class="p1">Я нацепила самую беззаботную улыбку, на какую была способна:

— Ох, Мира, прости. В этом замке все двери на одно лицо. Представляешь, перепутала наши покои! Хотела зайти к себе, а оказалась здесь.

Она натянуто улыбнулась в ответ:

— Ничего страшного. Я сама первое время путалась. Здесь столько коридоров — немудрено заблудиться.

Повисла неловкая пауза. Я лихорадочно соображала, как сменить тему, и вспомнила о мальчике.

— Как там Ник? Еще не спит? Я обещала ему поиграть перед сном.

— Пытался поставить на мне очередной эксперимент, — Мира закатила глаза, но в ее голосе послышались нотки облегчения. Или это уже моя фантазия? — Пришлось прикрыться вашим именем. Сказала, что вы ему запретили мучить несчастных компаньонок.

На этот раз я улыбнулась совершенно искренне:

— Правильно сделала, нельзя спускать ему все шалости. Ладно, пойду развлеку маленького непоседу, раз обещала. А ты иди отдыхай. Кстати, завтра встаем рано, дел невпроворот. Не забудь сложить мои платья.

— Мы куда-то едем? — она напряглась. Самую малость, но я все же заметила.

— Да. Сперва заедем домой, потом — на прием к королю.

Вот тут Мира заволновалась по-настоящему. Чашки испуганно звякнули, поднос накренился.

— Осторожнее! — я подхватила со своей стороны, спасая фарфор от неминуемого падения.

Мира побледнела еще больше.

— Отвлеклась и чуть не уронила. Вот растяпа! Мы поедем в родовой замок Нотингейлов? — она отвела глаза в сторону.

— Ну да, — я старалась говорить самым равнодушным тоном. — А что тебя так удивляет? Я думала, ты тоже соскучилась по родным стенам. У герцога здесь, конечно, роскошно, но так хочется снова проснуться в собственной постели.

Мира торопливо закивала:

— Конечно-конечно. Вы правы. Я тоже хочу увидеть дом. Давно пора.

— Вот и славно. Тогда до завтра.

Развернулась и пошла по коридору, чувствуя спиной чужой взгляд. Он буравил мне затылок, пока я не свернула за угол.

Неужели мои подозрения все же небеспочвенны? Какие тайны могут быть у простой девушки? И как со всем этим связана я?

Внутри меня сидела уверенность, что очень на многие вопросы я смогу найти ответы в доме Нотингейлов. Жаль, что Мира успела стереть символы и выбросить ингредиенты для ритуала. Надеюсь, оставшихся следов хватит, чтобы что-то понять. К тому же, со мной будет Даррен. А уж его опыта в расследованиях должно хватит с головой.

Оказавшись у комнаты Ника, я перевела дух. Мальчику нет дела до взрослых проблем и ему нужна компания, а не замороченная тетка, витающая в своих мыслях. Потому я толкнула дверь с улыбкой:

— А вот и я! Порисуем или почитаем…

Договорить не успела: на меня прыгнули с десяток лягушек одновременно. И все было бы неплохо, если бы эти земноводные не были бы уже мертвы.

— Николас!!!

Мой крик не услышал разве что глухой. В соседних покоях что-то громко упало и через мгновение рядом со мной появились служанки.

— Госпожа, что… О! Мертвые лягушки прыгают!

Девушки заверещали не менее эффектно, ну а я уже успела взять себя в руки.

— Николас Рейнольд, потрудитесь объяснить, что здесь происходит!

Ник выглянул из-за комода, за которым засел в засаде.

— Я взял немного зелья у дяди. Для поднятия мертвецов. Удалось поднять только жаб.

— Очень интересно!

А этот голос уже принадлежал самому герцогу и Ник сразу заполз обратно в свое укрытие.

— И кто разрешил тебе копаться в моих вещах? Постой… что ты сказал? Поднял сам?

Даррен прошел мимо меня, подхватывая одну из лягушек, что хаотично прыгала, бестолково врезаясь в мебель.

— Невероятно. Он призвал первую нежить в восемь лет! Это рекорд для нашего рода.

— Даррен, — я рявкнула на него, теряя терпение, — может, сделаете замечание этому юному дарованию? Он выпустил этих дохликов на меня! И напугал горничных.

Герцог натянул на лицо строгую маску, но глаза продолжали смеяться. Ну каков!

— Николас, немедленно извинись перед леди Элианой за то, что натравил на нее умертвия. Это не джентльменский поступок.

— Хорошо, дядя. Извините, Элиана. Я больше так… не буду, — с трудом закончил фразу мелкий паршивец. Ему явно доставляло огромное удовольствие все происходящее. И отказываться от него самостоятельно — было настоящей пыткой для юнца.

— Я тебя прощаю, но впредь так не делай. И собери их ради бога куда-нибудь. Да хоть в эту корзину!

Я мстительно высыпала карандаши из симпатичной плетеной корзинки и сунула ее под нос мальчишке. А вот нечего было меня дразнить дохлятиной!

Николас принялся ловить своих подопечных, а Даррен изрек тоном, не терпящим возражений:

— Раз твой дар проснулся так рано, придется сделать еще один крюк и завести тебя в академию к лорду Картнеру. Он обрадуется, что в стенах его заведения одним талантливым некромантом станет больше.

— Мы поедем в академию?! — Николас уронил корзину и лягушки опять принялись разбредаться во все стороны.

— Не устраивай из этого трагедию. Рано или поздно это непременно случилось бы.

— Но, дядя! — Ник даже ногой топнул, отчего все лягухи развернулись в мою сторону, а я трусливо спряталась за спину герцога. — В академию принимают с двенадцати лет! А мне только недавно исполнилось восемь.

— И что с того? — Даррен щелкнул пальцами и лягушки перестали дергаться, снова превратившись в обычных трупиков. — Твой дар нужно развиваться и контролировать. Иначе в следующий раз ты поднимешь кого-то покрупнее и доведешь мою жену до сердечного приступа. А мне бы этого не хотелось.

Он обернулся и протянул мне руку.

— Идемте, Элиана. На сегодня все сказки отменяются. Николасу нужно прибрать за собой и подумать о завтрашнем дне. Уверен, ему будет чем заняться перед сном.

Ник грустно шмыгнул носом, подбирая лягушек. Я немного сжалилась над ним и подошла попрощаться:

— Доброй ночи, Ник. Уверена, академия — это не так плохо, как ты думаешь. И к тому же, там ты сможешь познакомиться с другими ребятами, кто оценит трюк с лягушками.

— Там никого этим не удивить. Они все будут старше и сильнее, — пробурчал недовольно, но все же дал себя обнять.

— Уверен, ты что-нибудь придумаешь. С твоей-то фантазией, — добавил Даррен, и мы оставили мальчика одного разбираться с умертвиями и заодно морально готовится к тому, что жизнь его круто изменится с завтрашнего дня.

— Вы уверены, что он готов? В академии действительно все такие взрослые? Не будут ли