продолжила добивать подростковую психику своим рассказом. Эрик слушал меня, не проронив и слова. В то время, как его мыслительный процесс работал на пределе возможностей. Мыслей было так много, а варианты развития событий пролетали так быстро, что в итоге для меня они слились в один серый шум. А, потом он выдал:

— Так, ты сторонишься меня только потому, что считаешь себя старше меня?! — расплылся этот наглый кошак в довольной улыбке.

— И, это всё, что ты можешь мне сказать после того, что я тебе рассказала? — опешила я, невольно заражаясь его улыбкой. Блин, даже как то обидно стало.

— Как ты думаешь, сколько мне лет? — продолжал гнуть свою линию Эрик.

Не знаю. Может это у него нервное.

— Двадцать-двадцать два, — высказала своё предположение.

— Смело умножай на два.

— Сорок четыре?

— Бинго! Так, что я даже старше.

— И, что с того? — фыркнула я. — Ты что, мне в женихи набиваешься? — мигом охладила его пыл. — Мне бы с моими баранами разобраться, — усмехнулась я, наблюдая, как помянутая троица спускается по ступеням.

Легки на помине.

Эрик оглянувшись, прошёлся хмурым взглядом по серьёзно настроенным мужчинам, и простившись со мной кивком головы, двинулся в сторону общаги.

— Усспела обзавесстись молодым любовником? — прозвучало утвердительно и жёстко с подачи Рика.

— А, вот это не твоё гадючье дело, — парировала я. — Я — свободная женщина. И, по законам Мирты имею полное право налево, — пошутила с непрошибаемым фейсом. Но, по тому, как поперхнулись смехом волк и ирлинг, шутка зашла.

— Ну, и чего стоим? Кого ждём? Бежим уже спасать! — объявила я полный сбор.

— Кого спасать? — опешили чудаки на букву «М».

— Кошку, блин! — фыркнула на них. — Дракона вашего! Кого же ещё! Вы там кашу ели или что запрещённое пили? — усмехнулась я.

Аскарий, очертив в воздухе окружность, образовал портал, откуда веяло прохладой так, что я поёжилась, предчувствуя, что меня снова укачает от этого перехода.

— Надеюсь, меня не продует от вашей прогулки. Я могла бы и своим ходом.

— Побереги резерв. Он тебе ещё пригодиться, — взял меня за руку Бен, делая шаг в морозную дымку.

Оказавшись в огромном, мрачном зале в стиле пламенеющей готики, выдохнула, поняв, что за всё время перехода не сделала и вздоха. Прислушалась к себе — не мутит. Ну, уже, что-то. Как говориться, кошка тоже пылесоса боялась, пока не втянулась.

Как только все были в сборе, выйдя из зала в коридор, словно оказалась на городском перекрёстке в час пик. Все куда-то неслись. Удивительно, как ещё умудрялись не врезаться друг в друга, выскакивая из-за угла. Дворец напоминал жужжащий улей. Правда, увидев нас, движение встало на паузу. Если бы к строкам прилагался звук, это был бы звук визжащих тормозов. Все, дружненько прильнув к стенам, застыли в поклоне разной степени оседания, освободив нам дорогу. Поднявшись этажом выше по боковой лестнице, мы наконец-то добрались до императорских покоев, о чём можно было судить по высоченной дубовой двери, наличник которой венчала деревянная корона, инкрустированная зелёным турмалином с бордовыми прожилками.

«Словно камень окропила кровь поверженного врага», — подумалось мне.

Чем ближе мы подходили к двери, по полотну, которого крутили хвосты рельефные драконы, тем слабее становились мои ноги, словно владелец апартаментов, почуяв приближение жертвы, принялся тянуть с меня силы на расстоянии. Возможно, так и было, поскольку, возмутившийся феникс, готов был в любую минуту вырваться наружу, встав на мою защиту.

Два стражника, закованные в позолоченные доспехи, выпрямились по стойке смирно. Держа пики в одной руке, другой потянули тяжёлые створки на себя, ухватившись за толстые, золотые кольца, торчащие из зубатых пастей деревянных рептилий.

— Вы уже здесь! — встретил нас Арсланд, сияя, словно тульский самовар на Масленицу.

— Ваше величество! — приветствовала его лёгким книксеном.

— Так, вот ты какая! — обхватив меня за плечи, старый император не позволил мне опуститься перед ним на столько, насколько требовал дворцовый протокол. — Это не ты, я должен тебе кланяться, — выдал Арсланд. — Ну, надо же, феникс! Кто бы мог подумать, — импонировала мне его открытая улыбка.

Ещё тогда, год назад, когда моя юная драконица, откликнувшись на зов дракона Дара, прилетев во дворец, стала свидетелем постановки «Отцы и дети», я поняла, что Арсланд хороший человек. Ну, типа человек. Человечный, в общем, дракон. Поэтому, когда он обнял меня как родную, я не ощутила к нему неприязни. Жизнь — сложная штука. Порой и отцы не в ответе за своих детей. Особенно, когда тем уже не одна сотня лет.

— Ну, ладно, я вас оставлю, — оторвался от меня император. — Вверяю сына, императора и всю империю в твои руки! — выдал он напоследок и скрылся за дверью.

— И, что дальше? — задала я вопрос, стараясь унять дрожь, обхватив себя руками.

— Существует два способа восстановления резерва: долгий и быстрый. Но, второй, боюсь тебе не понравиться, — усмехнулся Аскарий.

— И, почему же? — уставилась я на него, ожидая ответа.

НУ, ВОТ КТО МЕНЯ ЗА ЯЗЫК ТЯНУЛ?!

— Он требует полного слияния, — ответил ирлинг, пройдясь клыком по нижней губе.

— ИСКЛЮЧЕНО!!! — произнесла я гораздо громче, чем хотелось.

— Тогда остаётся первый вариант — переспать с ним.

— Крылатый, ты меня не расслышал, что ли?! — возмутилась я. — Я. НЕ СОБИРАЮСЬ. СПАТЬ С НИМ! — отчеканила для особо «одарённых», вспыхнув огнём.

— Ты не поняла, — взял слово Бен. — Тебе нужно только касаться его. А, это может растянуться на часы. Поэтому, логичней было бы лечь возле него.

Вдох, выдох. Вдох, выдох, — медитация — наше всё.

— Ладно! — рявкнула, немного успокоившись. Подойдя к кровати, скрывающей за пологом из зелёного бархата с каймой золотой бахромы, больного… на всю голову, дракона, взяв себя в руки, откинула портьеру в сторону. То, что я увидела, кольнуло меня в самое сердце. Того, кто лежал, утопая в перине, с трудом можно было назвать еле живым. Это была мумия, обтянутая серо-зелёной кожей. Ленин, по сравнению с Даром, выглядит огурцом.

— Вы уверены, что мы не опоздали? — обратилась я к притихшим побратимам.

— Если бы Дар переступил точку невозврата, мы бы это почувствовали, — ответил Бен.

— Ну, что ж, тогда приступим, — вздохнула я. Обойдя кровать, присела на матрас и, скинув ботильоны, принялась подползать к Дару. Превозмогая жуткую неприязнь, пристроилась к нему со спины.

— Будет лучше, если ты разденешься, — произнёс хренов советчик.

— Ещщё слово, и ты ссам сюда ляжешшь! — зашипела не хуже нагайны.

— Насть, послушай, Рик прав, — попытался вразумить меня Бенджамин. — При передаче энергии очень важен тесный телесный контакт.

— Как же у вас всё не просто, — пробубнила себе под нос. — Хочешь сказать, мне просто нужно его согреть? — ухмыльнулась я.

— Вот