в жизни побыть невыносимым старшим братом? Сказать «нет». Адам ведь понятия не имеет, что там за тип и чем все обернется. На кой черт Калли сдалось свидание с первым встречным? Вместо этого следовало бы пойти со мной. Может, прямо так и сказать?

Но когда она переводит на меня взгляд и прикусывает губу, явно сдерживаясь, чтобы ничего не сболтнуть, я понимаю: заикаться об этом нельзя. Как бы ни хотелось назвать Калли своей, реальность такова: она не моя, и я не имею ни малейшего права что-либо указывать.

— Логично, — я киваю, заталкивая поглубже рвущиеся наружу слова. — Если что, звони.

— Конечно, — шепчет она. — Я куртку забыла, но вы спускайтесь. Такси минут через пять подъедет.

Калли не дожидается ответа: захлопывает дверь и скрывается в квартире.

Адам хлопает меня по спине.

— Пошли, с тебя первый раунд.

— Чувак, я водитель, да и не пью вообще-то.

— Ну и бери что хочешь, платить-то все равно тебе.

Не сдержав раздражения, в лифте я достаю телефон и вопреки здравому смыслу строчу сестрам.

 

Я: Она идет на свидание

Рейган: Небось жалеешь, что не одумался еще месяц назад

Люси: Рей, не дави на больное. Салли и Гарри тоже с кем-то встречались, пока не сошлись. Надежда еще есть

Я: Жизнь – не кино

Люси: Ты и с Калли столь же блистательный собеседник? Кажется, в этом и кроется главная беда

Я: Пока не знаю

Рейган: Так соображай шустрее!

Люси: Может, прибегнуть к красивому жесту?

 

Гребаный вечер.

 

Глава 21Калли

К черту. Господи, до чего же глупая оказалась затея. Едва за Уиллом закрылась дверь, как мне тут же захотелось дать заднюю. Стоило его увидеть, и я предельно ясно поняла: двигаться дальше совершенно не готова. Вместо того чтобы киснуть дома в уютной пижаме, я торчу в баре в жутко неудобных шмотках и сапогах на каблуках, нещадно сдавливающих пальцы. А самое паршивое – сидящий рядом кретин никак от меня не отвяжется.

— Ну, я к тому, что если велят принимать пас на длинной дистанции, ты, мать твою, бежишь так быстро, как только можешь, даже если ловить приходится пивную банку, — бубнит Кайл. Стоило опуститься на барный стул, как он тут же нарисовался на соседнем свободном месте и с тех пор без умолку трещит о золотых деньках студенческого братства.

Кайл продолжает разглагольствовать, хотя я раз тысячу дала понять, что предпочла бы допить мерло в одиночестве. Я опускаю взгляд на бокал: осталась добрая половина, но нужно уносить ноги, иначе я сойду с ума.

— Ну да, — выдавив фальшивый смешок, я сползаю со стула. — Кайл, прошу меня извинить...

— И куда это ты намылилась? — резко бросает он, оценивающе оглядывая меня с ног до головы. — Я-то думал, вечер только начинается.

Черт, мне совсем не нравится этот тон. Я прекрасно понимаю, что ничего ему не должна и следовало бы просто послать к черту мудака, весь вид которого кричит: «В моем кошельке лежит снотворное». Действовать нужно хитрее.

— Мне нужно в туалет, только и всего, — натягиваю, я было улыбку, но тут он замечает в руке сумочку. — Понадобятся кое-какие... женские штучки, — о да, верный способ сбить мужчину с толку – заговорить о физиологии, ведь потом предстоит как-то прихватить пальто. — И вообще, кажется, мой тампо...

— Бери все, что нужно, куколка, — отмахивается он. — Избавь меня от подробностей.

Я мысленно хмыкаю: ну и слабак. Но не успеваю сделать и шага к двери, как Кайл меня останавливает.

— Кажется, туалет в другой стороне.

Черт, черт, черт.

— Спасибо, — бормочу я и начинаю продираться сквозь толпу. Понятия не имею, есть ли в здании черный ход, но, в крайнем случае, вылезу через окно в уборной.

Высматривая путь к отступлению, я совершенно не замечаю приближающуюся девушку. От легкого толчка меня отбрасывает в сторону, и я встречаюсь взглядом с молодой длинноволосой брюнеткой.

— Какого... — успеваю выдохнуть я, но она тут же перебивает:

— Привет, прости, я толкнула чуть сильнее, чем планировала, — шепчет она. — Я работаю барменом. Чутье подсказывало, что тебе некомфортно, вот и решила проверить, все ли в порядке, но привлекать лишнее внимание, останавливая тебя посреди зала, не стала.

Слава богу. Я облегченно выдыхаю.

— Чутье не ошиблось: мне и правда, жутко не по себе. Поблизости случайно нет другого выхода? Придурок перехватил меня на пути к главному, а вступать в конфликт совершенно не хочется.

— Для гостей вообще-то нет, — заговорщически улыбается она, — но у нас явно форс-мажор. Идем.

Девушка направляется в сторону кухни, и я стараюсь держаться к ней вплотную, чтобы не путаться под ногами у остального персонала.

— Слушай, я безумно благодарна, — шепчу я. — Как тебя зовут?

— Дженсен, — смеется она. — Знаю, для девчонки имя странноватое.

— Ха! Попробуй поживи с именем Каллиопа.

Приоткрывая черную дверь, Дженсен оборачивается.

— О, так мы сестры по дурацким именам?

Ох, а она мне нравится.

— Каллиопа и Дженсен? Звучит как название криминального дуэта из ретро-детективов.

— И не говори, — соглашается она. Выйдя за дверь, мы оказываемся в темном переулке, где в сторонке курят несколько сотрудников. — Так, тротуар прямо по курсу, а там ты свободная птица, подруга.

Не удержавшись, я порывисто обнимаю Дженсен.

— Ты моя спасительница! Давай хоть отдам наличными за коктейль и накину сверху чаевых. Видит бог, тот придурок на чаевые ужасно скуп, — я принимаюсь рыться в сумочке, но Дженсен шлепает меня по руке.

— Даже не вздумай, объятий более чем достаточно.

— Ну, нет, я должна хоть как-то тебя отблагодарить, — натягивая пальто, я вдруг соображаю, что делать. — О, вот! — я достаю одну из заказанных для Шэннон визиток и протягиваю Дженсен. — Если когда-нибудь захочешь сходить на матч «Блюз», дай знать – найду билеты.

— Ого, ловлю на слове! Хорошего вечера, Каллиопа.

— Зови меня Калли! — кричу я в ответ, торопливо шагая по переулку. До чего же грустно, что в темном закоулке я чувствую себя в большей безопасности, чем у барной стойки. Подобное должно бы навести Кайла на определенные мысли, но он не сообразит, в чем дело, даже если президент студенческого братства лично все разжует и выплюнет.