Но маленькие ручейки мыслей настоящего, бывшего Аму терялись среди охвативших его новых представлений. Перед глазами воина появилась величественная картина гигантской красной реки, сметающей горы. Он летел над этой рекой, его темно-фиолетовая тень купалась в ее водах… Вдруг, посреди течения, он увидал маленький островок и на нем черную точку — замок Урх.

«Это река моей силы. Одно мое желание, и она сметет и башню, и сам остров. Да если я захочу, она сметет весь мир!»

«Помоги мне, Уту, великий, добрый Уту!» — сквозь нарастающий грохот повторял далекий голос.

«Я не простой воин. Я воин по крови. Древняя Смерть течет в моих жилах. Магр — мой настоящий отец, а Древняя Смерть — моя мать. Я должен быть достоин их. Как истинный Великий Воин! Как Повелитель Мира!»

«Тиана!» — словно далекий всплеск, словно последний крик утопающего.

«Какая Тиана?! Все женщины мира принадлежат мне».

«Нет, Тиана!»

Удары крови разрывали голову утуроме. И это была не кровь Древней Смерти, а настоящая, человеческая кровь, кровь Аму.

«Раз, два, три…»

«Я могу все!» — Аму чувствовал, как его наполняет новое знание, он понимал и мог прочесть знаки на теутхорах, он знал имя своей смерти на странном языке Древних и знал, как ее вызвать, он знал имена всех смертей, он чувствовал себя богом. Но это знание не могло заглушить слабый голос:

«Уту, Великий Уту, обереги меня от напасти!»

Тело Аму замерло, превратившись в камень.

Таким застал его Сафр. Кроме Сафра, никто не дошел до колодца. Морт и Счастливчик были убиты магрутами, а Эрар нашел смерть в водах молочной реки.

На площадке, под Утесом, туманный язычок лизнул глаза Эрара Криптона, и никакие заклинания не смогли восстановить его зрение.

— Сафр, помоги… — приказал Криптон, — выведи меня. — Он протянул руку по направлению к торговцу.

Сафр попятился.

— Хорошо, хорошо, — мягко ответил купец, — только ты сначала скажи мне, дорогой Эрар, что нужно Уруману в пятом колодце? Ты подождешь меня, а я быстренько схожу. И вернусь… Только скажи, какую вещь он прячет в пятом колодце? Ты подождешь, а я вернусь и помогу тебе… О! — Боль остановила Сафра.

— Без меня ты не пойдешь, — твердо проговорил Эрар, — подойди и дай руку!

Сафр сделал несколько неуверенных шагов по направлению к ученику мага, а затем, словно оборвав невидимые нити, отбежал назад, за камни.

— Сафр, где ты? Змея… Где ты? — Эрар водил пустыми глазами вокруг себя. — Подойди!.. Отец, Учитель! — взмолился он, обращаясь к далекому Уруману. — Дай мне силу!.. Стоять, Сафр.

Превозмогая боль, хватаясь руками за камни, Сафр удалялся. Эрар продолжал призывать торговца, сначала требовательно, затем умоляюще, затем яростно. Он выхватил меч и принялся крушить им камни.

— Сафр, змея, убью!

Однако Сафр был уже далеко. Боль ослабела, но ожидаемой радости, ожидаемого наслаждения от мучений слуги ненавистного повелителя торговец не ощутил. Ему была неприятна душевная агония Криптона. Купец не видел, что неожиданно гневное буйство ученика мага сменилось странным оцепенением: видимо, его мольбы дошли до Урумана. Головная боль Сафра усилилась. Обливаясь потом, купец побежал вниз, к серой ленте древней дороги.

Он обернулся как раз в тот момент, когда Криптон, оступившись, летел с обрыва в белесые воды реки. Тяжелый плащ сразу утянул ученика мага на дно. И вместе с ним навсегда исчезли невидимые болевые путы, связывавшие торговца много лет.

Теперь Сафр был свободен. И тайна Урумана была в его руках. «Пятый колодец… А что там, видно будет… Хотя там могут оказаться, кроме меня, другие посетители». Сафр был готов к неожиданным встречам и, когда, забросив веревку, забрался на стену колодца, размерами больше похожего на башню, увидел на лестнице, ведущей вниз, свежие следы, то понял, что они неизбежны.

— Аму, враг мой! — окликнул он застывшего в кресле утуроме.

Аму медленно повернулся и поднял глаза на торговца. Сафру сначала почудилось, что у того просто нет глаз. Пустые отверстия на месте зрачков, но затем они вспыхнули красным…

— Раб, — тихо произнес воин, и неведомая сила бросила Сафра на колени, — ты навеки останешься рабом.

Аму замолчал. В напряженной тишине было слышно, как попискивают теутхоры.

— Ты вернешься к своему бывшему хозяину. Я, Великий Господин Мира, жду его поклонения.

«Сафр, убей меня, — кричал далекий голос внутри Аму, — убей!» Но шум красной реки заглушал все.

— Ты принесешь миру весть о Великом Солнце, которое взойдет с Магра, и ты, раб, станешь моим пророком. Ступай, ничтожный, спеши обрадовать поднебесную!

Однако путь Сафра оказался недолог. Гонимый страхом, околдованный приказом, он быстро достиг выхода из колодца. Ступени лестницы тускло поблескивали в свете ночных звезд. Правда, в тяжелом костюме подниматься наверх было труднее, чем спускаться. Но страх стал руками и ногами Сафра, страх подталкивал его снизу и не позволял останавливаться.

Добравшись до самого верха, на последней ступеньке купец решил передохнуть. Он облокотился на стену и почувствовал, как та поддалась: его рука надавила на умело скрытую дверцу. «Сокровища древних!» Жадность и любопытство пересилили страх. Сафр надавил сильнее и увидел в темной глубине переливающийся зеленым небольшой шар. Он то ли был надет, то ли просто лежал на темном стержне. «Возьму!» Купец схватил шар рукой и потянул на себя.

И в этот момент его ноги потеряли опору. Лестница скрылась в гладкой стене колодца. Купец обеими руками вцепился в шар, мертво закрепленный на стержне. Некоторое время он удерживался над черной бездной, а затем безмолвно рухнул вниз.

Странная рукоять, освободившись от тяжести, вернулась в прежнее положение, дверца захлопнулась, а из стены вновь вынырнули лепестки-ступени винтовой лестницы.

Больше трех иров прошло с тех пор, как Аму бесследно исчез в Магре. А зрение к Джафу вернулось лишь через ир. И он смог совершить всего один небольшой поход: забрать суму с товаром, спрятанную в камнях Гор Мрака.

Теперь Джаф снова собирался посетить земли Древней Смерти. Торех по-прежнему манил его. И у него были компаньоны: Старик и молодой унрит Лул.

Они уже отошли от городских ворот, когда над городом раздался протяжный звук, знакомый каждому унриту: сигнал опасности. Магруты! Путники едва успели добежать до одной из башен.

Орды врагов, нескончаемый живой поток полулюдей-полузверей со светящимися глазами, с жаждой грабить и убивать, затопил Унру. Магруты просто обезумели. Башня с тремя унритами и тагом казалась маленьким островом среди безбрежного моря злобы.

Унритам оставалось печально наблюдать, как корабли медленно покидают Унру, проходя между двумя потухшими маяками, и как коричнево-серая масса с шумом и