и залпом выпиваю содержимое. Фруктовая сладость вспыхивает на языке, тепло спускается вниз по горлу, согревая изнутри. Ставлю стакан обратно на поднос, и фея уходит.

– Что если я рассердила Америду, когда мы спасли того бедолагу? – шепчу я. – Та серебристая сука смотрела на меня так, будто победила.

Валери бросает напряженный взгляд мне за спину.

– Думаю, дело не только в этом. – тихо сообщает она, и я оборачиваюсь.

Из тени трона выходит черная, как сама ночь, пантера. Рука Америды ласково проходится по ее голове, и животное ложится у ее ног, сверкнув зелеными глазами.

– Дерьмо. – выпаливаю, сжимая кулаки. – Я что убила ее питомца?

– Не думаю, что питомец корректное слово.

– Да плевать. Что мне теперь делать?

– Выиграть испытания. Пусть фавориткой тебе, очевидно, уже не стать, но ты еще не выбыла из гонки.

Она не понимает. Если свита может помочь в испытаниях, значит, может и воткнуть палки в колеса. Мне нужно привлечь внимание. Так, чтобы кто-то из них захотел, чтобы я выжила. Хотя бы ради развлечения. Соревнования. Разврат. Похоть. Все это часть их натуры. Они не отказывают себе в любых удовольствиях. А значит, мне нужно устроить шоу. Такое, чтобы им было интересно смотреть.

Близнецы явно отпадают. Но Феста и Сиена нет. Я могла бы привлечь Фесту своими боевыми талантами. Но судя по всему, она довольно близка к Америде. Да и что я могу сделать прямо сейчас? Выбить Серебристой зубы? Вряд ли это хоть в какой-то степени привлечет нужное внимание. Нет. Она военная. Такие, как она, ценят навыки, используемые непосредственно в бою. Значит, остается Сиена. В данный момент фея проводит языком по оголенному соску девушки рядом с ней. Что ж, с этим можно работать.

– Ты что-нибудь узнала? – снова поворачиваюсь к сестре.

Она кивает куда-то в сторону.

– От него лучше держаться подальше, если не хочешь рассердить Америду еще больше.

Разворачиваюсь, пытаясь разглядеть того, кого она имеет в виду. Бедолага. Его едва видно, потому что место, где он сидит, скрыто в тенях высокого дерева. Складывается впечатление, будто он вообще не часть происходящего. Да и к нему совсем никто не подходит. Даже слуги с подносами. Интересно.

– Одна из местных фей рассказала участнице о том, что он вроде как в немилости у двора. – поясняет Вал.

Тогда что он тут делает? Почему ему вообще позволено здесь находиться? Бросаю взгляд на Америду. Если бы бедолага действительно был в немилости, эта сука в жизни бы не пустила его сюда. Однако и во дворце он был за троном, правда, в каком-то коридоре. Но вряд ли обычным смертным позволено свободно бродить даже там. Нет. Здесь есть что-то еще. Серебристая издевалась над ним. Она его презирает. И тем не менее он здесь. Он во дворце. Но не часть свиты. Интересно. Очень интересно. Кто же ты такой, Зейд?

Хватаю еще один бокал и осушаю залпом, тут же возвращая его обратно на поднос парня. Его заинтересованный взгляд проходится по моему телу.

– Не сегодня, красавчик. – бросаю ему, ухмыльнувшись, и он уходит.

– У меня есть идея. – поворачиваюсь к Валери. – Предупреждаю сразу, она вряд ли тебе понравится. Лучше даже не смотри.

Сестра напрягается всем телом.

– Эвива. – шипит она.

– Не Эвива. – качаю головой. – Забыла? Здесь я Мерида.

Девочка из глуши в очень дорогом платье с секретом.

– Не смотри. – предупреждаю я ее и разворачиваюсь.

Бедолага сидит во втором ряду, и чтобы подобраться к нему, нужно пройти мимо Америды еще раз. Просто необходимо.

Высоко задрав подбородок, медленно двигаюсь вперед, покачивая бедрами. Пульс бешено стучит в висках. Я подавляю дрожь в ладонях. Боги, надеюсь, я не свихнулась. Надеюсь, все не станет только хуже. Хотя куда уж хуже. Отчаянные времена, мать их, требуют отчаянных мер.

Справа и слева от меня сквозь музыку доносятся приглушенные стоны. Но еще никто не зашел слишком далеко, настолько, чтобы не отвлекаться. А я, черт возьми, собираюсь всех отвлечь.

Мой первый день в школе был бесспорно дерьмовым. Это правда. Вот только на следующий день я набрала два ведра отборной грязи и вернулась в класс. Прежде чем кто-либо смог что-то понять, я подхватила их своим ахренительным даром и вывалила на всех присутствующих. Грязи было много. И я не боялась замараться. Меня больше не игнорировали. Меня возненавидели. Все оскорбления с тех пор бросали прямо в лицо вместе с плевками. И это было восхитительно, потому что только когда я перестала быть пустым местом, у меня появилась возможность защищаться, давать отпор.

Я Эвива, блять, Манро. Меня можно ненавидеть, можно презирать, но черт возьми, я никому не позволю обращаться со мной, как с пустым местом.

Как только подхожу к возвышению, бросаю взгляд на Серебристую. Она щурится на меня, и на этот раз в моих глазах нет ни намека на покорность. Там лишь чистое необъятное пламя. И возможно, даже, обещание выбить зубы. Ее шея тут же покрывается красными пятнами, она стискивает челюсти и подается вперед, открыв рот. Но я отвожу взгляд и резко сворачиваю направо, не задерживаясь перед этой сукой на троне. Прохожу мимо Фесты, и буквально чувствую ее ледяной взгляд на себе. Еще слышу тихое рычание пантеры и удивленное перешептывание за спиной. Магия разливается по венам, впитывая эту накаленную атмосферу.

Я подхожу к проходу, где впереди слева от меня, стоит один единственный диван с бедолагой. Шепчу заклинание, и ветвях дерева над ним загорается крошечный огонек. Вряд ли можно заметить разницу с теми, что создают феи. Ветки скроют все отличия. Так что я уверенно двигаюсь вперед, пока не останавливаюсь прямо перед парнем. Он сидит, расслабленно откинувшись на спинку дивана.

Склоняю голову набок, соблазнительно выставив бедро в сторону.

– Привет. – говорю ему своим охрипшим от нервов голосом, но он не отвечает. Даже выражение его лица трудно различить среди этих теней.

Время для шоу. Надеюсь, бедолага не будет против поучаствовать.

Я подпитываю огонек над нами своей магией, и он становится ярче, медленно разгоняя тени в разные стороны. Теперь я могу различить черты этого молодого лица передо мной. Парень красивый. Довольно широкие плечи. Соблазнительные губы. На нем серая шелковая рубашка свободного покроя и черные штаны. Вид у него такой, будто он только встал с кровати. Соблазнительно неряшливый.

Увеличиваю свечение над нами и тут же встречаю этот любопытный взгляд серых глаз. Он не отрывается от моих. Несколько прядей кудрявых пепельных волос падают парню на лоб. Теперь я вижу его отчетливо, но мне этого мало.

Моя