— Вот оно! — я едва не рву плотную бумагу, указывая на строчку в самом низу страницы. — После прибытия нашего поезда императорский церемониймейстер лично расписался в получении некоего особого груза из третьего вагона. Наименование не указано, стоит высший гриф секретности. Он явно не за пустым ящиком приходил.

Эдмар резко подается вперед, забыв про раны.

— Но если в ящике был доспех императора, что тогда нужно злоумышленникам? — в его голосе звучит неподдельное недоумение. — Они хотели украсть реликвию уже в столице? Зачем им маячок?

Я смотрю на его побитое лицо, на темные глаза, в которых горит огонь сыщика. Меня осеняет догадка, которая пронзает от макушки до пят разрядом.

Я артефактор. Я знаю, как работают малые формы. А еще я умею сочетать одну форму магии с другой. Любое боевое заклинание или зелье может быть стократ усилено небольшим, но грамотно подобранным артефактом.

— А представь, Эдмар, что будет, если этот доспех вдруг окажется пропитан контактным ядом? — вкрадчиво говорит Бертран, и глаза его загораются безумным блеском. — Или на него нанесут проклятие удушья, которое активируется от тепла человеческого тела? Император наденет его и умрет мучительной смертью прямо на глазах у всего двора. И убьет его доспех драконьего принца. Что случится в следующую секунду?

Бертран смотрит на нас выжидающе.

— Это конец миру, — мрачно констатирует Эдмар. — Война между людьми и драконами начнется в ту же ночь.

Я вижу, как каменеет лицо Эдмара. Осознание бьет его наотмашь, гораздо сильнее, чем кулаки наемников в темном переулке.

Кто именно из заговорщиков был на крыше — еще предстоит доказать. Все следы тщательно подчищены, даже свидетели в этом поезде были настоящие.

Зато абсолютно точно известно одно: высокопоставленный дознаватель-дракон Эдмар Вельт, находился в этом поезде. Он был на крыше, в двух шагах от ящика с доспехом.

И завтра утром на закрытом слушании у лорда Торнуэла из него сделают идеального козла отпущения. Не просто коррупционера, скрывающего улики, а главного подозреваемого в государственной измене и подготовке убийства императора.

Эдмар запускает пальцы в волосы и опускает голову. Он выглядит раздавленным, но в этой тишине я чувствую: он еще не сломлен.

Драконы не сдаются так просто, даже если им подрезали крылья.

Я поднимаюсь со своего места, преодолевая внезапную робость, и подхожу к нему.

Мои пальцы касаются его ладони. Эдмар вздрагивает и поднимает на меня мутный, расфокусированный взгляд. В глубине его зрачков отражается отблеск каминного пламени.

— Прости, — шепчет он, и его голос звучит хрипло, отчего у меня перехватывает дыхание. — Боюсь, я невольно и тебя втянул в это, Валери. Ты приехала за новой жизнью, а получила билет на эшафот.

— Должен быть выход, — я сжимаю его руку крепче, пытаясь передать ему хотя бы каплю своей уверенности. — Эдмар, посмотри на меня. Ты же лучший из лучших. Ты раскрывал дела, за которые никто не брался. Неужели голословные обвинения, которые тебе еще даже не предъявили, смогут тебя сбить с пути?

Взгляд Эдмара меняется. Я вижу в глубине озорные огоньки безрассудства. Именно за этот взгляд я когда-то его полюбила.

Я чувствую в нем хищника, который загнан в угол, но именно в этот момент он наиболее опасен.

— Точно, обвинение! — спохватывается он. — Что там было в повестке?

— Завтра утром лорд Торнуэл ждет Конрада в…

Но Эдмар не дает мне договорить. Он вскакивает с кресла и начинает мерить комнату шагами. Он так эмоционально размахивает руками, что со стороны становится похож на безумного.

— Мы сейчас же поедем к Торнуэлу! — заявляет он. — Бертран, не одолжить свой экипаж?

Мужчина теряется от такого напора.

— Помилуй, Эдмар, третий час ночи! Торнуэл — человек старой закалки, он не любит, когда его будят ради…

— Так поздно мне в этом районе не найти транспорт, — продолжает он убеждать хозяина дома. — Уверен, тебе тоже будет выгодно, если моя голова останется на плечах, и мы продолжим наше взаимовыгодное сотрудничество!

— Ладно, — машет рукой Бертран, сдаваясь под натиском этой бешеной энергии. — Но обещай, что ты мне потом первому обо всем расскажешь. Это дело пахнет либо величайшим триумфом, либо грандиозным скандалом.

Он раздает короткие, отрывистые указания.

Водитель появляется в холле довольно быстро, на ходу застегивая ливрею, он не задает ни одного вопроса. Кажется, внезапные ночные поручения в этом доме — вещь обыденная.

Мы выходим в ночь.

Экипаж Бертрана быстро несет нас в сторону Золотого квартала.

Здесь столица не спит никогда. Улицы залиты ярким светом магических фонарей, из открытых окон доносится музыка и смех. В этом квартале идет своя жизнь, бесконечный праздник, который не прерывается ни на минуту.

— Зачем мы едем к Торнуэлу сейчас? — спрашиваю я, глядя на профиль Эдмара, застывший в полумраке салона.

— Сам пока не знаю, — задумчиво отвечает он, рассеянно потирая скулу. — Но я знаю Торнуэла. Он прагматик. Он выслушает оба мнения.

Мы останавливаемся перед домом лорда Торнуэла. Это монументальное здание с высокими колоннами. В окнах первого этажа горит свет, что дает нам надежду на то, что столь поздний визит не окажется напрасным.

Хозяин выходит к нам через десять минут в роскошном шелковом халате, наброшенном поверх пижамы.

Лорд Торнуэл — плотный, элегантный мужчина лет пятидесяти с идеально подстриженными седыми усами. Даже разбуженный посреди ночи, он сохраняет вид человека, который знает все, об этом городе.

Разговор в его кабинете начинается сухо.

— Ты пришел оправдываться, Вельт? — строго спрашивает он, присаживаясь за стол.

— Мне не за что оправдываться. Возможно, вы тоже знаете об этом, поэтому и не планировали допрашивать меня? — возвращает вопрос Эдмар.

— Иногда в большой игре следует пожертвовать одной крупной фигурой, чтобы выиграть партию, — отрезает Торнуэл.

— Что за игру вы ведете? Я должен знать, что на кону, если вы готовы отдать меня на заклание! — Эдмар говорит тихо, но его голос такой сильной, что у меня закладывает уши.

Торнуэл усмехается. Он наливает холодный фруктовый чай в высокие бокалы и подает нам.

— Эдмар, ты не представил свою спутницу, — говорит он полушутливо. — Кто вы, юная леди?

Я растерянно смотрю на Эдмара.

— Валери Камрон, моя помощница, — отвечает тот.

Но лорд Торнуэл, кажется, ждет объяснений именно от меня.

— Я проходила собеседование у Морвенне Крейс, когда она меня направила в сыскное Управление на практику. Она сказала, что подыскивает себе преемника, человека со знанием артефактов, но мне пока не хватает опыта…

Торнуэл внезапно заливается коротким, лающим смехом. Он смотрит на меня с искренним сочувствием, как смотрят на ребенка, который верит в сказки.

— Преемника? Морвенна ищет преемника? — он качает