковры и гобелены рассыпаться в прах.

Сердце холодеет. Так не должно быть… Принц моргнул — и темнота разлилась вокруг. Повеяло затхлым воздухом, спустя секунду к нему добавился запах ржавого металла.

— Смерть! Смерть! — доносились отовсюду крики. — Убить нечестивца!

Рикардо встряхнул головой, огляделся. С неба сыпался пепел. Воздух пропах горечью костров, а Галисийская столица лежала в руинах. Принц стоял у разрушенного дворца, венец тисками сжимал голову.

Чёрную одежду трепал ветер.

— Отдайте приказ, мой король, — перед ним склонился… Кто? Человек, зверь или фейри? Даже не понять. Площадь заполняли люди, лица всех перепачканы странными… языческими символами.

Рикардо огляделся.

Застучали барабаны, и под дробь на площадь вывели десяток людей. Принц мазнул по лицам. Канцлер… глава священнослужителей… Генералы, верные галисийскому трону… И все грязные, избитые, связанные по рукам и ногам. Побеждённые… Сломленные.

— Отдайте эту падаль… нам… фейри! — попросил странный незнакомец и улыбнулся, оскалил чёрные, как иглы, зубы.

Канцлера первым поставили на колени. Он словил взгляд Рикардо и одними губами прошептал:

— Ты разрушил наследие отца… Стоило ли оно того?

Фейри склонился над поверженным противником, раззявил пасть… Будто собирался отобедать. Рикардо чуть не стошнило, а следом мир завертелся перед глазами.

— Добро пожаловать! — над ним склонился сероглазый тип и улыбнулся очаровательнейшей клыкастой улыбкой.

Риккардо шарахнулся, свалился с кресла и тогда узрел толстый и длинный хвост у незнакомца. Дурно стало теперь и наяву. Парень попытался нащупать меч, а его нет.

— М-да, неплохо тебя на эмоции раскрутили, — резюмировал фейри, щёлкнул пальцами — хвост исчез, лицо обрело человеческие черты.

— Да, ладно... Чуть-чуть мечты и страхи подстегнул, — проворчал кто-то за спиной. — Двести лет до человека дотянуться не мог, а тут такие эмоции. Как удержаться-то?

— Ё-ба-сан?

— Расслабь булки, парень… Всё, что ты видел, — наваждение. Чего вы сюда без Вержи полезли? С головой не дружите? Или новых ощущений захотелось? И как? Понравилось?

Агнес

Темнота вспыхнула и расцвела сотней ледяных кристаллов. Пол и стены — всё вокруг сковал лёд. Даже на вид обжигающе холодный. Облачко пара сорвалось с губ кронпринцессы.

Её похитили фейри? Девушка оглянулась — она в просторной комнате, без окон и дверей. Вокруг лёд и ни единого намёка на выход.

Да, разве так можно? Она принцесса! Наследница престола…

Тёплые сапожки покрылись льдом. Агнес прошиб пот, она сделала шаг, а обувка в ответ осыпалась крошевом. Холод опалил пятки, девушка дёрнулась, но деваться-то некуда — вокруг ледяная клетка.

Надо было слушать святого отца! — с досадой пронеслось в голове. Ага, задним умом все хороши.

— Есть здесь кто-нибудь! — выкрикнула принцесса, растирая плечи и переступая с ноги на ногу, но холод пробирался под платье, сковывал чёрную ткань, инеем покрывал дорогое кружево. — Нет, нет, нет, только не это! — выдохнула и замерла неподвижно, а эхо разнесло её возглас в каждый уголок ледяной клетки.

Лёд замерцал на одной из стен, и там отразилось лицо из прошлого. Графиня Стенли… Улыбчивая, с мягким голосом и убойной харизмой, её симпатии находились на стороне королевы. Агнес хорошо помнила чертовку: та сладеньким голосочком лоббировала интересы Иоланты, даже увела из свиты троих дворян. Оставлять лису при дворе Агнес посчитала опасным. Один приказ — и графиню застигли в объятиях женатого мужчины. Подстава, не первая и не последняя. Репутация леди разлетелась вдребезги, и графиня отправилась в дальнее поместье.

— Ненавижу! — заплаканное лицо леди Стенли виднелось сквозь толщу льда. Она стояла в сером платье и глядела на роскошный дворец. — Когда-нибудь я отомщу!

Лёд обжигал босые ступни, мороз кусал за щёки и за плечи. Агнес же сгорала от стыда. То был первый раз, когда кронпринцесса грубо избавилась от неприятельницы. Жёстко, но эффективно,