тех, что были в друзьях Громова, по сути ничего из себя не представляют. Индивидуальные бойцы, не способные на серьезное планирование, вот кто они. А для того чтобы стать чем-то большим, нужно слишком много времени, а его как раз-то у них и не будет.

От возможных перспектив у меня перехватило дыхание. А ведь изначально я не совсем понимал, зачем мне этот ресторан, для чего он вообще может пригодится. Что ж, теперь все изменилось.

Размышляя о будущей борьбе, я опять чуть не пропустил приезд очередного гостя, но вовремя вернулся в реальный мир. Тем временем из автомобиля, что остановился почти рядом со входом, вышел Павел Андреевич Добрынин собственной персоной. Поправив пальто, он сунул ключи нашему помощнику, смерил его тяжелым взглядом, отчего тот чуть не уронил ключи, и шагнул в сторону входа. Аура у опричника была что надо, уровень архимагистра по местным меркам, не меньше. И при этом я почему-то не мог определить его дар. Либо он пользуется артефактом, что блокирует внешнее сканирование, либо же его дар каким-то образом сам это делает. Учитывая, что никаких видимых артефактов на нем я не видел, второй вариант все же правдоподобнее.

— Добрый день, Алексей Николаевич, — Добрынин уставился на меня своим фирменным взглядом серых глаз. — Решил все же посетить ваше сегодняшнее мероприятие.

— И сделали тем самым правильный выбор, Павел Андреевич, — я позволил себе ухмылку. — В моем ресторане соберется весь высший свет, думаю, вам будет интересно посмотреть на них со стороны.

— И на вас в том числе, юноша, — не поддержал мою шутку Добрынин. — Уж слишком много вокруг вас странностей. А я очень, очень люблю странности, — в его глазах что-то мелькнуло, что-то нехорошее, что-то хищное. Н-да, хорошо, что опричник у нас не имеет внутреннего соседа. С его-то силой тварь могла бы столько наворотить, даже представлять себе страшно.

Добрынин тем временем вошел, а я приготовился к приезду остальных гостей. Учитывая, что каждому мне придется уделить хотя бы минуту, часа полтора, а то и два я потрачу только на то, чтобы их принять. Хорошо хоть успел поесть перед этим.

Следующим явился Морхин. Семен Геннадиевич радостно улыбался, и было видно, что инспектор и правда рад, что у моего рода дела идут вверх. Хороший он все-таки человек, к таким как он демоны не лезут, но и гибнут они всегда в первую очередь, закрывая собой других.

— Алексей Николаевич, голубчик, сердечно поздравляю! — Морхин начал трясти мою руку. — Большой, большой шаг вы совершили, и поверьте, это оценили все. Теперь род Светловых снова на слуху.

— Я сам этому очень рад, Семен Геннадиевич, — с трудом освободив свою руку, я кивнул инспектору в сторону входа. — Проходите, сегодня все за мой счет.

Дальше гости пошли сплошным потоком, да так, что я еле успевал закончить с одним, как приходилось сразу же переходить ко второму. Полтора часа прошли незаметно, и ко мне подошел Илья.

— Господин, по спискам остались несколько человек. Градоначальник Громов, Марина Александровна Комбарова и Зарубин Геннадий Сергеевич. Последний все же принял приглашение, несмотря на то что мы его так поздно отправили.

— Отлично, у нас как раз есть еще время, — я глянул на часы, а потом заглянул внутрь.

Музыка играла, Юсупова пела, а гости наслаждались атмосферой. Эта картина на мгновение заставила меня расслабится, но всего лишь на мгновение. Нельзя, никак нельзя давать слабину. Этот мир хоть и находится у истоков демонической экспансии, однако же это не значит, что можно расслабится. Наоборот, чем больше тварей я упокою сейчас, тем меньше их останется в будущем, и тем меньше людей погибнет.

Волна контролируемой ярости прошлась по телу, мгновенно заставляя источник выбросить в каналы порцию энергии. Вот так-то лучше.

Наконец-то появился следующий автомобиль, и глянув на герб на двери, я понял, что это мама моего друга Александра.

Автомобиль тем временем не спеша остановился, и из него вышла женщина лет сорока, в красивом черном платье. Уложенные волосы, черные перчатки, тонкая нить жемчуга на шее, Марина Александровна Комбарова всем своим видом олицетворяла ту самую дворянскую стать. Спустившись к подножию лестницы, как того требовал этикет, я аккуратно прикоснулся губами к пальцам женщины.

— Марина Александровна, рад вас сегодня здесь видеть, — улыбнувшись, произнес я. — Александр уже внутри, он предупредил о том, что вы будете позже.

— Прошу прощения, Алексей Николаевич, — мама Сани склонила голову. — Были кое-какие неотложные дела.

— О, не извиняйтесь, я все понимаю, — я отмахнулся. — Прошу внутрь, и надеюсь, что вам понравится.

Комбарова благосклонно кивнула и вошла в ресторан, а я приготовился ждать еще какое-то время. Прокручивая в голове имена тех, кто еще не приехал, я вдруг понял, что Илья ошибся. Он упустил Резнова, а ведь тот точно обещал приехать.

Стоило мне только об этом подумать, как появился кортеж из трех автомобилей. Два из которых не стали заезжать на территорию, и только один, с гербом на дверях, заехал. Из автомобиля выбрался Антон Иванович собственной персоной, да не один, а в компании молодой женщины, которой точно было меньше тридцати.

— Алексей Николаевич! — Резнов расплылся в улыбке. — Что я вижу⁈ Наконец-то Торжок получит обратно свое лучшее заведение! Когда еще ваш батюшка был жив, я, бывало, заезжал сюда, и надеюсь, что повара с тех времен не изменились.

— Можете не сомневаться, они стали только лучше, Антон Иванович, — я усмехнулся. — Быть может, представите вашу спутницу?

— А, конечно-конечно, — Резнов повернулся к женщине. — Любовь моя, это Алексей Николаевич Светлов, очень, очень перспективный юноша. Алексей Николаевич, это моя жена, Елена Викторовна.

— Елена Викторовна, очень приятно, — я поцеловал ее ручку, при этом стараясь не выдавать своего волнения. А все потому, что аура у этой женщины очень, очень сильно смахивала на мою собственную ауру. Неужели еще один маг Света?

— Моя жена обладает даром лекаря, — с гордостью произнес Резнов. — К ней приезжают пациенты со всей губернии!

Лекарь. Да, теперь все встает на свои места. В том числе и цвет ауры, что был все же чуть другой, чем у моей собственной.

— Надеюсь, вам никогда не придется побыть моим гостем, Алексей Николаевич, — мелодичным голосом произнесла женщина, обворожительно улыбнувшись. — Поверьте, от лекаря это самое лучшее пожелание.

— Верю, — я кивнул. — Что ж, проходите внутрь, гости дорогие. Кажется, вы у меня последние.

Я бросил взгляд на часы. Уже стукнуло два часа дня, а Зарубина все еще не было. Возможно, он опаздывает и все-таки приедет, но тогда меня предупредят. Гвардия и люди Лома дежурят не только рядом с самим трактиром,