Перед моим внутренним взором развернулось… не видение, а знание. Формула. Паттерн. Способ создать область Пустоты во внешнем мире. Что-то вроде очага пустотной энергии.

Мне словно явилось откровение. Я понял, как могу создать такую область. Шар Пустоты, размером с кулак, с голову, с автомобильное колесо — в зависимости от затраченной силы. Область, где не действовали привычные законы магии. Всё, что попадало внутрь или находилось слишком близко — свет, тепло, магическая энергия, даже жизненная сила — поглощалось, питая саму Пустоту и через неё меня.

Материя оставалась нетронутой — это не чёрная дыра, пожирающая всё. Скорее насос для энергии.

— Видишь потенциал? — с наслаждением протянул Рагнар. — В бою — лишить врага магии, высасывать его силу, гасить заклинания. В твоём жалком целительстве — создать микроскопическую область вокруг опухоли или очага болезни и вытянуть её энергию, не трогая ткани. Это сила нового порядка, Юрий. Сила, которая приближает этот мир ко Мне.

Он отступил, его присутствие стало тоньше, но осознание новой способности горело во мне, как пламя. Опасное, необузданное пламя.

— Теперь тренируйся. Научись управлять этим. Научись создавать эти очаги быстро, точно и, что важнее всего, научись их закрывать. Иначе они будут расти, пожирая всё вокруг, пока не поглотят и тебя. Это следующий шаг на пути к моему триумфу. Не подведи, — напутствовал Рагнар и растаял, оставив меня одного.

Я не стал ждать. Вышел в сад и убедился, что рядом никого нет. Усадьба уже спала, если не считать патрулирующих территорию гвардейцев. Я встал в тени под старой ивой, которую посадил ещё дед Дмитрия, и сосредоточился.

Создать очаг. Выпустить силу наружу и развернуть её в ограниченной области.

Первая попытка закончилась ничем. Только головная боль и ощущение, что пытаюсь мысленно поднять штангу. Вторая попытка — едва заметное мерцание воздуха, которое тут же схлопнулось.

На третью попытку я вложил больше воли. Напрягся, будто и правда собираюсь поднять над головой что-то тяжёлое.

И у меня получилось.

Прямо передо мной, на высоте пояса, воздух замер. Появилась сфера диаметром с футбольный мяч, но это была не сфера из чего-то. Шар абсолютного ничто, в котором нет ни света, ни тени, ни отражений. Он казался чёрным, но это был не цвет, а отсутствие всего.

От сферы исходил тихий, едва слышный гул, похожий на отдалённый шум водопада — судя по всему, с таким звуком поглощалась протекающая мимо мировая энергия.

Я осторожно протянул руку. На расстоянии ладони кожа начала неметь. Я почувствовал, как жизненная энергия покидает меня — медленно, но неотвратимо.

Резко отдернул руку. Онемение прошло не сразу.

Очаг Пустоты висел неподвижно. Я попытался его переместить мысленным усилием. Он дрогнул и сдвинулся на сантиметр, но контроль оказался чудовищно сложным. Не то же самое, что направлять энергию Пустоты изнутри себя.

И самое страшное — я ощущал необузданное желание сферы расти. Чтобы удерживать её в заданных границах, требовалось постоянное напряжение воли.

Я не рискнул держать очаг долго. Собрав волю в кулак, я мысленно «схлопнул» её, разорвал структуру.

Сфера дрогнула и исчезла. Над местом, где она висела, трава осталась слегка увядшей.

Я сел на землю. Рагнар оказался прав. Эта сила иного порядка. И она чудовищно опасна.

В бою такой очаг мог посеять хаос в рядах врагов. Лишать магов сил, гасить удары артефактов, вытягивать саму жизнь из бойцов. Но если моя воля вдруг дрогнет, если очаг вырвется и начнёт расти…

Лучше не думать. Если подобная сфера выйдет из-под контроля, то может нанести серьёзный вред. Не говоря уж о том, что такое происшествие вряд ли останется незамеченным. Меня вычислят и немедленно казнят — никакой Воронцов не поможет. Скорее, он первый поднимет против меня оружие.

Что касается лечения… да, теоретически я мог создать микроскопический очаг внутри тела, чтобы точечно высосать энергию болезни. Но один неверный шаг — и он начнёт пожирать жизненную силу пациента и убьёт его за секунду.

Я поднялся, глядя на увядший участок травы. Контроль. Мне нужен абсолютный, идеальный контроль. Нужно тренироваться, и много. Вдали от людей, от всего живого.

И не забывать, что каждый такой эксперимент приближает триумф моего «покровителя». Но другого пути нет. Остановиться — значит сдаться и признать свою слабость.

А слабых ждёт только один конец.

К тому же Пустота внутри меня теперь голоднее, чем когда-либо раньше. Я должен постоянно сдерживать её, иначе она вырвется наружу. Полагаю, это может случиться, даже если я умру.

На текущем уровне её силы не хватит, чтобы поглотить весь мир. Но нанести непоправимый вред многим живым существам она вполне способна.

Пути назад теперь уже точно нет. Придётся балансировать на самом краю, пытаясь выжать силу из дара, который в конечном счёте хочет уничтожить всё, включая меня.

Российская империя, город Новосибирск, усадьба рода Измайловых

Кабинет Владимира Анатольевича был погружён в тяжёлую, гнетущую тишину.

Станислав стоял перед отцовским столом, чувствуя, как под строгим, молчаливым взглядом по спине ползут мурашки.

— Что скажешь про пожар на складе? — наконец, спросил глава рода.

— Это… катастрофа, — неуверенно ответил Станислав.

— Точнее и не скажешь. Убытки — значительные. Репутационные потери — ещё значительнее. Нас выставили идиотами, которые не могут защитить свою собственность от каких-то жалких грабителей.

— Это не грабители, отец! Клянусь чем угодно, это подстроил Серебров! — воскликнул Станислав, сжимая кулаки.

— Конечно же. Но у тебя есть доказательства?

— Нет…

— Вот именно. Этих подонков так и не нашли, только сгоревшую машину в лесу возле трассы, — в голосе Владимира Анатольевича прозвучала с трудом сдерживаемая ярость.

Он встал и подошёл к витрине своей коллекции. Обвёл взглядом пистолеты, револьверы, сабли и прочие орудия убийства. Будто раздумывал, чем из этого будет лучше прикончить Сереброва.

Если бы Станислава спросили, он бы выбрал фламберг. Его волнистый клинок оставлял широкие рваные раны. Измайлов-младший уже представлял, как изрубил бы Юрия этим мечом.

Но отец вряд ли пойдёт на силовые методы, даже сейчас.

«Трусливый старик. Мы могли бы просто растоптать Серебровых, пока они не набрали силу! Зачем ждать, пока он воспитает сильную гвардию? Надо убить их всех сейчас!» — думал Станислав.

Отец тем временем отвернулся от витрины, прочистил горло и констатировал:

— Все наши бюрократические методы не сработали. Чиновника, которого мы подкупили, сослали в Салехард. Немыслимо. Похоже, у Серебровых появились связи или покровители, о которых мы не знаем…

— И всё это время у