а кому нет, было лучше не поднимать много пыли. – Позвони мне, как только что-нибудь узнаешь. Заранее благодарен. – Он поднялся и направился к двери.

– Люди, осторожно, – прошептал один из коллег, который уже и до этого взбесил Снейдера. – Наденьте бронежилеты, – добавил он, – Снейдер передвигается по зданию.

Когда Снейдер дошел до двери, он обернулся и обратился к этому мужчине:

– Ты вообще в курсе, что большинство коллег задаются вопросом, почему твоя мать не выбросила тебя и не оставила аиста взамен?

Некоторые заулыбались, а у адресата заходили на щеках желваки.

Снейдер не стал дожидаться ответа и направился к лифтам, чтобы подняться в кабинет Ломана.

– Что это за фотография? – спросил Кржистоф, высунувшись из окна и наблюдая за Снейдером, который подходил к машине с рамкой в руках.

– Королевская семья Нидерландов.

– У них есть король?

– Да, уже давно, и, пока ты был в тюрьме, ничего не изменилось. – Снейдер спрятал фотографию за пассажирским сиденьем и забрался в машину.

– Куда поедем?

– В Рюссельсхайм.

– Полагаю, к Отто Гедекеру, – предположил Кржистоф.

Снейдер кивнул.

– Видишь, я не настолько глуп, насколько ты выглядишь. – Улыбаясь, Кржистоф завел двигатель.

42

В Рюссельсхайме они узнали, что в это время по пятницам и субботам Отто проводит тренировки в «Боксерском клубе Микки».

Кржистоф припарковал минивэн прямо перед входом в недействующую фабрику на берегу Майна, вышел и открыл ворота. На этот раз Снейдер не стал оставлять пистолет в машине, а надел кобуру, застегнул пиджак и вошел в зал. Сразу за входом на полу стоял радиоприемник. Антенной служила проволока, которая была примотана к металлическому стержню изолентой. Слева дверь вела к раздевалкам. И там на скамейке стояла старая магнитола. Очевидно, собственник плевать хотел на современные звуковые системы.

Кржистоф остался у входа, а Снейдер зашагал по проходу и через противопожарную дверь вошел в тренировочный зал. В воздухе висел запах пота. Никакой музыки, помещение наполняли только сопенье и стоны мужчин и женщин, которые занимались на ринге или отрабатывали удары на боксерских мешках или грушах. Снейдер быстро огляделся, узнал Отто и направился к нему.

Он был в пропотелой футболке и широких черных боксерских трусах и обучал двух молодых парней апперкоту.

– Отто Гедекер. – Снейдер поднял взгляд к рингу, но мужчина проигнорировал его, в ответ Снейдер поднял с пола белое полотенце и бросил Отто между ног.

Отто свирепо обернулся.

– Какого черта… – засопел он.

– Бой окончен, – сказал Снейдер. – Я буду краток: мне нужна от вас информация.

Отто посмотрел с ринга вниз на Снейдера и неожиданно широко заулыбался.

– Мартен Снейдер! – воскликнул он, словно они были добрыми друзьями и не виделись много лет. Но оба знали, что все иначе.

– Мартен С. Снейдер, – исправил его Снейдер.

– А если и так! Мне насрать! Я отсидел свой срок и больше ничем нелегальным не занимаюсь. Пошли вы куда подальше! Даже если вы вежливо попросите меня, я не скажу вам ни слова, mijn heer Sneider[86], – сказал Отто с голландским акцентом.

– Правильно говорить meneer[87], примат!

– Пошел ты!

– Где мне найти Томаса Хардковски?

– Без понятия. А сейчас убирайтесь отсюда. Что-то не припомню, чтобы вы были членом моего клуба.

– Видимо, добрыми словами и пистолетом можно добиться большего, чем одними добрыми словами, – констатировал Снейдер.

– Наверняка. – Отто зло улыбнулся. – Но где же ваше оружие? Я слышал, вы больше не на службе?

Снейдер оставил пиджак застегнутым.

– Вот мое оружие. – Он развернулся и увидел, как в зал вошел Кржистоф.

В тот же миг лицо Отто окаменело. Кржистоф подошел к рингу и стянул с себя футболку. Не только Снейдеру стало видно, что тело поляка состояло из одних мышц и сухожилий. Грудь и плечи были покрыты татуировками в виде крестов и библейских высказываний в готическом стиле. Похоже, в тюрьме у него было много времени.

– Можно? – спросил Кржистоф.

– Да, и если будет нужно, переломай ему все кости. Я хочу знать, где Харди. Мы спешим.

Пока Кржистоф забирался на ринг, оба молодых парня, с которыми занимался Отто, поспешно перелезли через оградительные канаты и покинули ринг.

Отто попятился к канатам.

– Даже не думай! Я не буду с тобой драться.

– У тебя нет выбора, – ответил Кржистоф и хрустнул костяшками пальцев.

– Уделай его, Отто! – крикнул кто-то через зал.

– Прежде чем связываться с Кржистофом, лучше сразу нассать на электрический забор, – сказал Отто и сделал еще шаг назад.

– Господи! – воскликнул Кржистоф. – У моего холодильника больше яиц, чем у тебя.

– Нам тебе помочь? – крикнул снизу один из напарников Отто.

Тут Снейдер расстегнул пиджак.

– Все в порядке, – ответил Отто, бросив быстрый взгляд на пистолет в кобуре Снейдера.

– Вам нужны перчатки? – крикнул другой Кржистофу.

– Я похож на того, кому они нужны? – Кржистоф сжал кулак и поднял вверх свою могучую лапу, которая по сравнению с телом была непропорционально большой. – Этим я выбью ему челюсть.

– Мы не должны этого делать, – сказал Отто.

– Тогда скажи моему приятелю, где ему найти Харди.

– Приятелю? – повторил Отто. – С каких это пор бывшие зэки и отстраненные от службы копы работают вместе? К тому же я не знаю! Подожди секунду…

– Ладно. – Кржистоф сунул руку в задний карман, вытащил фляжку, открутил крышку и сделал небольшой глоток.

Снейдер удивленно посмотрел на него.

– Я думал, ты больше не пьешь алкоголь.

Кржистоф приложился к фляжке еще раз, потом убрал ее обратно в карман.

– Это святая вода, полезна для рефлексов.

«Настоящий дурдом!» Снейдер скривился.

– Готов? – Кржистоф не дождался ответа. – Праведный должен принять много страданий, – процитировал он Библию, направляясь с поднятыми кулаками к Отто. – А кто не возьмет свой крест, тот его не достоин. – Затем он ударил.

Снейдер услышал звук удара, отвернулся, прошел через зал и сунул в рот сигарету. За спиной раздавались шлепки кулаков, боксерских перчаток и стоны Отто. Хотя Кржистоф был на несколько лет старше Отто, но меньше ростом, мускулистее и ловчее. И, судя по звукам, Бог действительно был на его стороне. К тому же Кржистоф с детства поступал подло и не знал угрызений совести, поэтому он отлично подходил для подобных заданий. Нужно было лишь узнать Кржистофа поближе, чтобы пожалеть о том, что повстречался с ним.

В принципе Снейдер ненавидел насилие, однако он достаточно хорошо знал Отто, чтобы понимать – это единственный путь вытрясти из него что-нибудь за короткое время.

Снейдер сделал два медленных круга вокруг ринга. Стоит признать, что его интересовал не столько бой, сколько радиоприемники, которые были расставлены в помещении – под голыми