старался действовать максимально аккуратно. Я видела это по его напряженному лицу, ощущала в осторожных касаниях.

Слой за слоем он раскутывал меня. Все же снял носки, осторожно растер стопы. Пальцы покраснели.

– Они ведь не отвалятся? – шутить в этот момент нужно было в последнюю очередь, но лучше так, чем реветь от страха и боли.

Кайрон глянул на меня непонятливо, сбитый с толку моим вопросом, но заметил вымученную улыбку и тяжко вздохнул.

– Обещать не могу.

Он попытался растереть их, но мои заиндевевшие репетузы оставляли все его попытки отогреть ноги тщетными.

Тогда он вернулся к верхней моей части. Я сама попыталась развернуть шарф, но пальцы не слушались, а ткань превратилась в сплошной замерзший ком.

Я видела по лицу Кайрона, какого мнения он о моих геройствах. И вместе с тем, понимала… понимала, что он боится за меня. Ему не все равно. Беспокойства в его глазах было больше, чем всего остального. И это неожиданно стало приятно.

Я задержала дыхание, когда он отвел мои руки назад, чтобы стянуть кофту. После принялся развязывать шнуровку на платье. В конечном итоге я осталась перед ним в тонкой майке и тех жутких вязаных рейтузах.

– Где ты умудрилась найти мои подштаники?

Я сдавленно фыркнула. Что под руку попалось, то и напялила.

Он критично осмотрел их, но я видела, что он медлит. Поднял взгляд и встретился с моим.

– Это все тоже нужно снять.

Меня колотило, начали постукивать зубы, и я сидела, обнимая себя руками. Кровь прилила к щекам несмотря на холод.

– Я не причиню тебе вреда и не позволю лишнего. Все это останется здесь, хорошо? – он смотрел на меня со всей возможной серьезностью.

Ну, в конце концов, я ведь не первая женщина, которую он увидит в неглиже, значит и ничего нового?

– Ты уже второй раз просишь меня раздеться, – пробурчав, я опустила взгляд.

– В этот раз не прошу, – хмыкнул он. – В этот раз справлюсь сам.

Это прозвучало слишком вызывающе. Я почти фыркнула, но от дрожи вышел какой-то странный хрюк.

– Тебе нужно встать.

Он помог мне подняться. Хмуро поглядел на кровать.

– Отойди-ка, – велел, отводя меня за плечи в сторону. Аккуратненько так, словно я фарфоровая. – Стоишь?

Я кивнула.

Тогда он ухватил кровать за спинку и потащил ее к очагу. Поставил прямо напротив и только после вернулся за мной.

– Так будет теплее.

Он подвел меня к очагу, тут было до него буквально пара шагов. Жар пламени, а растопил Кайрон от души, приветственно лизнул кожу. Мне даже пришлось отвернуться.

Не глядя мне в глаза, он потянул низ сорочки. Та была заправлена в штаны. Я поморщилась. Там тоже еще не оттаяло, ткань жестко царапала чувствительную кожу.

Я видела, как он сжимает челюсть, потому попыталась сама стащить чертовы портки, но при малейшей попытке наклониться, закружилась голова и я, охнув, схватилась за него. А после еще и застонала, когда пальцы дернуло болью.

– Нет, так не пойдет, – Кайрон, похоже, собрался с духом.

Одним махом, но действуя при этом довольно бережно, он сдернул с меня штаны вместе с бельем. Сам при этом смотрел в сторону.

– Садись.

Сжимая ноги и дико смущаясь, я продолжала трястись от холода.

Вещи он пока бросил на стул. Сам же ухватился за край сорочки и потянул ее вверх. Когда его горячие руки все же случайно коснулись моей спины, я невольно прикрыла глаза.

Я совершенно обнажена перед ним.

– Вот так, ложись.

Я сделала, как было велено, Кайрон тут же завернул меня в покрывало. Оно было шерстяным и довольно плотным, но меня все равно продолжало бить холодом.

Я свернулась клубком, глядя в пламя, желая впитать его жар весь без остатка. Но как-то не выходило.

Кайрон быстро развесил одежду над веревку над очагом. После вытащил из него котелок, где уже кипела вода. Отошел куда-то мне за спину, а минутой позже вернулся с кружкой.

– Вот, тебе нужно и изнутри согреться.

Я села, стараясь придерживать покрывало так, чтобы не показать ничего лишнего. Взяла кружку, но едва не выронила ее, пальцы все еще плохо слушались.

Тогда Кайрон по очереди растер мои руки.

Но проблема заключалась в том, что в сторожке изначально было не сильно теплее, чем на улице. А жара от очага хватало только на то, чтоб отогреть мне лицо.

Кружку я держать смогла, но колотило меня по прежнему знатно. Я пыталась пить отвар, который он мне дал, но зубы все еще стучали.

Кайрон тем временем растирал мне ступни, и я тихо кряхтела и поскуливала, жмурясь от этих не самых приятных ощущений. Это вам не массаж ног…

– Пальцы чувствуешь? – спросил серьезно, заглядывая мне в лицо. Я кивнула. – Ты все еще дрожишь.

Это уже был не вопрос, утверждение.

Он о чем-то крепко задумался, а после забрал у меня чашку, поставил на пол. И сам принялся раздеваться.

– Ты что…

– Это только для твоего блага.

Он меня что… собой греть собрался?

Глава 14.3

Он задул свечу, что стояла на столе, от чего в сторожке стало еще более мрачно. Теперь свет исходил только от очага.

Я отвернула голову, когда поняла, что он начал расстегивать пуговицы на своей теплой рубахе. Шорох ткани странным образом действовал на меня, учащая сердцебиение.

Так я согреюсь и безо всяких дополнительных… стимуляций.

Ох ты ж божечки, что за слова лезут мне в голову?

Отринем тот факт, что в моей постели уже очень долго не было мужчин… Хотя нет. Не отринем! Мы ведь уже спали в одной кровати? Чего я боюсь сейчас?

Пламя плясало в очаге, яростное и яркое. А в моей груди болезненно колошматилось несчастное сердечко. Ему и так приходилось работать на износ в последние пару-тройку часов, а теперь еще и это?

Чего я боюсь? Наверное того, что я совсем голая! И Кайрон тоже снимает одежду!

– Ложись, – велел он, обходя кровать.

Теперь он стоял за моей спиной. И продолжал снимать там с себя что-то.

Сглотнув, я все же опустилась на постель. И теперь чувствовала себя скованно не только от того, что околела в этом буране, но и из-за происходящего.

Я свернулась комочком под покрывалом, глядя исключительно в