Молох тяжело остановился прямо на центральной площади, и его тень накрыла здание дворца наместника.

Массивное строение из белого камня осталось островком тишины посреди бушующего хаоса. Я приказал Мархуну оцепить периметр и никого не подпускать. Наместник мне нужен был живым.

Он сидел на полу, привалившись к резной колонне. Его звали Вэнь Шоу. Он не молил о пощаде, лишь смотрел на меня с той смесью презрения и фатализма, которая свойственна высшей знати Дайцин.

— Ты опоздал, варвар, — прохрипел он, когда я опустился в кресло напротив. — Император уже знает. Весть ушла с почтовыми стрижами ещё до того, как твои степные псы перегрызли горло первому стражнику.

— Значит, Лун Вэй будет готов, — я кивнул Мархуну, чтобы тот принёс вина. — Рассказывай, наместник. Каковы силы легионов в этой провинции?

Допрос длился долго. Под суровыми взглядами орков Вэнь Шоу, понимая, что его жизнь висит на нитке, начал говорить. Из его сбивчивых объяснений вырисовывалась пугающая картина. Дайцин больше не был той раздробленной империей, о которой мне рассказывал генерал Ли. Плакса Лун Вэй, как его иногда называл Великий Дракон Ли, железной рукой своих генералов привёл вассалов к покорности, а союз с Феррумом через брак с дочерью Севериана Флакка обещал приток технологий и «звёздной стали».

С улицы послышался жуткий грохот, и с потолка зала осыпалась штукатурка.

— Ты думаешь, ты силён? — Шоу горько усмехнулся. — Посмотри в окно, эльф. Твоя армия застрянет здесь. Ты взял город, но тебе не взять Башню магов.

Я проследил за его взглядом. Над северо-западной частью города возвышалась обсидиановая игла — местная цитадель магического ордена. И там сейчас творилось нечто неладное.

Едва я вышел из дворца и направился в ту сторону, как воздух вновь содрогнулся. Ослепительно-белая дуга прочертила небо и ударила в гущу орков, собравшихся на площади перед башней. Десяток воинов просто испарились, оставив после себя лишь облако раскалённого пара.

— Всем искать укрытия! — заорал я.

Орки, люди, эльфы рассыпались как горох, прячась в укрытиях и домах.

— Они ведут магические атаки! — крикнул подбежавший Рилдар, прикрывая лицо рукой от очередного сполоха. — Мы не можем даже подойти на расстояние выстрела из лука. Они бьют прицельно. Похоже, с запасами Эфира у этих книжников всё в полном порядке.

Я смотрел на Башню. Она пульсировала фиолетовым светом, по её стенам пробегали разряды молний. Маги Дайцин решили дать последний бой, и этот бой мог стоить мне войска.

— Молох, иди сюда, — мысленно приказал я.

Через десять минут тяжёлые, сокрушающие мостовую шаги древолюда заставили дрожать стёкла в уцелевших домах. Он остановился в сотне шагов от Башни.

Настало время переговоров.

Я отозвал всех воинов под прикрытие ближайших домов и вышел вперёд. Мархун шёл рядом, держа в руках полотнище Серебряного Вихря на древке. Магические атаки на мгновение прекратились — местные чародеи внутри, видимо, оценивали новую угрозу. На вершине башни, на небольшом балконе, показалась фигура в белой мантии.

— Слушайте меня, мастера Эфира! — прокричал я в сторону Башни. — Здесь стоит Молох. Одним ударом он превратит ваше убежище в груду щебня. Вы можете убить ещё сотню моих воинов, но вы не остановите эту гору. Я даю вам выбор. Я не разрушу вашу обитель, если вы добровольно сдадитесь, — продолжал я. — Оставьте себе свои книги и жизни. Мне нужен только Эфир. Передайте мне все накопленные кристаллы, и вы сможете уйти. Если откажетесь — через пять минут Молох начнёт сносить основание башни.

Тишина затянулась. Маги совещались. Для них кристаллы Эфира были смыслом жизни, их силой и валютой. Но Молох, возвышающийся над площадью, был слишком веским аргументом. Я не знал, насколько они могут ему повредить, но мой блеф был вполне обоснован. Древний голем, оживлённый магией, просто не умел бояться их молний и стоял сейчас совершенно с невозмутимым видом, что дополнительно наводило магов на мысли о его несокрушимости.

Наконец тяжёлые кованые двери Башни медленно отворились. Тот же старик в белой мантии вышел вперёд, держа в руках резной ларец. За его спиной цепочкой потянулись другие маги, понурые и лишённые своего привычного высокомерия.

— Ты забираешь наше будущее, эльф, — произнёс старик, передавая мне сундучок. Его руки дрожали.

Я открыл крышку и едва не зажмурился. Внутри, на чёрном бархате, лежали шесть огромных кристаллов Эфира, каждый размером с кулак взрослого орка. Они пульсировали такой мощью, что волосы на моих руках зашевелились. Рядом россыпью лежали камни поменьше, числом не менее сорока.

Это было богатство, способное перевернуть ход войны.

— Прочь из города, — коротко бросил я. — И не советую возвращаться сюда.

Я подошёл к Молоху. Теперь мне не нужны были платформы, не нужны были варакши и утомительные расчёты магического ресурса. Я посмотрел на грудь голема, туда, где горело его «сердце» — управляющий кристалл Эфира, который был уже наполовину пуст.

По моему приказу он нагнулся и застыл в ожидании дальнейших команд. Замена кристалла прошла быстро, и я завершил ритуал привязки буквально за пять минут. Его тело прошила сеть светящихся прожилок. Кристалл вошёл в резонанс, и я почувствовал, как Молох буквально оживает, вновь наполняясь первобытной силой. Теперь он мог идти сам, не зная усталости, не требуя подзарядки неделями.

— Встань, — мысленно приказал я.

Молох выпрямился, и его голова оказалась выше крыш большинства домов Тянь-Ли. Он издал низкий гул и вновь застыл на месте.

— Теперь, — я обернулся к генералу Ли, который с нескрываемым вожделением смотрел на оставшиеся в ларце камни, — мы не будем красться. С таким запасом кристаллов мы легко пройдём сквозь империю до самой столицы.

Ли кивнул. В его глазах отражалось пламя догорающих кварталов Тянь-Ли.

Город затихал. Крики сменились молчанием побеждённых. Мы заперли ворота изнутри, и теперь Тянь-Ли стал нашей крепостью на этой стороне Пасти Бездны. Лун Вэй уже знает о нас. И завтра вся мощь Дайцин начнёт движение на север.

* * *

* * *

Глава 13

Лаэль опустила перо в чернильницу, вырезанную из цельного куска оникса, и замерла, глядя на чистый лист дорогой дайцинской бумаги. В Серебролесье наступил час Долгих Теней. За окном дворца заходящий Стяг окрашивал кроны древних деревьев в красноватый оттенок. Здесь было тихо. Так тихо, что она слышала собственное дыхание и далёкий перестук копыт патруля у главных ворот. Эльфы начали ездить