только мыслями о мести и не готов был отказаться от этого вот так, по щелчку пальцев.

Спорили они не менее получаса. Наконец, их запал иссяк, они сбавили обороты, некоторое время говорили спокойно, а потом вдруг обнялись и долго стояли так не шевелясь.

Мы терпеливо ждали! Им нужно было самим разобраться в этом, переварить ситуацию, обсудить всё до последних подробностей и деталей, так, чтобы не осталось никаких недопониманий и недоговорённостей. Нужно было пройти все стадии до полного изнеможения, чтобы в сухом остатке было только выстраданное, но единственное решение вопроса.

Наконец, они вернулись к нам.

— Мы согласны, — единственное, что сказала Жара.

Большего и не требовалось. Не были нужны никакие уточнения, обсуждения и детали. Мы их попросили отойти в сторону, а они согласились. Всё!

— Спасибо! — сказал я.

— Но мы никуда не уходим, — на всякий случай добавил Феникс, — если что-то пойдёт не так, подайте знак, мы вмешаемся.

— Но договор нужно соблюдать не временно, а всегда, — сказал я, надеясь, что они не просто собираются переждать, пока мы сделаем дела, а потом вернуться к прежней жизни, — иначе это жульничество.

— Я понимаю! — сказал Феникс, — мы даём слово, что до изменения условий будем придерживаться нашей договорённости и перестанем атаковать гору в Сокольниках и её обитателей.

— Спасибо! — сказал я, — это правильный выбор.

— Прощайте, — сказала Жара, — мы, пожалуй, полетим домой.

— Если услышите моё пение поблизости, это значит, я пытаюсь вас найти, — сказала вдруг Сирин, — но это так, на всякий случай. Вдруг нужно будет что-то сообщить?

Я посмотрел на неё и одобрительно кивнул.

— Хорошо, мы это учтём, — сказал Феникс.

— Удачи вам! — сказала Жара.

Они скинули куртки.

— Интересно, как вы будете им доказывать, что выполнили свою часть сделки? — сказал Феникс, после чего они с женой обернулись.

Обращение, а точнее, трансформация у них происходила довольно быстро, практически неуловимо. У некоторых существ это целый процесс, но птицы, как я заметил, обычно меняют ипостась практически мгновенно.

Жара вспыхнула пламенем, едва приняв облик птицы.

Феникс подхватил лапами куртки, они взмыли вверх и стремительно улетели в ту же сторону, откуда прибыли. Мы долго провожали их взглядом, пока они не стали снижаться и не потерялись среди домов.

Это было умно, не приземляться сразу туда, куда нужно, а сначала снизиться, чтобы издалека не было видно пункт назначения.

— А действительно, как мы будем доказывать? — спросила Амина.

— Снегурочку этот вопрос тоже волнует, — сказал я, — но мы никак не будем. Просто, скажем, что проблема решена. Пусть они доказывают, что это не так. Я сразу сказал, что не собираюсь приносить им головы как подтверждение.

— Шаг сделан, — философски проговорил Топор, — и, как всегда, сделан Аликом хорошо. Подтверждение сделки, это следующий шаг. Вернёмся в парк и там посмотрим, поверят они нам или нет.

— Не как всегда, — сказал я, — далеко не как всегда! Я часто ошибаюсь.

— Все ошибаются, — пожала плечами Амина, — это ничего не меняет. Но процент попаданий у тебя значительно выше, чем промахов. Баланс положительный. Ну что, потопали вниз?

И мы потопали. Сирин, конечно, пешком не пошла, зато смогла предупредить всех о том, что мы возвращаемся, и скоро нужно будет отправляться.

То, что нам нужно будет идти обратно в парк, было известно с самого начала, однако когда выяснилось, что сделать это нужно будет прямо сейчас, такая новость энтузиазма ни у кого не вызвала.

— Опять в холод! — кутаясь в шубу, недовольно сказала Фая.

— Как вы вообще зимы раньше переносили? — удивлённо сказал я, — это же несколько месяцев холодов!

— Здесь как будто какой-то другой холод, — сказала Зоя, — он какой-то… мёртвый, что ли? Хотя не мне, конечно, об этом говорить!

— Во-во! — поддержала её Фая, — трудно это объяснить, но этот холод какой-то особенно неприятный.

— Ну, вообще-то, не обязательно идти туда всем, — задумчиво сказал я.

— Нет, нет, нет! — тут же дала заднюю Фая, — я совсем не это имела в виду! Надо, значит, надо! Просто не хочется, неприятно, но лучше пойти всем. Разделяться точно не стоит. Во-первых, здесь тоже холодно. Во-вторых, кто знает, что может случиться и кто нам может ещё встретиться? Лучше держаться вместе!

— С этим я совершенно согласен! — сказал я.

Обратный путь занял меньше времени, потому что дорожка уже была «протоптана». А точнее, расчищена. Убранные с пути деревья обратно не «приползли», да и снега не успело навалить много, даже ближе к центру парка. Так что, мы двигались по собственной колее довольно бодро и практически без остановок.

На площади мы заняли прежнее положение. Припарковали вездеход по центру, мертвецов Зоя рассеяла вокруг нас и уложила, даже костёр развели на прежнем месте. Дров не пожалели, навалили от души, благо лес был рядом.

Надо сказать, что весь запас, который был в вездеходе, за ночь сожгли, включая «финскую свечку».

Наверное, в обычное время промёрзшие дрова плохо разгораются, но только не тогда, когда с вами мощный огненный маг. Амина распалили костёр за считаные секунды мощным огненным выхлопом.

Дым повалил в небо и не мог остаться незамеченным от горы, которая здесь была совсем близко. Мы принялись ждать, когда же к нам придут.

Я смотрел на гору, которая как будто с утра ещё немного подросла, и вдруг увидел, как именно это происходит.

По склонам наверх, нарушая законы физики, бежало что-то вроде снежных ручейков. Их было множество, и они «стекаясь» наверху, попадали в крутящиеся вихри, которые их подхватывали и разносили по срезанной верхушке горы. Я смотрел и всё никак не мог понять, что же мне это напоминает. А потом вдруг до меня дошло!

— Да это же грёбаный три дэ принтер! — сказал я.

— Что? — удивилась Амина.

— Посмотри на гору! Это же три дэ принтер! Они вихрями печатают гору из снега прямо у нас на глазах! Это же просто… просто… обалдеть! — сказал я.

— В хорошем смысле или в плохом? — не поняла Амина.

— Не знаю, но это потрясающе! — сказал я, — без всякого смысла! Просто потрясающе, и всё!

— А вот и вторая сторона! — раздался голос Топора.

Мы опустили взгляд с