В попытке избежать её взгляда Джейк наклонился подобрать трясущимися руками венчик.

– Эм. Отлично… В последнее время она очень много работает.

– Где работает? Чем, говоришь, она занимается?

– Э, она юридический секретарь.

– И что, юристы тоже задерживаются допоздна, как и секретари?

– Эм… э… да…

Бет попыталась сменить тему разговора на что-то более безопасное.

– Почему ты так рано вернулась?

– Я просто заглянула, пока шла обратно к Малвэйни. Купила у мясника кое-что вкусненькое – это нужно прямо сейчас положить в ледник.

– Мы всё сделаем, мама, – сказала Бет. – А что вкусненькое?

– Всё так удачно совпало. Я пошла к мяснику купить стейков. У Малвэйни запланирована на выходные большая вечеринка. А мистер Гаспаро сказал, что у него остались обрезки. – Она подняла коричневую бумажную упаковку с надписью «телятина», сделанной чёрным карандашом.

– Студень из телятины! – воскликнула Бет. Она бросилась в объятья мамы.

Джейк недоумевал. С чего так радоваться желе?

Бет выпустила маму. Они обе всхлипывали, глаза у них стали влажными.

– Это было папино любимое блюдо, – объяснила Бет. – Мы так давно его не ели.

– Слишком давно, – согласилась её мама, проводя рукой по кудряшкам Бет. – Надеюсь, я вспомню, как его правильно готовить! А сейчас сбегай в холл и принеси свежего льда, пока мясо не испортилось.

Девочка кивнула.

– Я мигом. Ты идёшь, Джейк?

– Джейк может посидеть здесь, со мной, – сказала миссис Мэтьюсон. – А теперь беги.

Бет замешкалась, но потом пискнула:

– Хорошо, мам, – повернулась и скрылась в коридоре.

Теперь Джейк остался в кухне наедине с миссис Мэтьюсон. Она медленно повернулась к нему.

– Джейк… – начала она, широко улыбаясь.

Тот сглотнул.

– Да, мэм?

Она подалась вперёд, и Джейк попятился.

– Спасибо тебе.

Этого он не ожидал.

– Спасибо?

Мама Бет бережно накрыла своей ладонью его руку и похлопала по ней.

– С тех пор, как Чарльз умер, – она сделала паузу, собираясь с духом, – с тех самых пор Бет сама не своя. Со стороны это незаметно, но от матери ничего не скроешь. Видит бог, я пыталась ей помочь. Но с этой бесконечной работой и попытками улучшить нашу жизнь… – Она утёрла слезу.

Джейк снова подумал о собственной матери.

– Вам тоже приходилось нелегко.

Миссис Мэтьюсон кивнула, вытирая глаза рукавом блузки.

– Да. Но теперь у неё совсем другой взгляд. Эта энергия. Эта искра. Раньше Бет постоянно рисовала вместе с отцом. Но с тех пор как он умер, даже не брала карандаш в руки. А теперь она стала прежней. Она кажется такой полной надежды, особенно в последние несколько дней. Возможно, даже счастливой. И я так скучала по ней.

У Джейка пересохло в горле. «В последние несколько дней». Он знал, почему Бет изменилась, и дело не в нем. Это была надежда найти послание от отца.

Джейк должен был верить, что они найдут что-то под потолком. А если нет… мысль об этом заставила его содрогнуться. Каким сильным окажется удар – для него и Бет, – если надежда окажется ложной.

Мама Бет продолжала что-то говорить ему, но Джейк пропустил часть мимо ушей, пока не услышал:

– …Может, пора будет переехать.

– Постойте, что?

– Мистер Уильямс был так добр к нам с тех пор, как Чарльз умер. Откровенно говоря, я знала, что он будет за ней присматривать, но проводить в одиночестве столько времени не очень хорошо для ребёнка. Если с ней что-то случится… – Она вытерла очередную слезу. – Но наш маленький цветочек так вырос. И, возможно, пришла пора подыскать новое, лучшее место.

Джейк подавил нарастающий приступ паники.

– Переехать? Но Бет любит «Регентство». Это её дом.

Миссис Мэтьюсон помахала рукой в воздухе.

– Всего лишь мысль. Мы с Чарльзом никогда не собирались оставаться здесь навечно. Это был временный дом, перевалочный пункт на пути к другим целям. Именно такое прибежище они с Джеремайей всегда хотели построить. – Она твёрдо кивнула и снова похлопала Джейка по руке. – Ну ладно, мне пора возвращаться на работу. Когда Бет придёт, проследишь, чтобы она положила телятину в ледник?

– Вы собираетесь делать желе из мяса? – Теперь Джейк ещё меньше понимал, как кто-то мог такому радоваться.

– Тебе понравится. И я жду вас с мамой к нам на ужин завтра вечером. И на этот раз я не приму отказа.

Джейк попытался выдумать новую отговорку.

– Она работает допоздна.

– Тогда мы подождём, пока она придёт. Но мне нужно задать ей кое-какие вопросы. Она отчего-то избегает нас? – Маму Бет, казалось, обижала эта мысль.

– Нет, нет. Дело не в этом. Просто она очень занята. Очень, очень занята. И ей приходится много ездить по работе. Она вообще-то и сейчас в отъезде.

– Без своего сына? Хм-м-м.

Джейку захотелось себя стукнуть. Бет предупреждала его, что случалось с беспризорниками, если о них сообщали в полицию. Надо быть осторожнее.

– Она возвращается завтра, – быстро сказал он.

– Джейк, мать должна познакомиться с матерью нового лучшего друга своего ребёнка.

– Ладно.

– Иначе она может перестать доверять этому другу. – Она встретилась с ним взглядом и сложила руки на груди. Это был тот же взгляд, которым смерила Джейка Бет в тот первый день в её квартире, только более грозный.

– Ладно, – Джейк кивнул.

– Хорошо. – Она запахнула пальто и направилась к двери. – Ужин. Завтра.

Джейк ошарашенно глядел ей вслед. Миссис Мэтьюсон закрыла дверь, оставляя его одного в кухне. И где носит Бет? Сколько можно ходить за льдом?

Он подождал ещё несколько минут и собирался уже идти искать подругу, когда та ввалилась в дверь.

– Джейк! Работники здесь, и они уже начали устанавливать леса!

– Офигенно!

– Мистер Уильямс говорит, на это уйдёт пара дней. – Она положила лёд на стол и обняла Джейка. – У нас почти получилось.

Пальцы у Бет были ледяные, но Джейку это объятие показалось самым тёплым на свете.

Глава 22

Ужин трясся. Джейк ткнул в него вилкой. Ужин – куски телятины, повисшие в каком-то серо-зелёном желе, – затрясся ещё сильнее.

Мама Бет была на кухне – заканчивала готовить варёный картофель и, как Бет это называла, фирменные макароны с сыром.

Джейк пришёл рано и сказал, что его мама присоединится к ним попозже. Но теперь он уже не был уверен, что хочет остаться. И не просто потому, что всё могло пойти очень плохо, а потому, что эта трясущаяся еда вселяла в него тревогу.

Он придвинулся к Бет и прошептал:

– Что конкретно это такое?

– Студень, – ответила Бет, демонстративно облизываясь.

– Студень?

– Да. Это вроде желе. По радио всегда говорят,