Просто в ужасе смотрела на свое отражение и не могла поверить в то, что вижу. Радужка глаза вместо привычного голубого оттенка горит огнем. В моих глазах реально бушует пламя, а зрачок из нормального круглого превратился в вертикальный, прямо как у кошек или змей.

Послышался глухой удар в дверь, затем еще и еще. Я продолжала смотреть в своё отражение, не реагируя. Ник пробурчал что-то мне непонятное, но по интонации я поняла, что это ругательство. Он подошел ко мне и сильно прижал к своей груди. Я не успела возмутиться, как нас охватила тьма. Попытки отстраниться я прекратила, увидев множество щупалец черного тумана, медленно смыкающихся вокруг нас. Я прижалась еще сильнее к сильной и мускулистой груди парня. Последнее, что я увидела, прежде чем тьма поглотила все пространство вокруг — это дверь, слетевшую с петель.

— Да не ори ты! — грозно рявкнул Ник. Он все еще прижимается к моей спине, а я продолжаю стоять, зажмурив глаза. И да — ору. Потому что страшно. Мне никогда уже не забыть эти щупальца из тьмы, что окутывают с ног до головы, и ощущение полной дезориентации в пространстве. — Рия!

Орать я перестала. Нет, я не испугалась крика Ника, просто голос сел.

— Что? — хрипло спросила я, все еще не открывая глаз.

— Глаза открой, — произнес парень, уже отпустивший меня.

Медленно приоткрыла один глаз. Тьмы больше нет. Спокойно и уже без опаски открываю второй глаз. Комната, очень похожая на мою, но отличия все же были. Весь рабочий стол был завален какими-то бумагами и книгами. У окна стоял мольберт, все пространство под окном было заполнено исписанными полотнами. Неожиданное открытие.

— Мы в моей комнате, — пояснил Ник, пристально следивший за мной.

— Не знала, что ты рисуешь, — я попыталась подойти и рассмотреть, что сейчас рисует Ник. Но он меня опередил, накрыв мольберт плотной тканью.

— Это помогает собраться с мыслями, — он пожал плечами, все еще не сводя с меня взгляда.

Шок от неожиданного открытия отступил, и я вспомнила, почему вообще оказалась в этой комнате. А потому:

— И что это сейчас было? — зло спросила я, скрестив руки на груди.

— А ты хотела, чтобы все увидели твой уровень силы? — лениво поинтересовался парень, садясь на кровать. — Кстати, глаза пришли в норму.

— При чем тут это? Я про эту тьму и то, как мы оказались в твоей комнате.

— Ты еще глупее, чем я думал, — он тяжело вздохнул, — глаза у мага трансформируются, когда он теряет контроль над своей силой. Такое происходит лишь у самых сильных. Но вот чтобы еще и зрачок менял свою форму, это уже что-то новенькое, — он встал, медленно подошел ко мне и ехидно так продолжил: — У тебя часом в родне оборотней не было?

— Смешно, — неестественно улыбнулась я и попыталась собраться с мыслями.

Вопрос риторический. Для него, а вот для меня очень даже правильный. Неужели мой отец был оборотнем? Нет, быть этого не может. Или все же может? Но ведь у оборотней не может быть стихийного дара — они обладают лишь белой магией или целительской.

— Ты хочешь сказать, что я была на грани оборота? — все еще хрипящим голосом спросила я.

— В точку! — довольно воскликнул он и отошел, сев обратно. Мне его теперь благодарить, что ли? — Одного понять не могу, — задумчиво продолжил он. — У оборотней во время оборота зрачок лишь расширяется, а у тебя он стал вертикальным, — пытливый взгляд на меня. — Ты должна обратиться к ректору или хотя бы к нашему декану.

— Нет! — воскликнула я раньше, чем успела осознать, о чем он.

— Рия, ты не понимаешь, это слишком опасно. Потеряешь контроль и можешь навредить не только окружающим, но и себе.

— Я не могу, — прошептала я. И вот как объяснить ему, что все вокруг твердят, что нужно скрывать свою истинную силу? — Джонатан, — я запнулась, но собралась с силами и продолжила, — дядя запретил кому-либо демонстрировать свой уровень силы.

Ник оставался все таким же решительным, однако в его глазах мелькнуло понимание. Похоже, он сам находиться в подобной ситуации. Но несмотря на это, он все также непоколебимо произнес:

— Это слишком опасно. Такой уровень силы… Нет, я обязан сообщить о твоих проблемах с контролем.

— Ник, пожалуйста! — взмолилась я. — Раз мне досталась эта сила, значит, я способна с ней справиться, — говорить старалась максимально уверенно, хотя и уверенности как таковой не было. Было страшно. Но прежде, чем принимать решение, нужно всё обдумать. Не зря меня так настойчиво просят никому не демонстрировать свой уровень силы.

Ник долго и молча вглядывался в мое лицо, словно пытаясь что-то отыскать в его выражении, затем медленно кивнул:

— Хорошо, я никому не скажу.

Я сделала судорожный вздох и, пискнув радостное «спасибо!», обняла Ника за шею. Миг на осознание, и я развернулась в намерении покинуть спальню мага. Как неловко-то… «Астрия, держи себя в руках!» — мысленно приказала себе, открывая дверь. Вслед мне донеслось: «Завтра на рассвете».

— Что? — тут же повернулась к парню.

— Завтра на рассвете у нас тренировка, — приказным тоном произнес Ник, — не проспи.

И, как обычно, не дожидаясь моего ответа, встал с кровати и вышел из комнаты, даже не взглянув на меня больше. Постояла пару минут в растерянности в чужой спальне, затем, пожав плечами, бодро потопала в свою комнату. До начала учебного дня осталось очень мало времени, а мне еще необходимо привести себя в порядок.

* * *

— Ты меня искал? — спросил Ник, входя в кабинет декана.

— Да, — Шейд поднял глаза от бумаг на своего племянника, — Что за история с леди Бастир?

— Ничего особенного, — парень привычно уселся в кресле перед столом лорда Фаскора, — Просто Дан решил, что он самый крутой и будет самоутверждаться за счет девушки. Девушка дала отпор и едва не потеряла контроль над силой. Всё.

— Да? Почему тогда весь факультет судачит о том, что ты ее выкрал?

— Что? — от неожиданности Ник подавился воздухом. Откашлявшись, он поспешил объяснить: — Я всего лишь перенес ее в комнату, чтобы ей не пришлось занимать общую ванную.

— М-да, — задумчиво протянул