class="p1">— Вот все активы, что числятся за вашим родом. По большей части это пакет облигаций и несколько старых акций. Доходы невелики, порядка пяти десяти тысяч рублей в квартал.

Я слушал, не перебивая, хотя внутри всё сжималось.

— А если я захочу всё это ликвидировать? — спросил я.

Служащий на секунду удивился, потом собрался и заговорил сухим банковским языком:

— Разумеется, вы вправе это сделать. После оформления бумаг и продажи активов итоговая сумма составит примерно пятьсот тысяч рублей.

Я кивнул, не показывая ни радости, ни разочарования. Полмиллиона — не те деньги, ради которых стоит устраивать семейные войны, но это был капитал. Пусть небольшой, но вполне достаточный, чтобы начать с нуля жизнь рода Алмазовых в моем лице в столице нашей Империи.

Подписав все бумаги о продажи бумаг в пользу предприятия, я вышел из банка с кожаной папкой, где лежало подтверждение о переводе денежных средств на мой счет.

После чего продолжил путь до вокзала в повозке. Странное чувство, меня вез тот же кучер, с которым я несколько месяцев назад отправился в академию магии. Попросил Кучера дать газу, чтобы ветер приятно обдувал моё лицо. Так сказать, прокатится с ветерком.

Мы добрались до вокзала, я дал ему тысячу рублей в качестве благодарности и отправился купить билет до Санкт-Петербурга. Ин повезло, Ближайший поезд отправился через пятнадцать минут.

В поезде на обратном пути я долго смотрел в окно, на серые поля и глухие деревни. В голове вертелась одна мысль: теперь у меня есть возможность хотя бы на время закрыть вопрос с деньгами. В Петербурге можно будет снять квартиру, спокойно обустроиться, а дальше — думать. Искать, куда вложиться, как приумножить капитал, а главное — с чего начать собственный путь.

Полмиллиона — не состояние, но достаточно, чтобы сделать первый шаг.

* * *

Санкт-Петербург встретил меня привычной смесью величия и хаоса. Дворцы соседствовали с трущобами, роскошь — с нищетой, а блеск Невского проспекта тянул к себе словно магнит. Но я приехал сюда не ради праздных прогулок.

Нужно было решать бытовые вопросы, как же я все это не очень любил. Сначала — жильё. Я снял просторную квартиру недалеко от Сенной. Не самая престижная часть города, зато удобная: рядом рынок, люди, шум, жизнь. Я не собирался отсиживаться в золотой клетке, мне нужен был доступ к самому сердцу города для удобной логистики.

Первые дни ушли на то, чтобы по нормальному обжиться. Книги, которые я купил у букинистов, посуда, минимум мебели, диван со спальным местом 2 метра на 140 сантиметров — всё это создавало иллюзию стабильности. Но я понимал: долго тянуть нельзя. Деньги утекают слишком быстро, и надо было придумать, чем заняться для стабилизации своей финансовой стороны.

Я начал думать, чем же можно заняться. Ходил по кабакам, трактирам и заведениям, где собиралась молодёжь. Наблюдал. Люди искали развлечений, и чаще всего — примитивных: выпить, покутить, поиграть в карты и на бильярде. Всё это казалось мне убогим. В клубе, который я часто посещал во Франции в прошлой жизни, всё было иначе: там люди приходили не просто за вином, они приходили за эмоцией. За историей. За образом. За внутренней гармонией с самим с собой, а тут я нигде подобного не встречал.

И тогда во мне начала зреть мысль. А что, если в этом мире — пусть и другом, пусть с боярами, традициями и старым укладом — сделать что-то похожее? Место, куда будут стремиться все: от наследников знатных фамилий до купеческих сынков, мечтающих почувствовать себя избранными в этой атмосфере.

* * *

Вечером я сидел у окна своей квартиры, смотрел на огни фонарей и думал. В руках у меня была кружка дешёвого разливного пива с рынка, но в голове рождались дорогие мысли. Я снова чувствовал то самое знакомое возбуждение: предвкушение.

Я знал — начинается новая игра. И на этот раз её ставки будут куда выше.

* * *

Я ещё не знал точно, чем сегодня займусь. Но нутро подсказывало: нужен свой угол, своё место. Нечто такое, что можно превратить в финансовую опору. Кафе, бар, клуб — всё равно. Главное, чтобы было моим и работало без сто процентного моего погружения. Цель номер один сейчас закрыть первичные потребности, а потом уже можно будет думать о чем-то более важным и глубоком, чем быт.

И вот, на одной из узких улочек центра столицы, где старые дома с облупившейся штукатуркой всё ещё держали гордую осанку, я наткнулся на неизвестное для меня заведение. Снаружи оно выглядело убого: мутные потрескавшиеся окна, облезлая вывеска без названия, на стене — разводы грязи, рядом — пара бомжей с пластиковыми стаканами. Казалось, что это место давно должно было умереть, но оно всё ещё дышало. И мне было понятно почему. У данного заведения было просто идеальное место расположения. Самый центр города, чуть в глубине, чтобы не смущал шум дорог.

Любопытство толкнуло меня внутрь и я конечно же решил зайти.

Дверь заскрипела, и сразу в нос ударил запах самого дешёвого спирта, мужицкого пота и застоявшегося дыма от самых дешевых сигарет. Внутри царила полутьма, лампы под потолком тускло мигали, будто отказывались работать и решили передохнуть. За столами сидели мужчины, все как один с красными лицами, одетые в поношенные куртки и свитера, кто-то дремал, уронив голову на свои руки, кто-то тихо спорил с товарищами по дну стакана, кто-то пил в одиночестве в темном угла и таких, на самом то деле, было большинство. У стойки бармена не было — просто стол с пятнами от пролитого алкоголя, на котором стояла пара пластиковых бутылок. Думаю в таких заведениях бармены в не самая частая часть интерьера. Они тут просто не к чему, скорее тут подошла бы какая-то тетка в фартуке, как у продливший в из ларька с офощами / фруктами.

Я огляделся и подумал: «Центр города. И вот здесь, на таком месте — такая вот помойка? Сюда ведь можно было бы самых знатных людей с большими кошельками тянуть, нормальных клиентов. Красота была бы».

Рядом со мной, шатаясь, поднялся один мужик. Лицо опухшее, глаза полузакрытые. Выглядел он очень устало. Я решил попробовать уточнить у него нужна мне информацию.

— Слушай, дружище, а кто здесь хозяин? — спросил я его.

Он осклабился и ткнул в грудь пальцем:

— А кто ж ещё? Я хозяин уже как десять лет тут рулю всем. Моё заведение, понял? Что тебе надо? Ты