— Джемма? — позвал Трейс, не дождавшись ответа, потому что я тупо стояла как дерево.

— Ага, пиццу, именно. Давай сделаем это. Ну, в смысле… закажем пиццу.

Я мысленно корчилась от стыда, молясь каждой клеточкой своего тела, чтобы коврик у кровати взлетел с пола и заткнул мне рот.

— Пиццу, значит.

— Да. Пиццу. Супер.

Убейте меня кто-нибудь.

Трейс свёл брови, наблюдая за мной.

— С тобой всё в порядке? — спросил он с весёлыми нотками в голосе.

Не-а. Вообще нет.

— Ага, всё отлично.

— Ладно…

— Просто уже предвкушаю… пиццу.

Серьёзно, пристрелите меня, умоляю.

— Хорошо, хорошо, — засмеялся он, доставая мобильный. — Сейчас закажу пиццу и буду ждать тебя внизу.

— Отличный план, мне нравится.

Я смотрела, как он выходит из комнаты, закрывая за собой дверь.

Как только он скрылся из виду, я прижала ладони к красному как помидор лицу и следующие три с половиной минуты просто мечтала провалиться сквозь землю.

***

Приняв быстрый душ в гостевой ванной, я завернулась в махровое полотенце и подошла к зеркалу. Вытерев запотевшую поверхность, осмотрела себя и вздохнула, глядя на своё отражение.

Я выглядела так, будто меня переехал грузовик.

Поправочка: будто меня переехал грузовик во время дождя.

Глаза впалые и уставшие. Кожа бледная, как будто никогда не видела солнца (впрочем, в Холлоу Хиллс действительно постоянно пасмурно). А волосы… мои некогда роскошные, блестящие локоны явно знавали времена получше. И масочки получше. Кончики выжженные, их можно только срезать.

К сожалению, моя жизнь не располагает к походам в салоны красоты или хотя бы к вечерам дома, посвящённым заботе о себе. Без Тейлор, которая могла бы взять дело в свои руки, меня хватает лишь на то, чтобы держать при себе тушь с неистёкшим сроком годности.

Чувствуя себя раздавленной, я начала расчёсывать свои длинные тёмные волосы, постаралась справиться со всеми узелками и собрать волосы в высокий хвост. Понимая, что лучше всё равно не будет, я решила перестать сокрушаться из-за своего внешнего вида. Да и я была слишком голодной, чтобы париться.

Мне хотелось только набить рот пиццей и забраться на ручки Трейса.

Само собой, второе я делать не буду, но не стану отрицать, что хочу.

— Пицца приедет через десять минут, — сказал Трейс, когда я вошла в гостиную несколько минут спустя. Он лежал на угловом диване, смотрел что-то на телефоне. Его взгляд скользнул по мне.

И там и остался.

Не знаю, что такого он увидел, но, судя по жаркому взгляду, явно не мокрую жертву грузовика, которую я увидела в зеркале. Есть такая особенность у влюблённых парней. Они смотрят на тебя сквозь розовые очки, даже если ты сама себя оцениваешь очень низко.

Я закатила глаза и села на тот же диван, но на расстоянии двух футов от Трейса. Я слишком привыкла к его близости, хотя пытаюсь держать дистанцию. Я балансирую на краю пропасти и скоро стану мастером в этом деле.

— Как себя чувствуешь? — спросил он, откладывая телефон на кофейный столик, и развернулся ко мне, закинув руку на спинку дивана. Всё его внимание теперь было направлено на меня.

— Уже намного лучше. — Я забралась на диван, подобрав под себя ноги. — Хорошо не чувствовать постоянную боль. В какой-то момент я уже было поверила, что навсегда перееду жить в подвал Бена.

В этой шутке была лишь доля шутки.

— Бен был бы только рад. Кто ещё может похвастаться, что у него есть своя Барби в подземелье?

— Ага, так и вижу, как он часами пытает меня просмотрами всех сезонов «Секретных материалов».

Трейс засмеялся.

— Ты хорошо его знаешь.

— А если серьёзно, то я безмерно благодарна ему за помощь. И Габриэлю, — быстро добавила я, внезапно осознав, сколько народу пришло мне на выручку сегодня ночью. Без них всё было бы намного хуже. Я могла отправиться прямо в логово льва со снятыми трусами. Но друзья бросили всё и приехали ко мне. Жаль, я не видела лица Доминика, когда он понял, что я не приду.

Я в долгу перед всеми тремя, но особенно перед Габриэлем.

У меня сжалось сердце при мысли о нём.

— Надеюсь, он уже отошёл после сегодняшнего.

— Ты про Габриэля?

Кивнула.

— Он нарушил свои многолетние принципы ради меня. Боюсь представить, что он сейчас чувствует. — Чем больше я думала об этом, тем больше винила себя. — Надо было найти кого-нибудь другого. Не стоило просить его…

— Он сам предложил, — перебил Трейс, пытаясь успокоить мою совесть. — К тому же разве у тебя есть ещё знакомые Воскрешённые, которым ты могла бы довериться в таком деле?

— Был один, — прошептала я. Казалось, что это было целую вечность назад. Когда Доминик был именно тем, кто мог бы меня спасти. Он бы без лишних вопросов рискнул своей жизнью ради меня.

Теперь же именно он и подвергает меня опасности. Играет с моей жизнью, будто я для него не более чем зверушка для развлечения. Эта мысль вгоняет меня в депрессию.

— А ты серьёзно была готова обезвредить его? — спросил он задумчиво и с любопытством. — Ну, пока не выясним, что с ним можно сделать?

— А что? Думаешь, не вышло бы?

— Напротив. — Он подвигал челюстью, изучая меня. — Мне кажется, это лучший способ защитить тебя сейчас.

Я скривилась, давая понять, что мне не нравится его выбор слов.

— Знаю, знаю, ты сильная, тебя не нужно защищать. Я не это имел в виду, — быстро исправился он. — Но конкретно сейчас из-за Доминика ты уязвима. А учитывая все обстоятельства, это слишком рискованно.

— Ты прав.

Я едва ли могу одновременно решать проблему со Всадниками и Никки, беречь психическое состояние Трейса и постоянно оглядываться через плечо. Чем больше я думаю об этом, тем больше склоняюсь к мнению, что временное обездвижить Доминика будет лучше для всех, включая его самого.

Его нельзя оставлять как есть — он не в том состоянии, чтобы спокойно разгуливать на свободе. А у меня слишком много проблем, чтобы приглядывать за ним. Кто знает, сколько уже невинных людей пострадали из-за Доминика и Присциллы…

— Будет непросто, — сказала я по большей части сама себе. — Рядом с ним его прародительница. И я уверена, что она будет защищать его не меньше, чем он её.

Жар в груди спустился к животу. Ненависть пожирает меня при мысли о них двоих вместе, поэтому я старалась думать о них как можно меньше.

— Значит, будем действовать по принципу «разделяй и властвуй», — спокойно ответил Трейс. — Звучит не слишком сложно.

— Будем? — Я окинула его взглядом