Во время совещания на мобильник звонит Настя Горнорудова. Оказывается, барышня нынче в Будовске — приехала по родовым делам, как она выразилась. Может, за аномальным мясом, а может, на меня посмотреть и сделать доклад для матушки. И, конечно, Настя хочет встретиться. Ну я и зову ее в гости на обед, чтобы быстрее разобраться. Как раз до этого времени успеваю заглянуть в офис «Энергосинтеза» и пообщаться с Кирой.

— Пищевая белковая продукция будет небольшой в силу ограниченности ресурсов, — замечает некромантка, поглаживая нежить-попугая у себя на плече. Было бы что там гладить — одни кости. — И поэтому баснословно дорогой. Надеюсь, кто-нибудь купит, — вздыхает она, выдав истинные эмоции.

— Ну что еще за упаднические настроения, — усмехаюсь я, коснувшись руки Киры. Мое действие явно не понравилось попугаю, вот как косится пустой глазницей, ну и к черту его. — Укажем в составе мясо рогогоров, немного прорекламируем продукт, — и будут продажи. Сейчас у дворян уже сформировался агрессивный спрос на мясо зверей, так что сметут и смеси из их молочной сыворотки. А в перспективе наша рогогорская ферма вырастит в агрохолдинг, будет больше молочной сыворотки и сможем немного скинуть цену. Как там, кстати, дела в профилактории? Роды научились принимать?

— Да, София там рулит, — улыбается обнадеженная Кира. — Уже сама приняла трех телят, да и вообще из фермы не вылезает — натаскивает ветеринаров.

— Ну ничего себе, — радуюсь и я новому выводку. — Как быстро коровки созревают. Слушай, если экстраполировать темпы рождаемости на полгода-год, то нам стойл-то не хватит.

— Да, уже закладывают новый фундамент под еще один коровник, — приятно радует предусмотрительная некромантка. — Я распорядилась.

Ну и славно. Чем больше у нас аномальных телят, тем я богаче. Скоро, похоже, стану молочным магнатом, хе. А также сметанным царем.

На радостях зову Киру домой на обед. Заслужила трудяжка. Если бы не нежить у нее на плече, то я бы почаще звал некромантку на совместные бизнес-ланчи. Но тупая костяная птица постоянно у меня что-нибудь стаскивает с тарелки.

На обед собираются много кто — Лакомка, леди Барбара с кузеном, даже София прибывает из фермы. Антонина Павловна сейчас в школе, как и Лена, как и Мария Федоровна, только я один злостный прогульщик, эх, надо хотя бы завтра заглянуть на уроки. Вообще хотел сегодняшний день посвятить медитациям для контроля Демона, но куда там, столько всего навалилось.

Когда прибывает Настя, оборотница немного офигевает от малинника в моем доме. Особенно тагильскую барышню поражает парфюмерная знаменитость леди Барбара, ну и ослепительная красота Лакомки не остается без внимания. Альва сегодня надела очередную шляпку, как обычно.

— О, леди Лариса, — еще до начала трапезы Барбара улыбается усевшейся рядом альве. — Вы снова в шляпке.

— Ненадолго, леди, — мягко отвечает Лакомка, глянув на меня.

— Возможно, вы уже знаете, — беру я слово. — Недавно я участвовал в операции по спасению горного Алабмаша.

— Даниэль, даже в Лондоне уже слышали о «призрачном сити», — кивает Барбара. — Значит, ты один из тех героев?

— Верно, — киваю, затем указываю на Лакомку. — И Лариса как раз оттуда. Еще очень давно я спас ее из Алабмаша, а спустя время моя информация помогла Охранке вернуть город целиком. Раньше это было секретной информацией, но теперь Ларисе больше незачем таиться. Лариса, можешь снять шляпку.

И Лакомка снимает головной убор, и все удивленно смотрят на ее уши. Настя пораженно хлопает глазами. Да и остальных девушек тоже новость застигла врасплох. Что ж, маски, вернее, шляпки сброшены, и одной проблемой меньше.

Затем Лакомка, глянув на Настю, делает наш секретный жест. Я незамедлительно ныряю альве в сознание.

«Что случилось?» — мысленно спрашиваю.

«Мелиндо, у твоей гостьи включен артефакт» — мысли Лакомки немного встревоженные.

«Да, фонит псионикой он знатно» — соглашаюсь небрежно.

«Значит, ты сам уже почувствовал? И ничего не делаешь?» — удивляется альва.

«А смысл? Я могу сделать Настя замечание, но она просто скажет, что артефакт необходим для поддержания ее здоровья или еще для чего-то подобного, — объясняю. — По-моему, намного лучше тайно подключиться к артефакту и перенаправить его куда мне нужно»

«О, узнаю своего озорного мелиндо» — через стол Лакомка весело смотрит на меня, и никто, кроме нас, не понимает истинный смысл ее улыбки.

Артефакт же у Насти, правда, псионический. Это какой-то сканер, и он явно направлен на сбор данных о конкретном человеке. Вот только я уже «включил» василиска, и его ментальную скользкость этой игрушке никак не обойти.

Не вижу смысла злиться на Настю. Оборотница просто верная дочь своего рода. Мама велела — и она покорно выполняет. Близко подпускать к себе эту добрую, веселую и красивую девушку, конечно, не стоит, но и рвать контакты с Горнорудовыми тоже лишнее. Слишком уж они полезные, чего только стоит один фолиант об Астрале.

Поэтому после обеда мы с Настей уединяемся в моем кабинете. Усаживаемся в креслах в уголке для отдыха и пьем чай.

— Даня, не могу не заметить, что у тебя в доме поразительно большое число женщин, — улыбается оборотница.

— Это еще не все домочадцы прибыли, Насть, — тоже улыбаюсь. — Было бы больше.

Настя смеется.

— А Лариса из Алабмаша твоя…кхм, наверно, о таком неприлично спрашивать, — одергивает себя оборотница.

— Почему? Мы же с тобой друзья, — замечаю. — И ответ на твой вопрос: да, Лариса — моя безвенница.

— Понятно, — кивает барышня, ничуть не смутившись. — Что ж, ты заслужил. Спасти целый город — великий подвиг, — на мой внимательный взгляд Настя улыбается. — Пускай по телевизору расхваливают успешную операцию Охранки, но мы с мамой точно знаем, кто настоящий герой, Даня.

— Спасибо за признание, — киваю.

Еще немного поболтав, мы расстаемся, а я наконец ухожу в подвал медитировать. Всё время разговора с Настей Бехема так и рвался наружу, будто чувствовал рядом симпатичную девушку. Причем один раз Настя даже насторожилась, волчье чутье не пропьешь, но потом вроде успокоилась.

* * *

— Ну что, дочка? — в нетерпении спрашивает по телефону Жанна Горнорудова.

— Мама, артефакт не показал ничего странного, — Настя отвечает со вздохом. Ей совсем не нравится шпионить за Даней, человеком, спасшим ее мать, но приказ родительницы есть приказ.