удалось избежать. Аккуратно уложив стонущую от боли девушку на кровать, хранитель притронулся пальцами к её лбу и прошептал заклинание. С его ладони полился золотистый свет магии исцеления, убирая боль и тёмные пятна перед глазами, отчего Элина облегчённо вздохнула. И тут Дарион заметил, что в её ментальном щите зияют огромные прорехи, которые стремительно увеличивались.

Как бы ни старался хранитель удержать чары, ничего не выходило. Более того, Дар понял, что Элина неосознанно начала отдавать всё больше энергии, стараясь поддержать его, отчего боль вернулась. Он был в панике и уже начал звать Эша, но тот сам появился около кровати.

— Давай я, — сказал он, отодвинув Дара в сторону.

Присев рядом с Элиной, Эш начал восстанавливать прорехи в щите. С плетением блока он успел справиться немного раньше, поэтому оставалось разобраться лишь с защитой. Боль притупилась и вскоре совсем исчезла, а голоса в голове замолчали, чем неимоверно обрадовали девушку. Спустя пару минут она уже смогла подняться с кровати и посмотрела на своих хранителей.

— А здесь выдают чай с мятой? — жалобно протянула Элина, намекая, что ей необходимо успокоительное после перенесённого стресса.

— Сейчас организую, — рассмеялся Дарион и вышел из комнаты, стараясь скрыть за смехом всю горечь с отчаянием, которые испытал пару минут назад.

По пути в столовую Дар смог наконец-то взять себя в руки и отогнать навязчивое чувство страха от бессилия. Неприятные ощущения, которые он испытал, когда понял, что ничего не может сделать из-за нехватки энергии, слегка поутихли. Но на душе всё равно скребли кошки. Хранитель впервые за долгие тысячелетия вновь почувствовал себя неполноценным — это удручало и заставляло нервничать.

В отличие от Элины, которая не заметила состояния Дариона, Эш сразу всё понял и помрачнел. Он ещё помнил то мерзкое чувство беспомощности, когда страдают близкие, а ты не в состоянии помочь, поэтому задумался, чем можно помочь брату.

— Не хмурься, — произнесла Элина и неожиданно провела пальцами по морщинке между бровями хранителя.

Вздрогнув, Эштиар резко перехватил её руку и осторожно отодвинул от своего лица. Он и сам не заметил, как девушка завладела всем его вниманием, отодвинув на задний план все размышления о проблемах. Глаза мужчины потемнели, а зрачок внезапно превратился в узкую полоску. Обычно так происходило, когда он злился, отчего Элина сделала соответствующие выводы. Единственное чего она не поняла, так это что же его так разозлило — неужели её жест?

Зато Эш не подозревал о забавных выводах девушки. Он был занят тем, что старался унять внезапный порыв сжать Элину в объятиях и никогда не отпускать. Конечно, были и другие желания, далёкие от романтики, но очень притягательные, поэтому хранитель попытался думать о чём-то другом. Выходило плохо. Очень.

Если бы девушка знала, какие мысли пробудились у мужчины от одного её прикосновения, она бы уже давно сидела пунцовая от стыда. Вот только Элина ни о чём подобном даже не задумывалась, к тому же считала, что Эшу на неё наплевать, поэтому снова загрустила и обиделась.

— Да ладно, не надо так злиться, больше трогать не буду, — проговорила она, и криво усмехнулась, пытаясь изобразить насмешку. — Можешь уже отпустить мою руку.

Словно зачарованный, Эш посмотрел вниз и только тогда заметил, что до сих пор удерживает девушку за запястье. Разжать пальцы оказалось довольно сложно. С трудом заставив себя отцепиться, Эштиар поднялся с кровати и отошёл к окну. Как же ему хотелось стереть с её лица эту горькую усмешку поцелуем. Но он же обещал подождать и не пугать Элину своим напором.

— Извини, — в голосе мужчины появилась хрипотца. — Я совсем не злюсь.

Продолжить этот разговор не позволил Дарион, который зашёл в комнату с пучком мяты. Заметив напряжение между братом и девушкой, он поинтересовался:

— Это вы без меня уже начали разговор, или как обычно ссоритесь?

— Никто не ссорится, — уже весьма спокойно произнёс Эш.

— Тогда расскажешь, почему Элине стало плохо?

— Один идиот решил проверить её защиту, — скривился Эштиар, забирая у брата мяту.

Взмахнув рукой, он словно из воздуха достал пустые чашки и точно так же налил в них кипяток. Следом заварил чай, добавил мяту, после чего протянул чашку обалдевшей Элине и улыбнулся. Хранитель сразу понял по её взгляду, что основы пространственной магии придётся объяснять намного раньше, чем планировалось.

— Какой идиот? — вновь привлёк внимание Дар.

— Эмир Карихар, декан факультета ментальной магии, — Эш стиснул зубы так сильно, что раздался скрип. — Тот, в белой мантии на экзамене, помнишь, Эль?

— Забудешь тут, — Элина поморщилась.

— Он совсем рехнулся⁈ — возмутился Дарион. — Лезть в голову к адептам…

— Ему показалось подозрительным, что на Элине такой сильный ментальный щит, — продолжил Эш. — Взломать защиту у него не получилось из-за артефакта, — он кивком показал на дракончика, висящего на шее у девушки, — Так Карихар попросту решил уничтожить любой намёк на защиту. Кретин. Заклинание блока я удержал, но наша девочка очень способная и отреагировала на угрозу самостоятельно. Только сам понимаешь, чем всё могло закончиться. В общем, на её ментальном щите, появились прорехи, плетение блока слегка пострадало, и Элина начала слышать мысли одарённых.

— А почему я их, вообще, слышу? — спросила девушка.

— Мы тебе как-то рассказывали о подопечных. Ну так, это оно и есть, — хмыкнул Эштиар.

— Стоп. Получается, я всю жизнь буду копаться в чужих мыслях? — в ужасе прошептала она.

— Нет, — засмеялся Дар, — ты будешь слышать лишь очень сильные призывы о помощи. И сможешь узнать чужие мысли, если сама того захочешь. К тому же ты начнёшь ощущать эмоции людей. Просто сейчас ты ещё не умеешь, как бы это выразить… «ставить фильтр».

— Короче, окончишь академию, научишься всем премудростям, — перебил его Эш, — и когда снимем блок, сможешь выбирать, кого слушать, а кого нет.

— А сейчас? Надеюсь, такого как сегодня, больше не будет? — спросила Элина.

— Не должно быть, — неуверенно произнёс Эштиар, — но, возможно, ты начнёшь улавливать самые сильные и яркие эмоции с мыслями. Я подумаю, что ещё можно сделать.

— И на том спасибо, — пробурчала девушка и, глянув на хранителей, продолжила: — Вы, как хотите, а я больше никуда сегодня не пойду. Кстати, а почему никто мне не рассказал о реальном положении дел в академии и о судьбе простолюдинов?

— Считаешь, это знание дало бы тебе хоть что-то, кроме головной боли? — Эш печально засмеялся. — Эль, пойми наконец-то, в данный момент ты ничего не можешь изменить. А забивать тебе голову лишней информацией перед поступлением, не имело смысла.

— Всё равно, — она упрямо поджала губы, — такое нужно знать!

— Ну, теперь ты знаешь, — пожал он