Это уже не первый их разговор, и двойник понимал всю опасность затеи, но отступить не мог. Слишком большой куш был на кону. А в этом мире умирали и за меньшее, чем престол Российской империи.

— Ладно, пойдём, — выдохнул он.

— Тогда пошли, — довольно произнёс мужчина, что больше походил на медведя, чем на человека. Огромный и звероватый, с коричневыми кудрявыми волосами и густой короткой бородой, покрывавшей большую часть лица. Руки его так же имели волосяной покров того же оттенка.

Они спустились по длинной спиральной лестнице, тускло освещённой вставленными в стены факелами. Никакого электричества и электроники не должно было находиться рядом с заклинательной комнатой Мары.

Они дошли до самого дна. По ощущениям, это был минус третий этаж.

Медведеподобный постучался.

— Входите, — раздался властный женский голос.

Двери тут же перед ними сами по себе распахнулись, и в лицо двойника ударил ледяной, пронизывающий естество ветер.

Глава 15

Мара, женщина с длинными чёрными волосами, которые, казалось, двигались сами по себе будто змеи, стояла к ним спиной, склонившись над чем-то. Она была облачена в белый с красными узорами наряд, который носили в древней Руси, ещё когда страной правили только разрозненные бояре, что грызлись друг с другом по поводу и без.

Вот только приблизившись к женщине, будущий Алексей Николаевич сумел разглядеть, что, узоры на её платье не были цветами, животными или знаками, оберегающими от злых духов, к сожалению, нет. Мара щеголяла в черепах и магических знаках, что светились в слабом свете свечей.

От этого вида парень невольно сглотнул. Он знал, что древние считали Мару демоном и монстром, способным вторгаться в сны и вымораживать души и ещё бог знает что. Но одно дело — сказки, а другое — реальность, и тот холодный ужас, что испускала эта женщина, подтверждал каждое слово предков о ней.

Она резко повернулась, а её янтарные глаза на красивом бледном лице впились в него:

— Сейчас я сделаю то, о чём мы договаривались. От тебя — согласие, — голос был тоже замогильным и продирающим до пяток.

Двойник наследника престола невольно отступил и съёжился, желая быть меньше, чем он есть на самом деле, в глупой надежде что его пощадят.

Мара заметила его телодвижения и закатила глаза. После этого ужас куда-то отступил, оставив после себя лишь лёгкую дрожь в руках, с которой уже можно работать.

— Согласен, — выдавил из себя двойник.

— Давно бы так, — поморщилась женщина, а парень заметил, что её бледное лицо невероятно красиво, и подумал: «Наверное, именно так должна выглядеть смерть — обворожительно прекрасной».

А в следующее мгновение, в руках Мары блеснул серебром клинок, и в глазах двойника всё потемнело.

Открыв глаза, он, огляделся и увидел среди деревьев дома. Кажется, ему нужно идти. Вот только куда и зачем? И кому это «ему»?

— Кто я? — пересохшими губами чужим голосом спросил он у редкого леса вокруг.

Ответом ему была тишина. Он оглядел свои сухие как ветки руки, ему казалось, что раньше они были крепкими и сильными. А потом с трудом поднялся.

«Выбора всё равно нет. Нужно идти», — и неуверенной походкой зашагал в сторону видневшихся домов.

* * *

Дед Антип оказался натуральным тираном от мира тренеров. Эдакий зверь в человеческом обличии, не знающий пощады и нормального человеческого языка. Всё чем пользовался дед Антип, это военными командами, с помощью которых гонял нас до изнеможения.

Нагрузки, конечно, были абсолютно разными, но Багратион выглядел не лучше меня. Впалые щёки, круги под глазами, как у панды, и злой изнеможденный взгляд раба, что мечтает однажды убить хозяина и сбежать в прерии.

Когда я падал замертво, мне тут же вливали в рот какую-то гадость и заставляли вернуться к ненавистному миру живых. Боже, да за что мне это? Я думал, что это мой второй шанс, но всё оказалось не так. На самом деле я умер на том корпоративе и попал в ад, где почему-то главный истязатель принял вид благообразного седовласого старичка.

Мы много ели, какое-то время спали, а всё остальное время посвящали тому, что отрабатывали заклинания и развивались физически.

Я не знаю, стал ли быстрее и сильнее как воин, но с магией у меня однозначно был прогресс, что несложно было проследить. Всё же я развился с нулевого уровня, до возможности осознанно ставить защиту и создавать атакующие заклинания. Все они были однокомпонентными, как просвещал меня дед Антип, и как я выяснил, вытягивали просто прорву силы, как волшебной, так и физической.

— Чем выше твой Класс, тем сложнее магия, и тем меньше она будет зависеть от твоей выносливости. Всё будет решать объём волшебного источника и того, как ты его разовьёшь, — в очередной раз повторил дед Антип.

— И как же это сделать? — задыхаясь от усталости, спросил я.

— В данный момент мы прокачиваем твоё тело, дабы оно могло выдерживать большие нагрузки. Без этого ты не сможешь выжить на территории волшебных тварей. Мы должны добиться того, чтобы после двух-трёх заклинаний ты не вырубился от усталости. Так же и физическая сила важна, — поднял он палец, указывая в небо. — Сам понимаешь, с твоим набором заклинаний воинские умения нужны как воздух.

Подобные разговоры мы вели ежедневно, дабы я не забывал, для чего вся эта пытка. А я всё понимал. Ведь мне не семнадцать, как могло бы показаться окружающим, а почти в два раза больше, я прошёл службу в армии, учёбу в институте полиции и тренировки боевым искусствам.

Я не был особенным или что-то в этом роде, но и размазнёй никогда не являлся. Поэтому, несмотря ни на что, я упорно сжимал зубы и продолжал заниматься, усиленно выкладываясь каждый день.

Спустя некоторое время, я заметил, что часы сна начали сокращаться. Если я раньше, падая без сил, просыпался с первыми лучами солнца, то сейчас, открывая глаза, я наблюдал ещё усыпанное звёздами небо. Неужели день начал сокращаться так стремительно и вскоре подуют осенние холода? Или это я стал более выносливым, и мне теперь нужно меньше времени для восстановления?

К слову, дед Антип ни меня, ни Багратиона никогда не будил. Он об этом предупредил сразу:

— Вы сами хотите стать сильнее, и если вы решите спать дальше, то спите, но ко мне не подходите с повторной просьбой о тренировках.

Где-то через месяц Антип внезапно сказал:

— Теперь вы готовы к походу на территорию к тварям. Сегодня отдыхайте, завтра выступаем.

— Наставник, — тут же произнёс Багратион, — что насчёт моего возвышения?