бессмертными богами, что покорять тебя никогда не входило и не входит в мои намерения.

 - Тогда чего ты хочешь от меня? Ведь ты не намерен просить меня сделаться сиделкой подружкой при твоей жене Арсинои.

 - Конечно нет. Предложить тебе роль сиделки это безумное расточительство в отношении твоих талантов.

 - И что ты хочешь мне предложить?

 - Что можно предложить такой волевой женщине как ты, только стать союзниками, которые совместными усилиями смогут много добиться в этой жизни.

 - Я не верю тебе. Красивыми словами ты заставляешь поверить тебе, чтобы ты вновь использовал меня в своих целях, как это было в Вавилоне. Кого я должна убить или подчинить своей воле в предлагаемом тобой союзе. Пердикку или Клеопатру? Говори не стесняйся!

 - Не счет Клеопатры хорошая мысль. Думаю, что если ты захочешь то сможешь подчинить её своему влиянию, а что касается убивать, то сейчас идет война и смертей вполне хватает и без нас – Нефтех жестом предложил собеседнице питье в чаше, но та проигнорировала его.      

 - В твоих словах есть своя логика и смысл, но я не верю им. Где гарантия того, что добившись от меня помощи, ты не расторгнешь наш союз и не растопчешь как ненужную игрушку.

 - Вспомни Антипатра, тогда самое простое было отдать тебя на растерзание солдатам, а я выгородил тебя – напомнил фиванке Нефтех.

 - Это ты сделал в угоду любящего меня Пердикки, а теперь хочешь моими руками прибрать Клеопатру! – гневно бросила упрек Антигона, но он не смутил египтянина.

 - Ты превратно толкуешь мои слова. Я только согласился с твоей мыслью относительно царевны и больше ничего.

 - Вот в этом ты весь. Хитрый и скользкий, постоянно выворачивающийся, едва только тебя прижимают к стене. 

 - Неужели я такой? – смиренно спросил Нефтех.

 - Да, именно такой и о каком союзе между нами может идти речь?!

  Между собеседниками повисла напряженная тишина. Нефтех стал медленно пить шербет, а Антигона, скрестив на груди руки, напряженно на него смотрела.

 - Мне очень жаль, что гнев от того, что я не позволил тебе убить Александра, затуманил твою душу, и ты не хочешь меня слышать. Неужели мысль о мщении за разрушенные им Фивы продолжает сжигать твое сердце, несмотря на то столько прошло времени? Ведь поступившись местью можно так много в этой жизни приобрести.

 - Ты не можешь понять меня. Ведь ты не терял близких людей, тебя не продавали в рабство и не заставляли ложиться в постель против твоей воли.

 - Ты, права. Мне от рождения, не знавшего отца и матери, выросшего в нужде и поступившего в школу жрецов благодаря счастливому случаю и своему таланту, трудно тебя понять. Ведь мы такие разные – слова хозяина задели гостью за живое и Нефтех это почувствовал.

 - Может тебе стоит успокоиться, попить шербет и посмотреть на мое предложение с другой стороны – миролюбиво предложил он Антигоне и тут, рыжеволосая красавица совершила небольшую, но вполне характерную для женщин ошибку. Узнав такие закрытые факты из жизни Нефтеха, вместо того, чтобы строго следовать ранее выбранной линии поведения, она позволила себе усомниться в ней.

 - Наверно я зря так строго отношусь к этому человеку? Он испортил мои планы, но лично мне он не причинил, ни чего плохого, хотя не один раз мог сделать это – подумала Антигона и, следуя предложению собеседника, отпила несколько глотков шербета. Напиток был приятен на вкус и освежил разгоряченное лицо танцовщицы. Нефтех помолчал некоторое время, давая возможность гостье насладиться творением поваров его кухни, а затем продолжил беседу, но совсем в ином ключе.

 - Перед отъездом на войну царь Александр приказал стратегу Эвмену подготовить план по развитию торговли внутри царства. Согласно замыслу царя, Эллада, Финикия и Великая Греция должны связаться прочными торговыми путями. Для этого он намерен восстановить Тир, Коринф, создать крупный торговый порт в Александрии и дать широкие торговые льготы Диррахии, Таренту и острову Делос. Под этот проект царь намерен выделить большие деньги – доверительно сообщил Нефтех Антигоне, чем вызвал у неё усмешку.   

 - Я рада за эти планы царя, но зачем мне знать о них?

 - В числе подлежащих восстановлению разрушенных войной городов находятся и твои родные Фивы. Кроме этого, он намерен выкупить всех проданных в рабство фиванцев и вернуть их домой.

 - С чего это вдруг потрясатель Вселенной проявил такую милость к беотийцам? Заговорила совесть или вслед за царевной Эвридикой ему приглянулась молоденькая фиванка из рода Лабдакидов? – едко усомнилась Антигона.

 - Было время разбрасывать камни, настало время их собирать. В Элладе Александру нужен противовес Афинам и Спарте, и царь видит их в восстановленных Фивах и Коринфе. К тому же Александру всегда нравился поэт Пиндар, и он хочет этим возместить нанесенный его родине урон, – не дав Антигоне сказать, египтянин поднял чашу и торжественно произнес, как произносят на ассамблеях. - Я предлагаю осушить наши чаши за скорейшее восстановление города Фивы и возвращения его жителей.   

  Следуя традициям ассамблеи, Нефтех первым опустошил свою чашу и в знак искренности своих слов перевернул чашу вверх дном, показывая тем самым, что в ней не осталось ни капли шербета. Отклонить такой тост, Антигона никак не могла и была вынуждена последовать примеру собеседника. 

  Выпитый напиток вызвал приятную теплоту в желудке, которая стала стремительно разливаться по всему телу. Вместе с этим возникла слабая сонливость, которая с каждым мгновением стала давить на глаза. В руках и ногах появилась слабость, Антигона взглянула на внимательно глядящего на неё Нефтеха и попыталась встать. С большим трудом ей удалось оторвать тело от кресла и сделать шаг, как к ней подскочил египтянин.

 - Что ты от меня хочешь? – заплетающимся языком спросила попавшая в его  хитросплетенные сети Антигона. Теперь она не сомневалась, что коварный жрец что-то подмешал ей в питье, и она оказалась полностью в его власти.

 - Только поговорить по душам, любовь моя. Только поговорить, ведь ты согласна – требовательный взгляд скользнул по глазам фиванки и губы против её воли шепнули «да».

 - Вот и прекрасно, - Нефтех подхватил Антигону на руки и устремился в противоположный конец террасы, откуда можно было пройти в специальную комнату для разговора по душам.   

  Оказавшись в объятиях египтянина, фиванка пыталась оказать сопротивление, но собственное тело, коварно предало Антигону. Рыжие волосы красавицы и одинокая белая рука безвольно