— Что это значит, Смит?- не понял профессор.

— Джек. Оставьте меня в покое. Я зверски устал, и мне нужно многое обдумать, — вежливо послал его Морган.

Понимая, что форма посыла может и измениться, Солсбери покорно отошёл подальше, занявшись своими студентами. Радисты, собрав своё оборудование, скрылись в одной из подсобок столовой, а Морган, продолжал изображать Будду, перед входом в столовую. Спустя ещё два часа, к нему подбежал один из радистов, что-то быстро сказав, умчался обратно. Едва заметно усмехнувшись, Морган поднялся, и направился следом за парнем. Всё это, профессор наблюдал, стоя в стороне, и медленно сгорая от любопытства.

Но очень скоро, и ему нашлось, чем заняться. Гроссман, за рукав оттащила профессора в сторону и, вцепившись в отвороты куртки, словно клещ, жарким шёпотом, зашипела:

— Джек, мы не можем бросить такое количество образцов. Мы должны забрать из лаборатории всё, что сумели найти.

— Анита, вы же слышали, это невозможно, — попытался возразить Солсбери. — Смит ни за что не даст нам людей для такой операции.

— Плевать на Смита. Мы сделаем это сами. Вы, я Кетти Оши, возьмём ещё пару ребят из аспирантов. Оружие у вас есть. Потихоньку проберёмся в лабораторию, упакуем всё необходимое, и так же тихо вернёмся обратно. А когда образцы окажутся здесь, он уже не сможет отказаться забрать их с собой.

— Это очень рискованно, Анита, — подумав, покачал головой профессор. — К тому же, мой пистолет не способен убить гренделя сразу, а ранение только разозлит животное.

— Вы трус, Джек, — высокопарно произнесла Гроссман, скривившись от презрения.

— Анита, вам понравилось получать по физиономии?- мрачно спросил профессор.

— Вы не Морган. Вы просто не посмеете ударить меня, — продолжала шипеть женщина.

— Не стоит провоцировать меня, — с угрозой в голосе ответил Солсбери. — Я не меньше вашего хочу вернуть себе все данные, но я трезво смотрю на вещи и понимаю, что идти туда без серьёзного оружия, самоубийство.

— Вы просто боитесь. Решили воспользоваться своим близким знакомством с этим солдафоном? Он всё равно вернётся сюда с ротой своих головорезов и заберёт данные. А вы, будете под рукой. Удобно, ничего не скажешь.

— Вам лучше замолчать, миссис Гроссман, — зло ответил Солсбери. — Я не злой человек, но есть границы, которые я никому не позволю переступить.

— Хватит нести чушь, — фыркнула Гроссман. — Вы просто успели всё просчитать, и решили таким образом избавиться от нас.

— Это вы несёте полную чушь, миссис Гроссман, мэм. Я побывал в десятке разных экспедиций, и никто не посмеет сказать, что я присваивал чужие открытия. Разговор окончен. С этой минуты, я общаюсь с вами исключительно в пределах рабочих отношений.

— Докажите, что я не права. Помогите мне вернуть образцы.

— Я уже сказал, это самоубийство. И я не могу приказать людям рисковать жизнью. Найдите добровольцев, и я пойду с вами, — помолчав, ответил Солсбери.

Его расчёт был прост. Аспиранты и студенты были напуганы и вздрагивали от каждого шороха. Рисковать жизнью ради работы, которую можно будет продолжить и потом, никто из них не станет. Но как оказалось, он недооценил упрямства Гроссман. Обойдя полдюжины своих подчинённых, она нашла трёх самых отчаянных, или запуганных, с какой стороны посмотреть, парней от двадцати трёх, до двадцати пяти лет и, подведя эту команду к профессору, сказала:

— Вот мои добровольцы. А теперь, берите ваш пистолет, и ведите нас в лабораторию.

Не ожидавший такого результата Солсбери, растеряно оглянулся, надеясь, что Морган окажется в столовой и своей волей пресечёт это безумство. Но Смит был занят другими делами, и находился в одной из подсобок. Понимая, что отступать некуда, профессор нехотя достал из-за пояса «кольт» и, дослав патрон в патронник, направился к дверям.

Старательно прислушавшись, он распустил верёвку, которой были связаны ручки двери и, выглянув в коридор через узкую щёлку, тихо прошептал:

— Старайтесь не шуметь. Если увидите гренделя, замрите на месте. Они реагируют на шум и движение. Лучше всего, вообще идти без шума.

— Так не бывает, — проворчал один из аспирантов.

— Помолчите, — рыкнул на него Солсбери. — Я не шучу, когда говорю, что это очень опасное предприятие.

— Продолжайте, Джек. Мы слушаем вас очень внимательно, — ответила Анита, бросив на подчинённого уничтожающий взгляд.

— Помните, грендели плохо видят при ярком свете. Им ближе темнота. В ней, они ориентируются при помощи своего ультразвукового радара. Поэтому, ваша неподвижность способна спасти вам жизнь.

— А как же нюх? Они же хищники, а значит, слух и нюх у них должны быть очень острыми, — спросил болтливый аспирант.

— По поводу слуха, вы совершенно правы, молодой человек. Слух у них отменный. И именно поэтому я прошу вас вести себя очень тихо и осторожно. А вот нюх, им заменяет тот самый радар. Морские животные редко опираются на нюх, так как морская соль способна повредить чувствительные рецепторы. Но помните, кровь, они способны учуять на огромном расстоянии, как все морские хищники.

— Вы имеете ввиду акул?- уточнил аспирант.

— Их, в первую очередь, — кивнул Солсбери. — Ну, вы готовы? Сейчас, ещё есть время передумать. Выйдя за эту дверь, вернуться вы сможете только с нами.

— Почему?- не унимался аспирант.

— Потому, что оружие есть только у меня. Так что?

— Мы идём, — отрезала Анита, не давая подчинённым времени высказаться.

— Что ж. Это было ваше решение, — вздохнул Солсбери, и чуть приоткрыв дверь, снова выглянул в коридор.

Убедившись, что всё тихо, он осторожно выбрался из столовой, держа пистолет перед собой. Четвёрка последовала за ним, и Солсбери приказал Аните жестом снова обвязать ручки верёвкой. Убедившись, что проникнуть в столовую грендели не смогут, он медленно двинулся вперёд, сжимая рукоять пистолета двумя руками, как его учил Морган.

К его ужасу, двигаться бесшумно, у группы не получалось. Аспиранты сопели, топали, шуршали одеждой, чмокали, и вообще, издавали столько звуков, что не услышать их, мог только глухой. Даже Анита, умудрялась топать так, что профессор, не выдержав, оглянулся через плечо, и еле слышно прошептал:

— Вы топаете, как корова. Ставьте ногу на пятку и опускайте ступню по внешнему краю.

Вздрогнув, Гроссман попыталась последовать его совету, но тут же запуталась в ногах и чуть не рухнула на пол. Солсбери успел ухватить её за шиворот буквально