— Твои шуточки иногда выбешивают, — хмыкнул он, мазнув губами по моей шее. Вот и основной минус такого соглашения — он пытается залезть в мою постель.

— Ей богу, ты как Шерхан — большая хищная кошка, которая вечно всем недовольна!

— А ты тогда кто, Сашенька? — усмехнувшись, спросил он, — Никак Маугли? Или Багира?

— Я — мудрая Каа! — усмехнулась я, положив руку ему на грудь, останавливая от дальнейших посягательств.

— Каа — мужик!

— Змеи бесполые.

— Это мало что меняет. В мультике-то он был мужского пола! — хмыкнул Костеров.

— Нет, ты не Шерхан, ты — Бандерлог! — съязвила я, понимая, что он жутко доставучий.

— Саша, можно я тебя поцелую? — вдруг спросил он, а где-то на фоне загрохотал гром.

— Никак небо сейчас рухнет! До этого ты не спрашивал, — поспешила добавить я, увидев его потемневший в мгновение ока, взгляд.

— Есть разница между "брать" и "владеть", — усмехнулся он, все еще ожидая ответа.

— Нет, не сейчас, я не буду на это соглашаться, — он отстранился и отошел, благодаря чему я согла сесть, наконец, в машину, где уже лежало мое пальто. А я про него и забыла. Стоп, а второе... А, ну да, Костерова.

— Понимаешь, — вдруг сказал он, сев и захлопнув дверь автомобиля, — я хочу владеть тобой. Ты мне дико нравишься и от этого у меня сносит крышу. От желания проникнуть туда, куда никому не удалось, — он положил руки на руль и посмотрел на меня, — от желания иметь то, что никому не досталось.

— Поехали уже, — буркнула я, так как понимала все это и сама по себе, — только есть одно "но": ты никогда не будешь владеть мной полностью. Даже если однажды мы сыграем свадьбу и ты возьмешь мою фамилию, — на этих словах он не сдержал смешок. Покачав головой, Костеров медленно провернул ключ и машина завелась, после чего он выехал со своего "парковочного места" и, развернувшись, отправился в Москву. Машина ехала очень плавно, поэтому я даже попыталась задремать, так как включив телефон, увидела, что уже час ночи. Но это сделать мне не дал звонок, стебанув по ушам так, что Костя чуть не потерял управление. Ну да, припев Semblant "Dark of the Day" действительно жаркая вещь. А вот звонивший заставил вздрогнуть.

— Алло, Олег Никифорович, — быстро сказала я, сняв трубку, — давно вы не звонили...

— Мои пацаны все-таки смогли проникнуть в ту зону и обнаружили там гроб. Вскрыли. Внутри она, живая. Я один не понимаю, как она там 10 лет провела и еще жива? — послышлся голос человека, которому отец заплатил 10 лямов за то, чтобы по моей просьбе нашли Анну Валевскую. Живую или мертвую, что вполне вероятно. Десять лет уже прошло.

— Вас это не касается, — мягко сказала я, — но, скорее всего, кто-то ее навещал, возможно открывал гроб, кормил-поил. Вы ее до Москвы довезете?

— Да, уже везем. Горбунова, слушай, я не знаю, во что ты решила ввязаться, но эта женщина явно не в себе. То рыдает, то смеется, то крысу гладит. Крысу, твою мать! — рявкнул он, а я поморщилась.

— Не ваше дело. Довезите ее до Рублевки, адрес я сейчас скину, и можете считать, что деньги отработаны. Удачной дороги, — буркнула я, отключившись.

— Кто это был? — спросил Костеров, а я расслебленно откинула голову. Жива. Эта женщина жива, слава Богу!

— Да так, вестник хороших новостей.

Глава 3.6

— Я, кажется, знаю, что с тебя затребовать за аренду моего жилища на неопределенный срок... - широко зевнула я, кинув ключи от квартиры на тумбочку и, сняв пальто и повесив его в шкаф, потянулась, скинув туфли и пройдя на кухню.

— Ты? С меня? — возмутился Костеров, зайдя за мной. Видите ли, сегодня он тоже будет ночевать у меня. Кошмар какой-то. Я одна в квартире с малознакомым парнем с непредсказуемым поведением! Как я до этого докатилась?

— Кость, давай начистоту — мне нужно найти убийцу своей семьи и убийцу Яры, про одних ничего не известно, а про другого — шрам на затылке, длинный такой, белесый, — вопреки примете, показала на себе, пройдя на кухню. Бросив взгляд на часы, громко цыкнула. Час ночи, а мне ещё по латыни и фармакологии домашку делать! Костерооооов! Я тебя ненавижу! Помотав головой, все ещё босая, я вытащила Доширак, — дошик будешь?

— Буду, — усмехнулся он, после чего подошёл к шкафчикам, спросив, где чашки-тарелки-вилки-ложки. О, а от него польза есть! Пальто он тоже снял, оставшись теперь в черной шелковой рубашке, которая довольно... Не оставляла простора фантазии, обтягивая его тело. Странно, а он казался мне меньше, вернее, его мышцы, — Горбунова, дыру протрешь, — хмыкнул он, а я спешно отвернулась, не зная, что ответить. Ведь вправду любовалась. Красавчик, что уж скрывать, — тогда взамен я потребую помозолить глаза моему отцу. К примеру, у него скоро день рождения. Сама понимаешь эффект от твоего появления там, — пояснил он, испытующе смотря в мои глаза, которые я показательно закатила, поставив чайник греться, — сколько сахара в чай?

— Пять, — ответила, не задумываясь, а потом скривилась. Блин, не люблю, когда кто-то знает такие подробности обо мне. Слишком личное. Даже Яра в курсе не была, — я согласна.

— Любишь сладкий чай? — он зазвенел чайными ложками, которые кинул в чашки, — хорошо, что согласна. Думал, что откажешься.

— Какой-то странный диалог выходит, рваный, — не могла не пошутить в попытке разрядить обстановку. Блин, мне... Страшно с ним в одной квартире спать. Писец, как страшно!

— Диалог не страннее тех, кто его ведёт, — хмыкнул Костеров, а я залила кипятком, так любезно им разложенный по тарелкам, Доширак и заварила чай. Такие простые, но методичные и упорядоченные действия помогали отвлечься и не париться, — Саш, а если честно... - я села напротив Костерова и подвинула к себе тарелку и кружку, предварительно поставив на стол порезанную колбасу, хлеб, майонез и бутылку воды со стаканами, так как чай горячий, а пить захочется. Лишь после этого посмотрела на Константина... Повелителя Тьмы, блин. Кто там играл? Киану Ривз? А что, похож, — Ты хоть как-то представляла свою дальнейшую жизнь? Ну, с парнем там. Выйти замуж, родить ребёнка... Прости, просто вот это вот "завести" звучит так, будто он питомец... Так вот, как ты...

— Не представляла я, Костя, — сама же и поежилась от того факта, что назвала его по имени, — просто не представляла. Ты понимаешь, кем надо быть, что терпеть все мои закидоны, как моральные, так и физические, а ещё потом взять мою фамилию в случае заключения брака?.. — я подняла брови,