Снежана сразит нас своими идеями и подходами к делу.

Ледяной говорит с предвкушением:

— Сейчас узнаем, кто она эта твоя Снежана – просто женщина или легенда.

Глава 15. «Хорошая мотивация»

* * *

— СНЕЖАНА —

Что ж, я устроила себе маленький академический ад.

Первая попытка в актовом зале провалилась, но сейчас я обязана убедить детей сотрудничать со мной.

Скелеты рассадили учеников. Притащились даже некоторые преподаватели.

Скелеты занимают место у стеночки, пытаются стать незаметными, но у них это плохо получается.

Я поднимаюсь на трибуну и обвожу взглядом шумную толпу.

Дети и не думают успокаиваться.

Они хоть и сидят на трибуне, как на матче, но на меня ноль внимания. Они всецело заняты собой и своими подростковыми проблемами.

Так, пора начинать. У меня время не резиновое. Завтра я бы хотела начать делать праздничный спектакль.

М-да, дожилась, устраиваю утренники, точнее, вечерники в академии.

— Раз все собрались, то прошу внимания, — произношу строгим голосом.

Усилитель разносит мой голос по всему залу. Мня слышать абсолютно все в помещении. Но дети не затыкаются, они начинают громче болтать, ржать, толкаться и пинаться, сидя на трибуне. Полетели друг в друга бумажные комки, щепки. Ну, хоть не плюются, хотя могут и начать.

На миг я прикрываю глаза и делаю глубокий вдох и шумный выдох.

Пытаюсь вернуть самообладание, снова стать Опытной, Изощрённой, Красноречивой, Проницательной, Стервозной и Матёрой Снежаной Михайловной Беловой.

Но выходит плохо.

Бешеные дети выводят меня из себя. На самом деле мне хочется наорать на них, рявкнуть, чтобы заткнулись, а ещё лучше послать их всех вместе с их ректором. Но не могу.

Я продолжаю хлопать ресницами и мрачно глядеть на подростковую вакханалию, как последняя мымра, которая впервые увидели огни большого города.

«Успокойся, Снежана. Ты, как и всегда, бесподобна, умна, убийственно хороша!» — я всегда смеялась над этими советами по самовнушению, а теперь вот сама себя пытаюсь убедить, что я крута.

Поднимаю руку и, добавив голосу стали, говорю:

— Ещё раз прошу тишины.

В ответ – дикий ржач.

Опускаю руку.

— Прошу пока по-хорошему, — повторяю с раздражением. Сжимаю руками борта трибуны. Как бы не сломать.

Но в ответ слышу уже не только безумный смех, но и матерщину в свой адрес. Причём откровенно пошлую и грубую.

Сами напросились, мелкие паразитики.

Приторно ласково произношу:

— Отлично, сейчас попрошу своих помощников отметить тех, кто не заткнулся. Все адепты из списка будут на неделю посажены в каменный мешок. Из еды и воды у вас будет снег и земля. А все плюшки, то есть награда в виде исполнения желания достанется тем, кто будет со мной сотрудничать.

О, чудо!

В зале воцаряется звенящая тишина.

Я даже тру одно ухо.

Интересно, что сработало?

Угроза каменного мешка?

Кстати, понятия не имею, есть тут такой вид наказания или нет, взяло и в голову пришло.

Или детей заинтересовала награда в виде исполнения желания?

Это тоже взяла и придумала.

— Так-то лучше.

Одариваю притихшую публику недоброй улыбкой.

— Прежде чем рассказать о награде, поговорим о правилах, — говорю строгим тоном. — Значит так, котики…

На этих словах девчонки негромко хихикают, зажав рот ладошками, а парни с последних курсов демонстративно кривятся, кто-то даже сплёвывает себе под ноги.

Да-а-а, Этель Жужель зря ест свой хлеб. Манерами тут и не пахнет.

Я продолжаю:

— Правила существуют для всех. Я попрошу всего раз и повторять не буду, потому запоминайте. Первое. Когда у нас собрание – вы молчите, я говорю. Второе. Вы будете говорить, когда я вас попрошу. Третье. Никаких грубых высказываний, никаких ругательств и прочей гадости в моём присутствии не озвучивать. Единственное, что от вас требуется, — слушать, запоминать и сотрудничать. За хорошее поведение получите пряник.

— Вы сказали желание! — выкрикивает кто-то из детей.

Я раздражённо шиплю:

— Правило второе – вы будете говорить, когда я вас попрошу.

Дети угрюмо молчат.

— «Пряник» — это образное выражение, — поясняю я.

Дети переглядываются, едва слышно перешёптываются.

— Итак, кто из вас будет помогать мне в организации новогоднего праздника и примет в нём непосредственное участие, получит прекрасный, на мой взгляд, подарок – исполнение любого адекватного и посильного для вашего ректора желания.

Представляю, что скажет мне на это ректор.

Точнее, он, наверное, сразу из меня шашлык сделает.

Огнём как плюнет в меня и всё, сказочке конец, из Снежаны вышел голубец.

— Сейчас не средние века, принуждать вас к участию в празднике никто не будет. Всё на добровольных началах, — продолжаю я вещать.

Ага, на добровольно-принудительных.

— У вас будет возможность получить тот подарок, который так давно хотели.

Кто-то из девочек поднимает руку. Разрешение спросить.

Я киваю и произношу:

— Да, милая, говори.

Девочка встаёт с места, переступает с ноги на ногу, прищуривается, глядя на меня, и осторожно спрашивает:

— Откуда нам знать, что насчёт желаний вы не лжёте? Вы не маг и магическую клятву дать не можете.

Я равнодушно пожимаю плечами, как и подобает эгоистичному человеку и отвечаю:

— Зато ваш ректор может.

Глаза у девочки становятся круглыми, как яичницы и она тут же плюхается обратно на своё место.

Дети активно перешёптываются. Слышу что-то вроде «невероятно», «такой шанс», «я загадаю золото…»

Даже преподы собираются в стайку и что-то между собой тихонько перетирают и косятся на меня.

Хмыкаю про себя. Вот тебе и мотивация. Всё элементарно! Дракон мог и сам подобное сообразить, и не надо было бы со стороны человека привлекать, от дел отрывать, в другой мир забирать.

Позволяю детям и преподам проникнуться «плюшкой», а сама в этот момент неожиданно для себя передёргиваю плечами, ощущаю на себе чей-то взгляд. И по спине ползёт неприятный холодок. Мою кожу продирает мороз.

Оглядываюсь назад. Скелеты стоят по стойке смирно, они как манекены. И на меня не смотрят. Они нежить, незачем им буравить меня недовольными взглядами.

Смотрю тогда на детей и преподавателей, но не вижу, чтобы кто-то из них глядел на меня столь пристально и яростно.

Оглядываю весь зал, но никого не вижу.

Будь здесь сам ректор, я бы знала, что это он. Но дракона тут нет.

Поправляю выбившийся локон, убираю его за ухо. Да уж, нелегко держать оборону, когда не знаешь, кто тебя так ненавидит.

Может, магия