В начале июля турки сумели окружить на берегах Прута 38-тысячную изнуренную и уставшую русскую армию. Турецкая армия насчитывала 135 тысяч человек, не считая крымской конницы. Отчаянное сражение разгорелось 9 июля. Первыми в бой пошли турецкие янычары, отличавшиеся особой смелостью и жестокостью в бою. Но русские, огородившись лагерем, сумели отбить их натиск. Артиллерийский и ружейный огонь буквально сметал ряды наступавших. Не раз бой перерастал в рукопашную схватку, в которой русские солдаты проявили чудеса бесстрашия и упорства. Трехчасовое сражение закончилось отступлением турок. И все же положение русской армии оставалось отчаянным. Не было продовольствия и воды, солдаты еле держались на ногах. Кольцо окружения стягивалось все плотнее. Царю, его генералам, всей армии грозил плен.

В этих условиях Пётр созвал военный совет. Было решено просить турок о мире. В их лагерь послали опытного дипломата Петра Шафирова. Он имел тайный наказ заключить мир во что бы то ни стало, добиться свободного прохода русской армии во главе с царем на Родину. Для того чтобы избежать плена, Пётр соглашался отдать туркам Азов и Таганрог, вернуть Швеции все завоевания в Прибалтике, включая Санкт-Петербург, т. е. все, что было завоевано в течение полутора десятилетий тяжелейших войн с Турцией и Швецией. Для Петра это была трагедия. Это была трагедия и для страны, положившей на эти войны огромные средства и отдавшей тысячи человеческих жизней. Но одновременно военный совет принял решение в случае провала мирных переговоров прорываться из окружения: о капитуляции не могло быть и речи.

На переговорах в турецком лагере наибольшую неуступчивость проявил бывший там Карл XII. Он упорно настаивал на пленении Петра I – поражение под Полтавой жгло его уязвленное самолюбие.

Долгое время из турецкого лагеря не было ответа. Пётр и его соратники не знали, что в турецком военном руководстве идут жаркие споры. Русские не знали также о том, что, получив приказ атаковать русский лагерь, янычары отказались идти в наступление, т. к. уже испытали на себе силу русского сопротивления. Неизвестно было в русском лагере и то, что конный корпус, посланный ранее Петром в сторону Дуная, зашел туркам в тыл и готов был атаковать их. Все это склоняло турецкое командование к мирным переговорам.

Не дождавшись ответа от своего парламентера, Пётр приказал развернуть полки для последнего отчаянного боя. Те двинулись вперед. Это стало последним сигналом к устрашению турок. В русском лагере незамедлительно появился их представитель. Начались переговоры. Ходили слухи, что Шафиров сумел, кроме того, задобрить турецкого командующего – визиря и преподнес ему бриллианты не венчанной еще жены Петра I Екатерины, которая сопровождала мужа в походе и отдала свои драгоценности Шафирову для спасения армии.

Условия мира были тяжелыми: Россия возвращала Турции Азов, должна была срыть таганрогские укрепления, обязывалась вывести войска из Польши. Но все завоевания в Прибалтике сохранялись. Армии было предоставлено свободное возвращение домой с оружием, артиллерией, знаменами.

Вскоре русские колонны в полном порядке под барабанный бой покинули несчастливые для них берега Прута.

§ 3. Новые успехи в Прибалтике

После возвращения с Прута Пётр с новой энергией развертывает боевые действия в Прибалтике. Русские войска появляются в Померании – на южном берегу Балтийского моря. В 1712 г. в бою под Фридрихштадтом Пётр сам вел батальоны в атаку, в ходе которой шведский корпус был наголову разбит, рассеян и взят в плен. Вскоре здесь же 11-тысячная армия шведов сдалась Меншикову.

В 1713 г. основные военные действия Пётр переносит в Финляндию, принадлежавшую тогда Швеции. Отсюда Карл XII получал продовольствие. Здесь были его военные базы. Летом русские при помощи галерного флота высадили десант на Финском побережье. Авангардом десанта командовал сам царь. Основные города края открывали русским свои ворота без боя. Теперь почти вся Финляндия оказалась в руках русских войск, шведы были вытеснены из континентальной Европы. Некогда могучая европейская держава стояла на краю гибели.

Однако Карл XII, вернувшийся из Турции, цеплялся за малейшую надежду повернуть ход войны в свою пользу. Прежде всего он рассчитывал на мощь своего военно-морского флота, одного из самых сильных в Европе, надеялся он и на помощь ряда европейских стран, прежде всего Англии, не желавших усиления России в Северной Европе.

Понимая, что окончательно сокрушить Швецию невозможно без уничтожения её флота, Пётр решает перенести войну на море. Это был смелый и неожиданный шаг. Ведь на Балтике русский военный флот лишь зарождался. Однако каждый год с Адмиралтейской верфи в Санкт-Петербурге спускали все новые и новые боевые корабли. Свою лепту в создание Балтийского флота вносила и Олонецкая верфь в Карелии, близ Ладожского озера.

К лету 1714 г. на воду было уже спущено несколько многопушечных фрегатов, но основной флот был галерный, насчитывавший 200 кораблей. Этими силами Пётр и решил атаковать шведскую эскадру, располагавшуюся около мыса Гангут на южном побережье Швеции. Здесь русским противостояли 16 линейных многопалубных фрегатов, 8 галер и некоторое число вспомогательных судов. Общее командование русским флотом осуществлял адмирал Апраксин. Пётр в должности контр-адмирала возглавлял авангард русской эскадры. Путем ряда маневров и прорывов легкие русские гребные суда навязали шведским тяжелым кораблям бой в прибрежных шхерах – среди каменистых островов и узких морских протоков, окаймленных скалистыми берегами. Шведские фрегаты с трудом разворачивались там навстречу юрким, подвижным русским судам, которые окружали их со всех сторон. Пётр первым атаковал шведскую эскадру, прорвался к флагманскому кораблю и взял его на абордаж; часть кораблей ушла с поля боя. Шведский флот потерпел у мыса Гангут полное поражение. Это открывало русским путь к шведским берегам.

В европейских столицах весть о победе русского флота потрясла политиков. В Швеции началась паника, королевский двор спешно покинул Стокгольм, который мог быть атакован русской эскадрой в любой момент.

§ 4. Завершение Северной войны

После Гангутской победы Пётр издал указ, по которому отныне вся морская торговля, шедшая через Архангельск, переводилась в Петербург. У его причалов с каждым годом прибавлялось иностранных судов; «окно в Европу» заработало на полную мощность.

Однако проход торговых судов по Балтийскому морю был небезопасен. В своей неистовой вражде к России Карл XII приказал топить все нешведские суда, появившиеся в водах Балтики. Это уже был жест отчаяния. В ответ Россия усилила свое военное давление на Швецию. Русский десант высаживается на Аландских островах. Под угрозой русского вторжения оказалось Шведское побережье.

Эти успехи России окончательно напугали европейские страны. И вот уже за спиной Петра его ненадежный и коварный союзник Август II начал переговоры со Швецией о мире. Англия толкает Данию к нападению на Россию. Английский король заключает со Швецией военный союз и дает приказ своей эскадре войти в балтийские воды и атаковать русский флот. Австрия также занимает антирусскую позицию.

В 1716–1717 гг. Пётр снова отправляется в Европу,