Сумею устроиться, пока этот мир с моим не сойдётся и можно будет через зеркало обратно вернуться.

Подумав про порталы, я немного ободрилась — всё-таки правильно надеяться только на себя и свои силы. Про портал я ведь всё выяснила! Ректор мне, конечно, хорошую подсказку дал, но всё остальное я сама нашла.

Выяснила, что в этом мире есть несколько очень-очень старых зеркал, которые можно использовать как портал в любой другой мир. Никто не помнит, откуда они взялись, но берегут их пуще глаза. Пройти по этому пути может любой: и человек, и орг, и демон с драконом. Значит, и я смогу.

Теперь моя задача — навести мосты дружбы с кем-то из владельцев зеркал, дождаться благоприятного для перехода момента и… прощай, неприветливый чужой мир!

Волшебное зеркало есть у Князя Арагеса, дедули ректора Даниланиса. Есть у короля Радагнерия Дейрариалара, отца зеленоглазого дракона Адриана, который меня на работу к себе зовёт.

Третье зеркало находится у Дангора, правителя королевства Имберсаго. Именно там расположена академия, в которой работает Адриан. То есть, зеленоглазый дракон — это двойная дорожка к портальному зеркалу. Или через его папеньку, или через короля Дангора можно к порталу добраться.

И я всё больше и больше склонялась к тому, чтобы принять предложение Адриана — поехать с ним в это самое Имберсаго работать.

Я села на кровати, не зажигая свет, нашарила на полу тапочки и наощупь пошла к столу возле окна. Захотелось пить — воду я себе с вечера приготовила, но возле постели поставить забыла.

Нащупала стакан, поднесла к губам и застыла, так и не сделав глоток, — слева от меня раздался чуть слышный шорох, и следом негромкое, но отчетливое цоканье когтей по полу.

Шорох повторился, следом раздался тихий чих. Это что — по мою душу пришёл злоумышленник с гриппом? Или с аллергией?

— Кто здесь? — как ни старалась произнести это твёрдо и уверенно, вышло жалко и еле слышно.

В ответ прозвучал ещё один чих, и цоканье когтей двинулось в сторону кровати. Звук прыжка, скрип пружин матраса — и тишина.

Забыв про жажду, я вернула стакан на стол, хлопнула в ладоши и прошептала:

— Свет!

Под потолком тускло загорелся магический шар-ночник, осветив комнату и…

— Ты откуда здесь взялась? — в полном недоумении я смотрела на довольно крупную, по сравнению с обычными экземплярами, летучую мышь, нагло развалившуюся на моей подушке.

Кроме размера, летунью от её собратьев отличало наличие нежного голубого меха по всему тельцу. На хорошенькой, с остреньким носиком мордочке сверкали тёмные глазки-бусинки.

Голубая мышь подняла голову и, глядя мне в глаза, ещё раз чихнула.

— Э, ты простыла, что ли? — я подошла к кровати и села рядом, глядя на это диво-дивное.

Словно давая получше себя рассмотреть, зверушка расправила крылья и гордо выпятила грудку. Кокетливо повернула головку набок и замерла, косясь на меня круглым глазом.

— Красивая! — восхитилась я.

Она и правда была хорошенькой и милой. Летучих мышей я и на Земле-то никогда не боялась, а эта была просто как игрушка.

Я протянула к ней руку и осторожно погладила по пушистому крылу. Малышка тут же подставила под мои пальцы голову и довольно закурлыкала.

— Ой, какая ты! — я просто растаяла от такой милоты.

Ещё погладила её и грустно спросила:

— Ты, наверное, чья-то? Потерялась? Тебя хозяева ищут? — сто процентов у такой прелести есть владелец — какой-нибудь великий маг или волшебник. Или ведьма, а летунья — её всесильный фамильяр. Помнится, в земных историях про ведьм всегда фигурировали метлы, чёрные коты и летучие мыши, помощники в колдовском деле.

Только у нас все они были страшными и уродливыми, а здесь такая прелесть, что наверняка и хозяйка у летуньи — добрая волшебница.

Мыша на мои слова фыркнула и полезла по моей руке вверх, осторожно цепляясь лапками за ткань халата. Добралась до плеча, уютно устроилась и продолжила курлыкать.

— Ты что… хочешь сказать, что ты моя⁈ Специально ко мне пришла⁈ — ахнула я. В ответ мышка потёрлась о моё ухо головкой и снова закурлыкала.

— Ой! — пропищала я, и из глаз, который уже раз за последние сутки, потекли слезы. Только в этот раз — от радости. Не знаю почему, но появление этой малышки я расценила как добрый знак от Вселенной — ведь только что мечтала о друге или подруге, и вот…

Я снова всхлипнула, осторожно сняла летунью с плеча и прижала к груди:

— У тебя ведь должно быть имя, наверное? Назову тебя… — додумать мысль я не успела — вдруг сильно-сильно захотелось спать.

Решив, что выбрать имя моей красавице можно и завтра, я прилегла на подушку и, прижимая к себе пушистое голубое чудо, уплыла в сладкий сон.

36

Остаток ночи прошёл просто прекрасно. Никакой бессонницы, полное отсутствие уже привычных мне кошмаров, а после пробуждения — чувство, что я отлично выспалась.

Погладила спокойно лежавшую у меня на груди летунью:

— Ты красивая, и у тебя голубой цвет — быть тебе Смурфеттой!

Пояснила:

— В моём мире есть сказочные персонажи — смурфики. Они всё время попадают в приключения, но никогда не сдаются, какие бы трудности ни свалились им на голову. Самая красивая из них — Смурфетта.

Мыша мигнула глазками и довольно закурлыкала. Я чуть не рассмеялась — мне показалось, она страшная кокетка и обожает слово «красивая» в свой адрес.

На работу я не шла, а летела. От моей хандры последних дней не осталось ни следа — я была полна оптимизма и уверенности в своих силах. Даже пританцовывала слегка, пока закрывала на замок свою комнату.

Вышла из преподавательского общежития и радостно засмеялась — погода была под стать моему чудесному настроению. Оба солнышка, большое и маленькое, весело перемигивались на ярко-голубом небе. Дул мягкий ветерок, наполненный ароматами трав и стрекотом довольных жизнью цикад.

Далеко-далеко за стенами академии виднелись снежные вершины высоких, чуть мрачных гор. Их сверкающие льдом острые пики создавали волшебный контраст с беззаботным разноцветьем летних красок на территории академии. Почему я раньше не замечала, как здесь красиво?

Здания учебных корпусов невысокие, в два-три этажа, с черепичными крышами и увитыми плющом серыми каменными стенами. Выложенные брусчаткой дорожки веселой паутинкой разбегаются в разные стороны. Две круглые башни справа и слева от ворот, с ровными площадками наверху — говорят, оттуда взлетают драконы. Правда, я еще ни разу не видела их в небе, но надеялась в скором времени исправить это досадное упущение.

— Ну что, Смурфетта, идём трудиться, а