ей бы неплохо объяснить, что если она росла единственная и любимая дочка, и когда во что-то тыкала пальцем, папа ей это тут же доставал, то сейчас, а тем более здесь так не работает. Да, папа уже не нужен, достать хочет сама по привычке, но и Илья не игрушка. Да и кто же знал, что вот так черт дернет перед отъездом пригласить к себе Кристину?

Он присел, потянулся к форточке, открыл, взял со стола пачку, закурил.

— Да я тут помогал ей, точнее папке её. К Нике один из старших Звезды шарики подкатывал, а я типа на время парнем ее стал. Он хотел ее после тренажерки подловить, ну я его там и нахлобучил, а до этого Нику засосал, чтобы он понял, что нехер ловить.

Ломтев ухмыльнулся. Знал он, как Илья может нахлобучить, и это не фигура речи.

— Жестко ты, на Звездинцев быковать не каждый рискнет.

— Не, Коль, ну а че? Он первый по разам предложил.

— Тогда другой базар, — дернул плечами Коля, глядя в потолок, коим была верхняя полка, — а кого? Мясника, Портного или Скалку?

Илья только по прозвищам понял, кого перечислил лейтенант. У Звезды три главаря, Ганс Мясник, пятьдесят один год, Эмиль Портной, сорок шесть лет, вот эти два дяди весьма серьезные, основатели Звезды, и спорил бы он с ними аккуратнее. А вот Дитрих Скалка в сравнении с ними соплежуй, всего тридцать два, вроде как сам добился такого статуса, но за что его уважают в таком узком кругу, Гейнц так и не понял.

— Скалку.

— О, ну это правильно, таких отшивать надо. Ты ведь слышал, что его жену Шёпот убил?

— Ну.

— А слушки ползли, что он чем-то закинулся, и пока они трахались, он ее задушил. Случайно или нет – хз. И он якобы сам ее на улицу вынес перед закатом, башку ей сломал кувалдой и вскрытие сделал. А утром, как только увидели труп на улице, даже разбираться никто не стал. Печать «убита Шёпотом» и до свидания. Удобно, да? Изувеченный труп на улице – значит Шёпот. А мне кажется, он фишку-то выкупил, потому что потом его с разными телочками видели, но те трагично погибали от рук Шёпота. Понял?

— Понял, не дурак, — буркнул Илья.

Да если бы он знал, что к Нике клеится такой выродок, ему бы и просьба Вольфганга не понадобилась, так бы вписался. Он осмотрелся в купе. В мире Бульзовской, как он его окрестил, он еще на поездах не ездил и не знал, что бывают какие-то специальные вагоны или даже составы.

— А ты не в курсе, че за фишка со спецвагонами? Чем наш отличается от остальных?

Ломтев задумался, зевнул и неохотно ответил.

— А хрен знает, нет нигде инфы про это. Ходили слухи, что краска какая-то дорогущая фильдеперсовая с какими-то примесями, и окна с напылением. Типа если тут даже свет потушить, Шёпот не проберется.

— А проверяли?

— Ну да, не просто же так эти вагоны тут в резерве стоят. Тут даже муха не сидела, а если и сидела, то в тапочках. Все чистенько свеженько. Табличку не видел? Прямо у тебя за спиной.

Парень обернулся, и да, там действительно была табличка с надписью: при отсутствии освещения в темное время суток все окна в вагоне должны быть плотно закрыты!

Илья покусал губу, сделав еще одну затяжку. Ну да, он сразу обратил внимание на то, что их вагон изнутри сиял чистотой. Никаких посторонних запахов или следов уборки. Видно, что он был законсервирован.

Снаружи послышалась непонятная возня, возмущенные приглушенные возгласы, и капитан хмуро свел брови, прислушиваясь.

— Это че там за движняк?

— Да хз. Может, капитаны чего не поделили? — буркнул Ломтев уже в полудреме.

Илья затушил в пепельнице окурок и вышел, увидев, как рядовые стекаются в тамбур. Пошел туда же, протолкнулся мимо нескольких парней и услышал девичий вскрик. Там уже был Московский капитан, и он смотрел на то, как два его сержанта зажимают в углу девушку.

— Ведите её в мое купе, — самодовольно хмыкнул Фред, а она забрыкалась и закричала.

— Отпустите! Мне нужно в этот вагон! Я к Гейнцу пришла!!!

Прекрасно узнав этот голос, Илья переменился в лице, подорвался к одному из патрульных, заметив, что они чуть ли не лапают её, схватил его за воротник и рывком оттащил, от чего он свалился на пол. Стоило второму обернуться, он получил выверенный удар в нос, а когда парень его отстранил, тот завыл и схватился за расквашенный нос.

Илья встал перед перепуганной девушкой и упер ладони в стену, ограждая ее собой со всех сторон, и сразу же услышал укоризненный голос Фреда.

— Что-то я не понял, молодой, ты почему руки распускаешь на моих людей?

— Это вы, наверное, сука, не поняли, на кого руки распускаете, — прорычал Илья, глядя в округленные глаза Ники, и с оскалом продолжил, — и какой я тебе нахер молодой!? Ты хоть в курсе, кого ты хотел в свое купе затащить? Это дочка генерал-майора нашего ВГУП.

— Так на ней не написано, — возразил Фред и, казалось бы, справедливо, но…

— Она же говорила, что дочь генерал-майора, но вы не сл… — не успел договорить рядовой, как тут же получил локтем в бок от сослуживца.

— Для начала, капитан ВМУП, твои корочки тебе не дают право на насилие в любом виде, будь хоть кто перед тобой, а тем более девушка, которая пришла с конкретной целью и озвучила её. Да, на ней не написано, что она дочка генерал-майора, — хмыкнул Илья, оглядев лицо Ники, и повернулся к Фреду, — так может мне у тебя на лбу это вырезать?

— Сейчас я у тебя это все вырежу.

Рядовые Московского капитана сразу набычились, встали в стойку за исключением парнишки, пытавшегося возразить начальнику, но в этот момент в тамбур ворвался Ломтев, бегло оценил обстановку и глянул на Илью.

— Что за кипишь, товарищ капитан? Здравствуйте, Вероника, — он учтиво улыбнулся, затем осмотрел парней вокруг и прохрустел шеей, — че салаги бычите? Если у вас есть какой-то абонемент в травматологию, то давайте схлестнемся.

— Нормально все, Коля. Просто Камплин немного перепутал и признает свою ошибку. Мы с Никой в мое купе, — он взял девушку за локоть и повел в вагон, заодно