зайди на досуге. Поблагодари тётю Полину. И дворника. За цветами не забудь…

— Забудешь тут, — проворчал брат, вытягивая на крыльцо наполненный книгами и снадобьями чемодан. — Женщины одна перед одной с цветами твоими кренделя выписывают! Похоже, им теперь в кайф чистоту на лестничных площадках наводить. Ума не приложу, как тебе удалось сподвигнуть их на трудовые подвиги!

Соня молча улыбнулась в ответ. Провела глазами по ставшему почти родным дому. По тщательно выметенным дорожкам, ухоженным газонам. Революция удалась!

Мысленно пообещала вернуться. На проводы не рассчитывала — десять утра — все давно на работе. Закусила непонятно отчего задрожавшую губу. Вцепилась в сумочку. Приблизилась к машине.

— И чего это мы так торопимся? — голос из-за угла заставил Соню остановиться.

— Прям удаляемся позорным бегством, честное слово!

— А на посошок?

Из-за угла показалась живописная делегация. Соседи, работники госпиталя, молоденькие офицеры во главе с начальником КЭЧи и директором школы образовали вокруг машины плотное кольцо.

— Трезвой улететь не удастся, — подмигнула Соне выплывшая из толпы Дора Лазаревна.

— Эй, народ, вы чего удумали? — возмутился Сергей, наблюдая за раскрытием на раскладном столике скатерти-самобранки. — У нас времени впритык, а тут банкет намечается!

— Тссс… — по-отечески обнял капитана Иван Иванович. — Мы скоренько. Сам пойми — не могли стороной обойти. Соня твоя и вправду настоящим солнышком для городка оказалась…

— Сонейком, — поправила его заместительша. — Почитай три месяца лета нам с собой принесла.

— Во-во! — поддакнула Клава, разливая вино по бумажным стаканчикам из-под мороженого. — Не успела упорхнуть, а солнышко уже тю-тю! Только что дождя нет. А на душе всё одно муторно.

Дюжина оживлённых голосов слилась в неровный гул. Замелькали стаканчики, бутерброды, помидорные дольки.

— Ты только не вздумай там остаться, душа моя! — выговаривала на ушко бывшей подчинённой Дора Лазаревна. — Какая в городских школах практика для начинающего педагога! Мышиный писк! А у нас тут — самое для таких талантов раздолье! Тебе расти надо. До руководящих должностей. А то и кандидатскую защитить. Если не докторскую.

— Да на кой красивой девушке докторская? — не согласился с предыдущим оратором вездесущий майор Кладкин. У нас кавалеров рота простаивает, а вы: докторская! Подождёт ваша наука! Мы сперва свадьбу справим, правда, пацаны?

Лейтенанты смутились. Костя Еловик сдвинул фуражку на затылок:

— А чего бы не справить? У нас в девках не засидишься. Хоть гарем заводи!

Конец фразы потонул в хохоте холостяков. А очереди дожидалась очередная шутка.

— Хорошие у вас люди, — Соня помахала возмутителям и без того неспокойного дня рукой и уселась рядом с братом.

— Знаю, что хорошие. Только не у вас, а у нас: улавливаешь разницу? Садилась бы сзади.

— Ага! Чтобы ты на третьей космической по колдобинам выруливал. Нет уж! Сяду здесь, чтобы совесть твоя не позволила ПДД нарушать. Не дрова везёшь.

— Какое там дрова — самую драгоценную драгоценность! — Сергей чмокнул сестру в висок и аккуратно тронул машину.

— Ты только не задерживайся там, Сонейка! — донёсся сквозь бурчание мотора торопливый женский крик. — Спокойное тебя ждёт…

«И нечего расстраиваться», — напомнила себе Соня, вглядываясь в очертания гор за окном. Всё только начинается. И жизнь, по отдельным прогнозам, обещает быть ровной и гладкой. И обязательно счастливой. Переживу диплом, распределение, вернусь. Иван Иванович о месте похлопочет…

— Прикинь, Серёж, если я вместе с тобой до генерала дорасту! Ты комдив, я директор интерната. Вот будет потеха.

— Это вряд ли, сестрёнка. Боюсь, наш предел — две звёздочки на погоне. Дальше подполковника в эскадрилье трудно пробиться. Тут либо звание, как у Олежки, должно быть. Либо связи. Чтобы в верхний эшелон попасть.

— А диссертация подойдёт? Так сразу на две и замахнёмся.

— Ты всерьёз, что ли? Ну, даёшь, малышка! Из пешек и сразу в ферзи!

— Не сразу, но в ферзи. Как вариант.

Машина въехала на крутой холм, откуда во всей красоте и первозданности открывалась панорама края. Дорога уходила под гору. Ровно и прямо. Упираясь в очередной подъём. Слева горизонт прикрывал живописный горный хребет. Справа в лощине волновалось таёжное море. До самого Улан-Удэ можно было наслаждаться сказочными пейзажами.

* * *

Они планировали прогуляться по парку, посидеть в ресторане, наговорить друг другу кучу приятностей. И тепло проститься у стойки регистрации. Последние два часа вместе! Как быстро летит время. Два круга по дорожкам окончились серой холодной моросью. Свободных мест в ресторане не оказалось.

— А вы чего хотели? Четыре рейса на одно практически время, — буркнул швейцар у входа. — В кафетерии посмотрите.

— Не хочу я в кафетерии, — захныкала Соня, которой вдруг захотелось почувствовать себя маленькой капризной девочкой. — Хочу в ресторан!

— Погоди… — брат указал на зал ожидания. — Я быстро.

* * *

…Через десять минут они сидели в совершенно пустом зале.

— Не поняла… — округлила глаза Соня. — А люди куда делись?

— Люди на месте, — довольно хмыкнул Сергей, открывая меню. — Это банкетный зал. Через час здесь свадьба. Я обещал в полчаса уложиться. Уложимся?

— Волшебник!

— Какое там! Просто администратор у меня знакомый. Вернее, знакомая…

Что-то в голосе брата заставило Соню зацепиться за последнее слово. Знакомая! А ведь и правда, Серёжка парень видный. Да что там парень — настоящий мужик! Почти майор. И возраст самый подходящий для основательных знакомств. Так почему она никогда не интересовалась этой стороной его жизни? Стеснялась? Или времени не было. Скорее всего… Закрутилась, зависла в сфере собственных проблем и тайн.

Соня покраснела. Опустила глаза в папку с меню. Затихла на минуту. Потом не выдержала:

— Серёж, а знакомство у вас как, серьёзное?

— Пока не знаю. Но как только, так сразу… В том смысле, что ты узнаешь об этом первой.

— Будем надеяться. А почему до сих пор не рассказывал?

— Ну… Хотел разобраться. И потом не выбрал подходящего момента. Да и сама, много ли ты мне о личной жизни рассказываешь? Три месяца рядом, а ты как кошка, которая гуляла сама по себе.

— Вся в брата пошла!

Вот и поговорили. Раз Серёжка не решается открыть душу, то Соне и подавно не стоит его напрягать. Вот если бы Алексей сам наведался…

«Ладно, — решила про себя Соня, выбирая из двух зол — шашлыка и жаркого (горячие блюда здесь, похоже, не пользовались спросом) — меньшее, — мне спешить некуда. Будем следить за развитием событий. Вот сначала братца определим. Надо будет взглянуть на администратора…»

— Будем заказывать? — рядом материализовалась стройная симпатичная брюнетка.

«Она? — встрепенулась Соня. — А у братца неплохой вкус!»

— Берём по шашлычку? — подмигнул ей брат. — И два столичных.

— Кофе? Вода? Рекомендую наш фирменный морс.

— Давайте фирменный…

Брюнетка удалялась царственной походкой.

— Твоя?

Брат покраснел.