41). Ибо реджийцы сражались против них с одной стороны, а жители Кверцолы – с другой, и захватили они 103 из них. И большую часть их увезли в Реджо, связанных одной веревкой и закованных в кандалы, и там содержали под стражей в тюрьме коммуны. А остальных удержали жители Кверцолы ради восполнения своих убытков, причиненных им людьми из Джессо. А Кверцола – это местечко, принадлежащее господину /f. 486d/ Маттео да Фолиано. С другой стороны, в плен попали только наемники и чужаки. А главные среди людей из Джессо сидели дома под прикрытием стен замка. Они, услышав об избиении своих, возопили, говоря: «Горе нам! ибо не бывало подобного ни вчера, ни третьего дня; горе нам! кто избавит нас от руки этого сильного Бога?» (1 Цар. 4, 7–8).

О светильниках, выставленных в знак радости от одержанной победы

На следующий вечер [17 июня] жители Реджо выставили на верху башни коммуны пылающий факел в знак радости и веселья и для увеселения сердец своих друзей, находившихся в Бьянелло и в прилегающих замках. А те сделали то же самое, тотчас выставив зажженные факелы, как делают крестьяне в воскресенье Пятидесятницы, когда сжигают свои домишки и хижины. То же сделали жители прихода Кавьяно, выставив пылающий факел на верху колокольни.

О том, что Монако послал вооруженных людей для сожжения Каноссы

На следующий день [18 июня] Монако да Бьянелло послал вооруженных людей, и сожгли они дома в окрестностях Каноссы в отместку за сожжение людьми из Джессо деревни Кавьяно.

О том, что реджийцы осадили Модзаделло и разрушили дома вокруг замка и вырубили виноградники

Затем, на третий день, то есть в День святых мучеников Гервасия и Протасия [19 июня], подошли реджийцы к замку под названием Модзаделло, и разрушили дома, и вырубили виноградники вокруг замка. И были с ними люди из Бьянелло, и из Кваттро-Кастелла, и из Биббьяно, и из Кавьяно. И совершили они великое уничтожение виноградников. Тем не менее находившиеся в замке ранили стрелами из луков многих из нападавших. И в тот же /f. 487a/ день реджийцы вернулись к себе домой, не потеряв ни одного человека. Ибо от ран пострадали жители Кваттро-Кастелла и других деревень.

О том, что люди из Сассуоло вернулись в свой город

Также в этом году, в последний день июня, люди из Сассуоло, которых жители Модены изгнали в отправили в ссылку, вернулись в свой город[2822]. И вернулись они мирно, с соизволения тех, кто находился в городе.

О том, что умер епископ Модены, и брат Филипп де Боскетти стал епископом

И умер епископ Модены по имени господин Ардетион, происходивший из Милана, «будучи стар и насыщен жизнью» (Быт. 35, 29). И было волнение в Модене из-за выборов епископа, и продолжались выборы много дней. Наконец выбрали брата Филиппа де Боскетти из Модены, брата-минорита. Был также избран вместе с ним господин Гвидо деи Гвиди, из другой партии, архипресвитер Читтановы, знаток канонического права, но мало изведавший жизнь, а был он родным братом Бонифация деи Гвиди из ордена миноритов. В конце концов верх взял брат Филипп и был посвящен в епископы Модены.

О том, что многие монахи продвинулись до сана епископов больше благодаря родственным связям, чем своему ордену

И заметь, что в мои дни многие братья-минориты и проповедники поднялись до сана епископов больше благодаря родственным и кровным связям, чем благодаря принадлежности к своему ордену. Ибо не очень-то стремятся каноники кафедральных соборов и главных церквей любого города иметь на свою голову прелатами монахов, хотя бы и было им известно, что те блистают праведной жизнью и ученостью. Ведь боятся они, как бы те не потеснили их, потому что хотят они жить в плотских утехах и распутстве, по слову Писания /f. 487b/, Притч. 15, 12: «Не любит распутный обличающих его, и к мудрым не пойдет».

О том, что аббат Иоахим говорит много хорошего о двух орденах

В «Толковании на Иеремию» аббат Иоахим говорит о братьях-миноритах и проповедниках: «Эти два ордена просто и смиренно родятся от Церкви, но по прошествии времени яростно они возопиют и обличат блудницу вавилонскую»[2823]. Об этом сказано и в Писании, Притч. 24, 25: «Обличающие будут любимы, и на них придет благословение». Заметь, что под «блудницею вавилонскою» можно понимать любую душу, погрязшую в смертных грехах. Еще об этих двух орденах сказал аббат Иоахим: «Кажется мне, что один (имеется в виду орден. – Прим. Салимбене) будет собирать виноград земли без различия, воплощая в Церковь клириков и мирян, а другой будет отбирать только первинки клириков»[2824].

Но достаточно сказано об этом предмете. Пора уже перу вернуться к описанию деяний реджийцев, к которым обращено наше особое внимание, в частности, к нынешней войне, которая и в вышеуказанном году и в следующем весьма потрясла, и привела в замешательство, и сокрушила реджийцев.

О бежавших из тюрьмы реджийской коммуны, из-за чего был подвергнут пыткам Скальфино Индузиати

В эти дни в вышеозначенном году, а именно в лето Господне 1287, в июле месяце, из тюрьмы реджийской коммуны бежали 28 человек; из-за них был схвачен Скальфино, сын господина Гвидо Индузиати, и подвергнут жестоким пыткам, потому что реджийцы думали, что он дал заключенным напильник для побега из тюрьмы. И, кроме других пыток, поставили под подошвы его ног глиняный горшок с горящими углями. И с помощью меха раздували угли, чтобы они жарче пылали и были дольше пригодны для пытки. И когда он так сидел, привели /f. 487c/ его отца посмотреть, как терзают сына. И приговорили его к уплате трехсот либр болонской монетой, после чего позволили ему выйти на свободу.

О том, как некоторые задумали вторжение в замок Реджоло в ущерб реджийской коммуне, из-за чего семья Канино де Палуде была отправлена в изгнание

Также в эти дни задумали некоторые совершить выдачу замка Реджоло в ущерб городу Реджо и в помощь людям из Джессо. Но узнали об этом реджийцы с помощью Божией, ибо «Он разрушает замыслы коварных, и руки их не довершают предприятия» (Иов. 5, 12). И десять человек из охраны Реджоло, которые должны были совершить предательство, бежали. Однако реджийцами был схвачен племянник Коррадо Канино де Палуде, а именно сын его сестры, называвшийся