— Ну что? — поднял взгляд хозяин кабинета.

— Он послал к ней своего человека с деньгами.

— Хорошо — кивнул Вахо. — Гурам, как я и думал, предпочел договориться.

Вахо задумался, глядя в пустоту перед собой. Потом посмотрел на Фрола и усмехнулся.

— Значит, Отморозок жив и здоров. Он просто затаился. Это меняет наш расклад с Потаповым. Пока будем действовать, как договорились, а Отморозка не трогаем. Пусть пока живет своей жизнью. Не будем его раньше времени впутывать.

Глава 7

Октябрь 1991 года. Небольшое кафе в центре Москвы.

Сижу за столиком у самого окна и пью вполне приличный кофе. Играет тихая музыка. Обстановка внутри уютного помещения надежно отсекает от промозглой сырости на улице. От серых фигур у метро, продающих свой нехитрый скарб, разложенный на газетках. От неубранной с улиц опавшей листвы, от мусора, от общей атмосферы неустроенности и грядущей разрухи девяностых.

Вижу Ивана. Он зашел, сложил мокрый зонт и осмотрел помещение. Когда его глаза останавливаются на мне, улыбаюсь и киваю ему. Он улыбается и кивает в ответ. Сдает плащ в гардероб и идет к моему столику.

Встаю и пожав протянутую руку Ивана притягиваю к себе чтобы обнять.

— Давно приехал? — Поинтересовался он, присев за столик и просматривая меню, принесенное официантом.

— Чуть больше недели.

— Как все прошло в Анапе?

— Спасибо, все хорошо. Мне очень помогли данные, которые ты собрал. Вопрос закрыт, но я туда в ближайшее время не вернусь.

— Правильно — кивает Иван. — Даже закрытые вопросы могут снова открыться, когда ты меньше всего этого ожидаешь.

— Ты это о чем? — настораживаюсь я.

— Гурам приезжал в Энск и заходил к Вахо.

— Вот как. Он прислал своего человека к моей матери с остатком денег. Я и не знал, что они с Вахо знакомы.

— Знакомы, — кивает Иван. — Я точно знаю, что они встречались и долго разговаривали в кабинете наедине.

— А ты держишь руку на пульсе. — усмехаюсь я.

— Приходится — кивает он. — После случая со слежкой, я предпочитаю проверяться и узнавать обо всем, что происходит в Энске заранее. Не один Фрол может вербовать агентуру.

Официант принес кофе и пирожные. Мы замолчали пока он не отошел. Иван кивнул и аккуратно взял свою чашечку, осторожно попробовав горячий напиток.

Он серьезно вырос за эти три года. Сумел не только занять высокое положение в империи Вахо, но и сделать выводы из произошедшего, завербовав себе информатора среди людей Фрола.

Когда мама попросила перезвонить ей несколько дней назад, я узнал о визите человека Гурама. То, что он прислал своего человека с деньгами, с одной стороны, хороший знак. Гурам не хочет конфликтовать и идет на мировую, а с другой стороны, он мне явно показал, что не только я один умею добывать информацию, и приходить прямо домой.

Теперь еще информация о встрече Гурама и Вахо. Было бы глупо после этого предполагать, что Вахо не в курсе моего появления на горизонте. Чем это может мне грозить, пока не знаю. Но, в любом случае, хорошего в этом мало. Надо срочно забирать мать из города и вообще вывозить из страны. Сейчас с этим намного проще, были бы деньги, которые, по счастью, у меня есть. Самое трудное будет уговорить мать. Она то и в Анапу особо не стремилась.

Смотрю на Ваню, который ожидает моей реакции.

— Вань, наверное, мне нужно будет на какое-то время уехать из страны. — наконец говорю ему. — Хочу спрятать на всякий случай мать. Дальше пойдут совсем паршивые времена и лучше вывезти ее подальше. Для этого мне нужно будет подготовить базу и пожить некоторое время там вместе с матерью.

— Понимаю, — спокойно кивает Иван. — От меня что-нибудь нужно?

— Да, — мне нужно быстро сделать загранпаспорт на те документы, которые ты организовал для меня и загранпаспорт для матери.

— Сделаю.

— С одной стороны это и к лучшему, — размышляю вслух — за границей я смогу плотнее заняться нашим проектом. Найду людей, заключу договора на поставку. К моменту открытия границ, у нас будет все готово. Тебе останется организовать прием и продажу ширпотреба из Европы. Выведи пока Игоря у себя из структуры. Он будет заниматься только нашими делами.

— Да, — Иван снова пригубил кофе и сделав маленький глоток, поставил чашку на блюдце — Жаль, конечно, что ты уезжаешь. Но это правильно.

— Может, и ты вывезешь Вику с Настей? — Спрашиваю его. — Поверь, в ближайшие десять пятнадцать лет, тем кто зарабатывает большие деньги, семьи лучше спрятать подальше отсюда.

— Вика ни за что не согласится — качает головой Иван. — У нее работа в журнале, да и дед совсем плох, она теперь часто вместе с Настей бывает у него на даче. Виктор Петрович всегда оживает, когда приезжает правнучка.

— А что с Виктором Петровичем?

— Он так и не оправился до конца от инсульта, а сейчас еще и сердце начало пошаливать.

Вздыхаю. Жаль, что я не могу навестить человека, которого глубоко уважаю. Но есть вещи, которые не в силах изменить как бы мне этого ни хотелось. Или могу? Нужно поразмыслить об этом на досуге.

* * *

Болгария. Несебр. Ноябрь 1991 год.

Контора адвоката Стояна Димитрова находится в небольшом двухэтажном здании в новом городе. Двухэтажный дом из темного камня со старыми деревянными окнами, краска на которых выгорела и облупилась от южного солнца. Рядом со входом, наряду с другими, висит латунная табличка с гравировкой «Адвокат Ст. Димитров. Гражданское право. Сделки с недвижимостью».

Поднимаюсь по знакомой скрипучей деревянной лестнице на второй этаж. Прохожу по коридору и останавливаюсь перед массивной дверью с точно такой же латунной табличкой, как и внизу.

Стучу и услышав

— Влезте, отворено е!

Вхожу в небольшой кабинет, заставленный деревянными стеллажами. На стеллажах стоят многочисленные серые папки с делами и книги по праву, среди которых, есть книги и на русском языке. У большого окна стоит старый письменный стол, покрытый зеленым сукном. На нем пишущая машинка «Эрика» и целая гора бумаг, папок и книг.

За столом сидит сухой мужчина в светлом костюме. На лице очки с толстыми линзами. Он внимательно изучает документы, лежащие перед ним. Слева на стене висит уже выцветший диплом софийского университета