С другой стороны, есть мнение, что главной причиной отмены разработки этой управляющей системы была не её сложность и не невозможность её создания, а как бы наоборот — возможность. Возможность потерять контроль над рычагами управления. Ну правда, какой прок от ОГАС какому-нибудь секретарю района? Чтобы система за него решала, кто куда и сколько. А как же человеческие отношения: ты мне — я тебе, вот это вот всё. А тут ещё курс на цифровизацию всех сфер жизни и отраслей народного хозяйства в программу партии вписали. Оно бы и ладно, пока кабинетов информатики в школах и вузах касается, а вот чего «более важного» — шалишь, этого нам не нужно…

— Насколько всё серьёзно? — с небольшой паузой переспросил я, думая даже не о том, насколько это серьёзно, а о том, почему мне не доложили об этих слухах раньше. Ведь у каждого слуха есть имя и фамилия, а у нас есть органы специальные, которые нужны, чтобы их доподлинно устанавливать. То есть тут либо у Ивашко фантазия слишком сильно играет, либо к органам вопрос компетентным. Как раз насчёт их компетентности.

— Сложно сказать. Пока всё на уровне слухов…

Конечно, пока всё это было даже не на уровне плана, а на уровне намёков на план. Да, компьютеров в СССР уже было много. На каждом заводе, в каждом колхозе уже были машины, использующиеся… А вот как они использовались — это как раз большой вопрос. Во-первых, к Сети подключены были естественно далеко не все станции. Если в больших городах процесс подключения к СовСети шёл ударными темпами, то вот куда-то на окраины, в небольшие сёла и ПГТ, прогресс ещё в общем-то и не дошёл. Привезти туда компьютер оказалось куда проще, чем протянуть Сеть. Во-вторых, нормальный бухгалтерский софт у нас только разрабатывался. Да, офисный пакет уже был, таблицы, аналог — на более примитивном уровне, конечно — экселя устанавливался на каждую машину «из коробки», но это всё же был ещё совсем не тот уровень.

И опять же: всегда можно было бы сказать, что это отговорки. Было бы желание: накидал отчёт в табличке, скинул на дискету, раз в неделю метнулся «в район», выгрузил свою сеть «на сервер», всё — считай, молодец. Вот только желания такого не было на низовом уровне практически ни у кого. Все понимали — даже без опыта работы с компьютерами, чисто интуитивно, — что приход бдительного ока «большого брата» не сулит никому ничего хорошего. Если в будущем все движения ТМЦ будут видны в одной общегосударственной «Большой Базе» в режиме реального времени, то спрятать любые нарушения, приписки, списания будет в миллион раз сложнее. Тут ушла единица товара, тут пришла единица товара, если цепочка нарушена, то нужно не камаз документов перелопатить в поисках того, кто накосячил, а всего лишь нажать на мигающую красным строчку на компьютере.

И вот тут вступает в игру тихий саботаж формата «ой, я что-то нажал и всё исчезло». Вернее, оно и случайно так бывает, потому что уровень компьютерной грамотности населения, особенно старшего поколения, примерно на уровне плинтуса ещё, а если к этому добавить ещё и сознательное нежелание переносить работу в «цифру», то вообще. Опять же нужно понимать, что физически произвести миллион компьютеров — два миллиона, десять миллионов — гораздо проще, чем обучить необходимое для их обслуживания количество сисадминов. Учитывая, что масштабное расширение приёма в вузы на «информационные» специальности началось только в 1985 году — а реально в 1986 и 1987, — то первый выпуск специалистов ожидался только в июне этого 1990 года после сдачи экзаменов. И конечно, все эти студенты уже вовсю работали на полставки во время учёбы, набирались опыта, закрывали дефицит рабочей силы, но… Ладно, когда админа в библиотеку не хватает — это мелочь, эту вакансию и студент закрыть может. А если речь о «серьёзной» организации? Куда просто по правилам принять на работу без диплома не могут?

А без администратора, и это в-третьих, который может прийти быстро и решить проблему, вся система тут же тормозится и «умирает». И это я даже не говорю о том, что параллельно зачаткам электронного документооборота основным оставался бумажный и конечно именно ему отдавали приоритет на местах, потому что компьютер — это непонятная шайтан-машина, а документ с мокрой печатью — это проверенное веками средство для прикрытия задницы.

Ещё можно спуститься на уровень ниже и представить себе, какой ужас новая «чудо-техника» вызывает у всяких привыкших перекладывать бумажки «тётенек». Это ведь только так кажется из будущего, что работать с компьютером на уровне простого юзера — просто, но просто это только для тех, кто привык вычислительные машины видеть вокруг себя каждый день с детства. А если ты родился во времена, когда самой сложной техникой в твоём селе была лошадь? Для низовых работников организовывались курсы компьютерной грамотности, людей учили включать-выключать, двигать мышкой, клацать два раза, но, честно говоря, до реально работающей системы тут было ещё как до Пекина раком.

Короче говоря, это всё были даже не первые шаги — это только в играх, к сожалению, так работает: сдвинул ползунок выделения ресурсов, и процесс сам пошёл. В жизни нужно пройти через муки и страдания по автоматизации экономики, а только первые мысли о первых шагах, и тем страшнее, что саботаж пошёл уже сейчас.

— С уровня слухов очень быстро всё может перейти на практический уровень, если вовремя не отреагировать, — поморщился я, а глава ЗСФСР кивнул. Очевидно, он как раз и рассчитывал на мою серьёзную реакцию на данный «сигнал».

Мы тем временем доехали до центра Тбилиси, Ахмедов встречал нас прямо «на пороге» здания местного Дома правительства. Судя по количеству милиции на проспекте Руставели, местная власть наконец сделала выводы из последовательных терактов и приняла все возможные меры, чтобы усложнить неизвестным злодеям возможность продолжать взрывы. Если у них такие планы конечно были, впрочем, проверять не хотелось.

— Добрый день, товарищ генеральный секретарь.

— Недобрый, вернее, — я кивнул и пожал протянутую ладонь. Вокруг меня прямо толпой на улицу высыпали бойцы ГСО, предполагая возможные «эксцессы». Меня вообще уговаривали не лететь в Грузию по причине небезопасности этого дела, вариант, при котором всё происходящее — своего рода гамбит, чтобы выманить меня из Москвы, я тоже рассматривал, но не считал возможным остаться в стороне в такой сложный момент. — Давайте быстрее зайдём внутрь, чтобы охрану не нервировать.

Местное здание правительства мне