В этот момент, под прицелом сотен глаз и камер, мне стало абсолютно всё равно на интернет-заголовки. Все мои страхи сгорели в том огне, которым он меня обжигал.

— Ты сумасшедший, Гринвуд, — выдохнула я, прижимаясь лбом к его мокрому шлему.

— Твой сумасшедший, — ответил он, и я поняла, что с этой секунды назад дороги нет.

27

Райан

Раздевалка встретила нас нестройным ором. Парни ликовали, сбрасывая экипировку. Я сел на скамью, чувствуя, как начинают ныть мышцы. Пять минут в штрафном боксе были худшим временем в моей жизни — я буквально чувствовал, как нас давят, пока я бессильно сжимал клюшку за стеклом.

Я думал о том, как она танцевала. Тот джаз-фанк это было не просто шоу. Это был её способ заявить о себе вопреки всему дерьму, которое на неё лили. Она двигалась мягко, тягуче, и я готов был поклясться, что каждое её движение было адресовано лично мне.

Когда я вчера вечером пришёл в её номер, я знал, что обратной дороги не будет. Но я не ожидал, что она окажется настолько сильной. Она боялась, что её имя смешают с грязью, но сегодня она вышла и доказала всем, кто здесь настоящая королева.

После душа я накинул куртку и вышел в коридор. Скоро отправление, и команда уже начала грузиться в автобус. Мне нужно было найти её до того, как мы займём свои места.

У выхода к стоянке автобусов я увидел Бритни. Она стояла у стены, нервно теребя край куртки. Я помнил, как Ева злилась, когда их путали, хотя Бритни даже не имеет отношения к группе поддержки.

— Гринвуд, — окликнула она меня. — Скажи своей хореографше, что её танец... это было мощно. Даже если все думают, что она подсидела Майю.

Я остановился и посмотрел на неё так, что она отступила.

— Ева ни в чём не виновата. Майя получила травму сама. И если я ещё раз услышу подобное, разговор будет другим.

Я нашёл её у самого автобуса. Ева стояла в стороне от ликующей толпы, глядя на то, как техники грузят инвентарь. В тусклом свете стоянки она выглядела хрупкой, несмотря на свой триумф.

— Готова ехать домой? — тихо спросил я, подходя со спины.

Ева обернулась. В её глазах всё ещё дрожали отблески багровых огней арены.

— Думаю о том, что завтра напишут в блогах, Райан. Ты поднял меня на руки перед всеми. Теперь слухи о том, что я «убрала» Майю ради места рядом с капитаном, вспыхнут с новой силой.

Я шагнул в её личное пространство, загораживая её от остального мира бортом автобуса.

— Пусть пишут. Ты здесь, потому что ты лучшая. И ты со мной, потому что я так решил.

Я пригнулся и коснулся её губ — на этот раз открыто, прямо здесь, у командного автобуса. Это был наш ответ всем слухам.

Ева

Дорога обратно в академию казалась бесконечной. В салоне автобуса было шумно: парни праздновали победу, кто-то громко пересказывал момент финального гола Райана, а девчонки из группы поддержки обсуждали реакцию трибун. Я сидела у окна, прислонившись лбом к холодному стеклу, и чувствовала, как внутри меня медленно оседает адреналин. Поцелуй Райана у всех на виду... это было безумие. Прямой вызов всему «Сент-Джуду».

Я достала телефон и, вопреки здравому смыслу, зашла в соцсети. Мои пальцы дрожали. Лента уже была забита видео с нашего выступления. Комментарии летели один за другим: «Это лучший джаз-фанк, что я видел», «Ева — королева», но среди них, как ядовитые змеи, проскальзывали другие: «Посмотрите, как она вешается на Гринвуда», «Теперь понятно, почему Майя "случайно" выбыла с травмой». Каждое такое сообщение кололо под дых, заставляя меня снова и снова прокручивать в голове тот злополучный день тренировки.

Я знала, что Майя сама совершила ошибку при приземлении, но толпе не нужна была правда. Им нужна была драма. Красивая история о коварной хореографше, которая убрала конкурентку ради внимания капитана. Я закрыла глаза, пытаясь отогнать эти мысли, но в темноте перед глазами всё равно стояло лицо Райана, когда он подхватил меня на руки на льду.

Тихий шорох одежды заставил меня открыть глаза. Райан, проигнорировав восторженные оклики своих сокомандников, пробрался в конец автобуса и сел на свободное место рядом со мной. В полумраке салона его силуэт казался еще более внушительным.

— Перестань читать это дерьмо, Ева, — тихо произнес он, кивнув на экран моего телефона. — Ты же знаешь, как всё было на самом деле. Майя получила травму из-за собственной неосторожности, и Бритни, которая вообще не имеет отношения к чирлидингу, подтвердит это любому, если потребуется.

— Ты не понимаешь, Райан, — выдохнула я, убирая телефон в сумку. — Для них я теперь та, кто идет по головам. И этот поцелуй на парковке... он только подтвердил их догадки. Миссис Харрис ждет безупречности, а я подставила под удар не только свою репутацию, но и наш проект.

Райан накрыл мою ладонь своей. Его кожа была горячей, и это тепло странным образом успокаивало.

— Наш проект был безупречен. Ты слышала зал? Ты видела реакцию команды? Ты сделала то, что не удавалось никому до тебя — превратила чирлидинг в искусство. Остальное — шум.

Мы въехали на территорию академии глубокой ночью. Окна учебных корпусов тускло светились в темноте, и «Сент-Джуд» казался мне огромным, молчаливым судьей. Когда автобус остановился, я первой вскочила со своего места. Мне нужно было одиночество, нужно было смыть с себя этот день, запах льда и чужое внимание.

— Ева, подожди, — окликнул меня кто-то.

Я обернулась и увидела Майю. Она стояла у дверей общежития, опираясь на костыли. Её нога была в гипсе, а лицо казалось непривычно бледным в свете уличных фонарей. Сердце ушло в пятки. Вот оно. Сейчас она скажет всё то, что пишут в комментариях.

— Я видела трансляцию, — начала она, и её голос слегка дрогнул. — Твой танец... это было нечто. Я бы никогда так не смогла. Даже если бы не эта чертова травма.

Я замерла, не зная, что ответить. Вина, которую я несла всё это время, навалилась с новой силой.

— Майя, я... мне правда жаль, что так вышло.

— Перестань, — она слабо улыбнулась. — Я знаю, что ты тут ни при чем. Я сама виновата, что не дотянула прыжок. А те, кто пишет гадости про тебя и Гринвуда... они просто завидуют.

Слова Майи эхом отдавались в моей голове, когда я наконец зашла в свою комнату. Напряжение, державшее меня