Я остановилась и начала пристально разглядывать массивное сооружение, пытаясь понять, что меня в нем так смущает.

Закрыла глаза и принялась вспоминать.

Вот мы с ограми подходим к воротам. Вот я бью кулаком в створку, прохожу через нее, как горячая спица сквозь масло, и сразу оказываюсь в яме с объедками. Спица…

Потом суд, центральная площадь академии, через которую я и теперь стараюсь не ходить — слишком дурные воспоминания она рождает.

«Спаситель», он же похититель по фамилии Даниланис. Затем ректор, тоже с фамилией Даниланис, и листок с «расшифровкой» моей магии…

В памяти всплыли строки из пергамента: «… преобразуя в оружие саму Завесу. Видят сущность Зла и Зло Невидимое…» Еще спица, которая пришла мне на ум недавно…

Что-то замаячило на краю сознания. Еле заметное, трепещущее. Может, это…

— Марина! Сестренка, куда ты идешь? — раздавшиеся за спиной голоса разрушили почти оформившуюся картинку.

— М-мм! — застонала я от досады, открывая глаза.

Передо мной сияли две зеленые физиономии моих названых братцев.

— Мне нужно пройтись по лавкам — получила зарплату и хочу кое-что купить, — я потрясла мешочком со своими монетами перед носами братьев, все еще досадуя на их несвоевременное появление.

— Ух ты, какой фамильяр у тебя появился, Марина, — Ёкс с восторгом смотрел на Смурфетту.

— Да-а, красавица, — согласился Шмок, чем вызвал очередной приступ кокетства у моей голубой девочки.

— А мы тебя искали — говорят, ты все-таки уходишь из академии? — грустно спросил Шмок, когда мы вышли из ворот и направились в сторону торговой площади.

— Да, ребят. Я буду работать у Адриана в Имберсаго, — я невольно вздохнула. — Так что не скоро увидимся теперь.

«Если вообще когда-нибудь увидимся… — вдруг резанула грустная мысль. — Я ведь собираюсь как можно скорее вернуться домой».

— Да, нам в драконьей академии делать нечего, — погрустнел и Ёкс. — Это тебе там раздолье — у них ведьминский факультет большой. А оборотням да ограм там делать нечего.

— Парни, а ваша мама… Она оборотень, да? — решила я полюбопытствовать, пропустив мимо ушей, что парни упорно называют меня ведьмой. Ведьма, так ведьма, главное, на шабаш не зовите.

— Львица! Дочка главы львиного клана, — в голосах парней звучала неприкрытая гордость. — У них с отцом, знаешь, какая любовь? У-уу! Как начинает его ревновать, так по всему дворцу шум стоит. А отец доволен. Любит свою кошку!

— Ой! — вдруг совсем по-детски воскликнул Шмок. Торопливо полез в карман своего кожаного жилета и достал оттуда свернутый лист пергамента. — Отец тебе просил передать. Давно еще, а я запамятовал.

— Что это? — я развернула лист и принялась читать.

— Ваш отец открыл для меня счет в банке⁈ — ахнула, вникнув в написанное. — Десять тысяч туменов? А это сколько?

— Дом можешь себе купить в центре столицы, и еще на жизнь останется. Лет на пятьдесят, — разъяснил Ёкс.

— Мальчики… — от такой новости я чуть не расплакалась. Зря, зря на папеньку-короля наговаривала! Вон он как обо мне позаботился…

— Мариночка, ты чего плачешь? Мало папа дал денег, да? — заволновались парни.

— От… от счастья! — пропищала я, утирая выступившие слезы. Как, оказывается, приятно, когда о тебе кто-то думает… Тем более мужчина, который мне, по сути, ничего не должен — сыновей его я спасла совершенно случайно. Тут и благодарить не за что, никакого подвига с моей стороны не было.

Через двадцать минут, попрощавшись с братьями, я стояла у окошка в банке «Плументаль». Важный, пузатый, с холеной бородой почти до пояса гном листал толстую, с плотными желтыми листами книгу и бормотал:

— Марина Мещерская. Счет на десять тысяч туменов… Ага, вот вы где, юная леди.

Всмотрелся в исписанные бисерным почерком строчки и возвестил:

— Есть такой. Внесен на ваше имя восемь дней назад…

Замолчал, всматриваясь еще внимательнее в свои записи, и добавил такое, что у меня глаза полезли на лоб от изумления.

40

— Простите, уважаемый, что вы сказали? — я даже голову в окошко просунула, чтобы лучше слышать и видеть гнома, так велико было мое изумление.

— Есть еще один счет на ваше имя, леди, — повторил банкир, опасливо отодвигаясь от моей перекошенной физиономии. — На сто тысяч туменов. Открыт… м-м-м… в первый день месяца Солнцедара.

— Извините, это сколько дней назад? Я не слишком сильна в местном календаре…

— Так вы не местная, не из Нижнего Мира, леди⁈ — чему-то обрадовался гном.

— Нет, не из этого мира, — ответила, продолжая морщить лоб в раздумьях.

— Ага! Было это… раз, два, три… да, ровно три недели назад. Вноситель средств — Претемнейший Князь Станислас Даниланис. Вот его личный оттиск на записях. А вот образец вашей ауры, чтобы мы могли вас идентифицировать.

— Нет, он не мог этого сделать. Зачем ему? — я помотала головой, произведя в уме нехитрые подсчеты. — Меня в это время здесь и не было — в смысле, в Нижнем Мире не было. Я в другом была…

— Не знаю, леди. Ничего не знаю — документики вот они. Монеты тоже — в наших подвалах вас дожидаются, — проскрипел гном, неодобрительно глядя на меня из-под квадратных стекол очков. — Будете брать какую-то сумму?

— Н-нет, — я покачала головой, все еще пребывая в прострации. Значит, еще в то время, когда я сидела дома, демон уже знал, что притащит меня в свой мир!

Все было спланировано: мое, якобы, похищение через зеркало. Затем суд с ужасным приговором. В последний момент ректор меня, вроде как, спасает. Наверняка, по сценарию, я должна была за это проникнуться к ректоришке великой благодарностью, начать смотреть ему в рот и служить верой и правдой. Ведь, по словам братьев, у меня имеется какая-то редкостная магия.

М-м-мм! Еще и замуж звал, чтобы я точно всегда под рукой была. Какая гадость все это!

Напрочь забыв про желание купить платье и пройтись по лавкам с косметикой, я торопливо попрощалась с гномом, крутанулась на каблуках и рванула к двери. Выскочила на улицу и понеслась в сторону академии, пугая прохожих своим перекосившимся от ярости лицом. Пробегая мимо академических ворот, на секунду приостановилась — мне показалось, что на массивной верхней перемычке что-то шевелится, а воздух вокруг ворот странно дрожит.

Остановилась, мельком глянула и махнула рукой — ой, просто показалось!

Глупая, мне бы подумать, что галлюцинациями я отродясь не страдала. Остановиться, посмотреть повнимательнее… Скольких проблем удалось бы избежать в будущем!

Но мне так хотелось прибить гада Даниланиса, предварительно вытряхнув из него информацию, что я во весь опор понеслась к административному корпусу, надеясь, что застану ректоришку на рабочем месте. Вихрем взлетела по лестнице,