использовал в своих целях, — усмехнулся я, — пока сам мальчик оставался в вечной тюрьме.

— Как и каждая часть Аргуса, — пожал костяными плечами Фон Грэйв, — ваш Аргус вообще закован цепями в подвалах Дворца под слоем подавляющих его волю паразитов.

— Уже нет.

— Вот как, — хмыкнул скелет с улыбкой, — так теперь ты пришел освободить и его?

— Попытаешься мне помешать? — поднял я бровь.

— Нет, — не стал геройствовать Вильгельм, — да и не смогу, мы оба это знаем. Просто жалко, что когда мальчик уйдет, она станет ему не нужна, — кивнул он на задорно смеющуюся девочку с черными косичками, — это Эхо было создано самым первым, когда Октавии было пять лет. И несмотря на то, что срок жизни обычного Эхо не превышает год, она сохранилась до сих пор. Мое Эхо обновлялось каждый год, но она все такая же. Октавия словно застыла в этом возрасте и этой детской беззаботности навечно. Никогда не взрослея. Никогда не зная проблем. Вечная беззаботность и искреннее детское счастье.

— Ты приводил сюда Аглаю, — не спрашивал, а утверждал я.

— Постоянно, — не стал отрицать Вильгельм, — она часами сидела тут и любовалась своей дочерью со стороны.

— Не настоящей дочерью, — напомнил я.

— Разве? — не согласился со мной Вильгельм, — сам посмотри. Она счастлива. Ее улыбка настоящая. Ее радость настоящая. Пусть это и Эхо, но Эхо настоящих эмоций. Настоящей Октавии!

— Это просто красивая иллюзия, Вильгельм, — покачал я головой, — такой Октавии больше не существует. И уже давно.

— Знаю, — с грусть произнес скелет, — но все равно спасибо, что позволил мне посмотреть на нее в последний раз.

После этих слов Вильгельм Фон Грэйв сделал шаг вперед и вышел из тени дерева. Его лысая черепушка блеснула на солнце, и дети мгновенно его заметили. Мальчик его появление проигнорировал, а вот девочка тут же подорвалась с лошадки и побежала к нему с криками «Папа!».

И несмотря на то, что Вильгельм сейчас выглядел как гнилой полурассыпавшийся скелет, маленькая Октавия без колебаний ураганом влетела в его объятия, чуть не сбив с ног. Обняла его крепко, впившись своими ручками в его гнилые кости.

— Ты пришел меня забрать? — подняла она на него радостные глазки бусинки.

— Да, родная. Нам пора, — с улыбкой произнес Вильгельм и потрепал девчушку по голове.

— Поняла, — кивнула маленькая Октавия, и обернувшись через плечо, изо всех сил помахала ручкой мальчику на прощание.

После чего оба Эха семейства фон Грэйв навсегда исчезли из этого мира.

Мальчик же заметил меня и спрыгнул с качели. Он легко мог вернуть оба Эха, если б захотел. Одним взмахом маленького пальчика мог не позволить им уйти, но он позволил. Хотя взгляд его при этом был одновременно растерянным и любопытным.

Но вполне осознанным и слишком «умным» для ребенка. Судя по его реакции, он прекрасно понимал, что оба Эха не являлись настоящими.

А вот я был настоящим, и он это ощутил.

Словно не веря своим глазам, он, робко оглядываясь, подошел ближе и остановился в нескольких метрах от меня.

— Дядя, а вы кто? — с искренним любопытством спросил мальчик.

— Друг, — улыбнулся я и присел на корточки, чтобы быть с ним одного роста.

— У меня нет друзей, — как-то грустно ответил мне мальчик, потупив взгляд.

— А как же они? — кивнул я на следы едва растворившихся в воздухе Эхо.

— Они не настоящие, — пожал плечами мальчик, — а вы настоящий. Как вы сюда попали?

— С помощью ключа, — ответил я и продемонстрировал перстень Рода Фон Грэйв.

Мальчик с любопытством на него уставился и сделал шаг вперед, чтобы рассмотреть перстень поближе.

— Дядя Ви отдал вам свой ключ, — искренне удивился мальчик, — но он сказал, что никто не сможет сюда войти.

— Он соврал, — пожал я плечами.

— Вы тоже пришли мне врать? — абсолютно спокойно отреагировав на эти слова, наклонил мальчик голову чуть набок, и от него потянуло невероятной силой.

От накатившей сканирующей волны любопытства мне едва мозг не расплавило, но я мягко отразил ментальную «атаку», чем заставил мальчика нахмуриться.

— Нет, я пришел тебе помочь, — сопроводив свой ответ четким образом искреннего намерения из головы, ответил я, после чего огляделся и спросил, — но сначала не подскажешь, где тут находится кристалл?

— Кристалл? — переспросил мальчик.

— Такая большая светящаяся штука, — пояснил я.

— А! Тот кристалл, — хмыкнул он, — так он не здесь. Дядя Ви запретил мне к нему ходить, пока я не вырасту.

— Вот как. А где он сейчас находится знаешь?

— Знаю.

— Покажешь? — поинтересовался я.

И тут мальчик насупился, сложив ручки крест-накрест.

— Если покажешь, я взамен тебе отдам вот это, — вынул я предмет из теневого кармана и протянул вперед.

— Ветка? — без особого энтузиазма оценил предмет мальчик.

— Не просто ветка, а часть Посоха настоящего Паладина, — поднял я палец вверх, — и она не простая, а волшебная. Стоит взять ее в руки, как исполнится твое самое заветное желание.

— Не исполнится, — скептично фыркнул мальчик.

— Если не веришь, можешь сначала убедиться сам, — улыбнулся я и кинул кусочек Посоха вперед.

Мальчик поймал его без особого энтузиазма, но стоило ему коснуться предмета, как все пространство внутри вздрогнуло, и невидимый энергетический купол в небе хрустнул, и пошел трещиной. Мальчик напрягся, но кусочек посоха из рук не выпустил, а когда пространство перестало трясти, за его спиной раздался шорох.

Он мгновенно обернулся и увидел, как посреди его игровой площадки стоит два взрослых силуэта. Один женский и один мужской. Силуэты не имели лиц, лишь дергающиеся очертания, но, чтобы понять кто это, было вполне достаточно и этого.

Ведь их энергия буквально заливала собой все вокруг.

— Мама… папа… — прошептал он с заблестевшими от слезинок глазами, и уже хотел сорваться к ним, но сделав шаг, обернулся на меня.

Поразмыслив пару секунд, он начал озираться в поисках чего-то, а потом вдруг вынул из кармана фигурку черного ворона и кинул ее мне.

— Простите, дядя, я не могу пойти с вами и показать, где кристалл, но он знает и укажет вам путь за меня, — торопливо бросил