буду ждать. Я повернулась к окну и молча уставилась на тёмный пергамент. Пару мгновений ничего не происходило, а затем на бумаге проявился светящийся голубым рукописный текст.

— Заколдованные чернила! — догадалась я.

— Именно, — подтвердил Уильям, — текст становится видимым только при лунном свете. Поэтому мне и пришлось прийти в этот кабинет посреди ночи, здесь самое удачное расположение окон.

— Ясно, — улыбнулась я, разглядывая светящиеся строчки. Красивая магия. Было в ней что-то поэтичное: послание, которое можно прочитать только в лунную ночь. Мне сразу пришла мысль о любовной записке, и щёки снова покраснели.

Неожиданно Уильям положил ладонь поверх моей и опустил мою руку, державшую пергамент.

— Тебе пора возвращаться в комнату и ложиться спать. Завтра рано вставать, — сказал он, но мою ладонь не отпустил.

Из-за этого сердце начало отбивать чечётку, а разум стал заволакивать туман. Мне не хотелось уходить. Сейчас я и Уильям были только вдвоём. Что бы ни произошло между нами, недоброжелатели ректора об этом не узнают, значит, не было необходимости соблюдать осторожность, и я осмелела.

— Вы в самом деле хотите, чтобы я ушла? — прямо спросила я, глядя в глаза Уильяму.

Он не отвёл взгляд.

— Нет, не хочу. Но тебе правда нужно возвращаться, — сказал он.

Какой упрямый! Я чувствовала, что нравлюсь ректору. Возможно, не так сильно, как он мне, но всё же. Поэтому захотелось как-то разрушить стену между нами.

Повинуясь внезапному порыву, я сделала шаг к нему, встала на цыпочки и быстро чмокнула Уильяма в губы. Это и поцелуем-то нельзя было назвать, но всё же меня бросило в жар, и закружилась голова.

Ректор улыбнулся.

— Похоже, и этому тебя нужно учить, воришка поцелуев, — сказал он.

— Научи. Я не против, — прошептала я, глядя на его губы.

Уильям наклонился ко мне, но вопреки моим надеждам, поцеловал в макушку.

— Обещаю. — В его голосе появилась хрипотца. — Но не сейчас и не здесь, хорошо?

Мне хотелось броситься ему на шею и снова поцеловать, только уже по-настоящему, но я сдержалась. Уильям был прав. Такие внезапные порывы ни к чему хорошему не приведут. Будет лучше, если наши отношения станут развиваться постепенно.

С огромным трудом я отстранилась от него.

— Ты проводишь меня до общежития? — спросила я.

— Конечно, — ответил Уильям.

Мы вышли из кабинета и медленно зашагали по коридору в сторону общежития. Я и Уильям были так близко друг к другу, что при движении наши ладони соприкасались, а иногда ректор намеренно ловил мои пальцы, чтобы в следующую секунду отпустить. В такие моменты сердце пропускало удар и в груди возникало незнакомое томление.

Хотя рядом с Уильямом я и в тишине чувствовала себя уютно, всё же решила её нарушить.

— Ты ведь выпускник Академии? — поинтересовалась я, — наверное, тоже учился на боевом факультете?

Уильям улыбнулся.

— Я так похож на боевика? — спросил он.

Я пожала плечами.

— Не знаю, — задумчиво произнесла я, — мне кажется, все парни разные, со своими характерами и привычками. Конечно, среди боевиков больше грубых и агрессивных людей, но, например, Патрик добрый и отзывчивый.

Уильям бросил на меня недовольный взгляд.

— Опять ты говоришь о нём, — проворчал ректор.

Я усмехнулась.

— Не думала, что ты такой ревнивый, — заметила я.

— Я не ревнивый, — не согласился Уильям, — просто нахваливать одного мужчину в присутствии другого — это дурной тон.

Теперь я засмеялась по-настоящему, прикрыв лицо ладонями, чтобы меня никто не услышал. Уильям тоже улыбался.

— В юности во мне был силен дух соперничества. Постоянно хотелось что-то кому-то доказывать, поэтому я и поступил на факультет боевиков, — рассказал ректор, — часто спорил с учителями, вызывал на дуэли сокурсников, словом, был невыносим. В юности я не понимал, что так не получится победить собственных демонов. Думаю, если бы мы встретились тогда, я вряд ли понравился бы тебе.

Мне было сложно представить ситуацию, в которой я не обратила бы внимание на Уильяма, но спорить не стала.

— А на какой факультет ты поступил бы сейчас? — спросила я.

Ректор задумался.

— Сложно сказать, — ответил он, — проблема ведь не в факультете, а в человеке. Проявить себя можно везде. Важно…

Уильям неожиданно умолк и остановился. Я тоже замерла. До моих ушей донёсся звук голосов. Неужели опять комендант⁈ Я инстинктивно прижалась к ректору.

— Не бойся, я с ними разберусь, — пообещал он, а затем произнёс заклинание, и меня накрыл прозрачный купол, словно я очутилась внутри мыльного пузыря, — эти чары сделали тебя невидимой, — пояснил Уильям и добавил, — но только на время. Как доберёшься до спальни, действие заклятия закончится.

— А как же ты? — спросила я.

Уильям усмехнулся.

— А что я? Думаешь, комендант пожалуется на меня ректору? — он изобразил удивление, — ой, так я же сам ректор!

Я засмеялась, а впереди уже показались недовольные мистер Питерсон и Меган.

— Идти, — шепнул мне Уильям.

Я отошла в сторону, но уходить не спешила. Мне было интересно посмотреть, чем закончится эта встреча.

— Мистер Дорсет! — удивлённо воскликнул комендант, — вы ещё не спите?

— Как и вы, — холодно заметил Уильям.

— Работа такая. — Мистер Питерсон нервно захихикал. — Поступила жалоба, что одна из студенток бегает на свидания после отбоя.

— И поэтому вы решили вытащить из постели другую студентку? — ледяным тоном уточнил ректор, — запрет покидать спальни после отбоя распространяется на всех.

Увидев, как лицо Меган испуганно побледнело, я не смогла сдержать злорадной ухмылки. Так тебе, ябеда!

— Ну, это свидетель, так что… — замялся мистер Питерсон, носовым платком вытирая пот со лба.

— Думаю, человек, занимающий должность коменданта Академии, в состоянии сам разобраться с нарушительницей порядка. И помощь первокурсницы ему не требуется, — сказал Уильям, — или я не прав?

На мистера Питерсона было жалко смотреть.

— П-правы, — заикаясь, промямлил он, — я сейчас же отправлю студентку обратно в спальню.

Услышав его слова, я спохватилась. Я и Меган ведь были соседками! Мне во что бы то ни стало нужно оказаться в комнате раньше неё. Поэтому я попятилась, а затем развернулась и почти бегом направилась в общежитие.

Стоило мне распахнуть дверь в спальню, как чары невидимости рассеялись. Я мысленно поблагодарила Уильяма, сбросила халат и сразу же нырнула под одеяло. Когда через несколько минут вернулась Меган, я уже притворилась крепко спящей. Соседка постояла в дверях, возмущённо сопя, но так ничего и не сказав, поплелась к своей кровати. А я тихонько усмехнулась про себя.

Глава 11

Следующим утром я проснулась в хорошем настроении и пока собиралась на завтрак, напевала себе под нос любимую мелодию. Со своей половины комнаты на меня злобно поглядывала Меган. Она явно не выспалась