кого искать понимания или защиты. Моя единственная защита – Камал, которого я разозлила вопросом.

Он больше не приходил ко мне в больницу. Правда, цветы присылал каждый день и сладости. Я его посыл поняла. Но, когда он обнял меня и коснулся поцелуем… у меня перед глазами так живо картинка встала, как он так же касался Миланы, как он целовал её, как ласкал. Я невольно вывернулась из его рук. Я оскорбила его.

И он наказал меня. Снова. Не став есть, ураганом пронёсся мимо и ушёл. Наверное, в клуб. Или к Милане. А что остаётся делать мне?

Глотая слёзы, убрала всю приготовленную еду, вымыла посуду и бродила до поздней ночи по пустому дому. Хочется выть. Что мне делать? Как жить? Самое страшное, что мне больно от того, что в душе уже живёт любовь к этому мужчине. Что между нами уже был не просто секс, а самые настоящие отношения. На Мальдивах он же глаз с меня не сводил. Как так можно?!

Камал вернулся под утро. Я слышала, как он принимал душ. А потом он не пришёл в мою постель. Лёг в своей спальне. Впервые после того, как мы первый раз переспали. Это больно. Я беззвучно плачу в подушку.

Все выходные я провела, как затворница, в своей спальне, кроме моментов, когда подавала Камалу еду. Он молчит и даже не смотрит на меня, показывая, что я стала для него пустым местом.

Мои нервы на пределе. А ещё и в университет идти, где Милана, даже если не открыто, то в душе точно будет насмехаться надо мной. Мерзко и противно.

Матвей везёт нас в напряжённой тишине.

- Хорошего дня. – желаю мужу прежде, чем выйти.

Даже головы не повернул. Всё плохо. Очень плохо.

В аудитории девчонки обрадовались моему появлению. У них есть мой телефон, и мы переписывались. Так что они знают, почему меня не было.

- Ты на Мальдивах перегрелась, подружка? - Аня шутит и заботливо гладит меня по руке.

- Наверное. – стараюсь улыбаться в ответ, а в душе всё дрожит от напряжения.

Милана почти опаздывает, появляясь в аудитории вместе со звонком. Зыркнув на меня, садится подальше от нас.

- Чего это она? – прошипела непонимающе Инга.

- А ты не знаешь? – хмыкнула Аня.

- Чего?

Аня не успевает ответить, в аудиторию входит преподаватель, и все разговоры приходится отложить. У меня не получается слушать лекцию. В голове только один вопрос – и что же случилось у любовницы моего мужа? Но приходится ждать перемены. Да и интерес свой показывать не хочу. Не хочу, чтобы девочки что-то подозревали. Поэтому стараюсь усмирить бурю в душе и жду, когда мы пойдём за пирожными и кофе в кафешку, что недалеко от нашего корпуса.

- Милана, ты с нами? – всё-таки окликает Аня, а я напрягаюсь, на секунду забыв, как дышать.

- У меня другие планы. – Милана отвечает почти зло.

Аня пожала плечами, подхватила сумку на плечо, и мы вышли все вместе.

- Рассказывай, что там с Миланкой случилось? – Инга ткнула локтем подружку. – Еле досидела, а ты ещё её и с нами позвала.

- Ой, да толком никто ничего не знает. Она с квартиры съехала, что ей папик снимал. К Насте с Ленкой завалилась, пожить попросилась. Девчонки ж двушку снимают здесь недалеко. Сейчас жильё ищет поскромнее.

- Да ладно… Гонишь? – Инга даже остановилась.

- Пошли. – Аня подхватила её под локоть и потащила дальше. – А не фиг было налево и направо хвастаться. Папик, папик… А все папики – явление временное.

Я перевариваю в голове информацию. Камал бросил Милану? Выгнал из квартиры? Кажется, я – глупая курица. Поэтому Милана меня и спровоцировала. Поэтому её выворачивало, когда я фотографии с отдыха показывала. Становится легче дышать.

Дома я пораньше отпускаю Марию, потому что хочу сама приготовить ужин. Я оскорбила своего мужа недоверием. Мне хочется загладить вину. Быстро заказываю халяльную баранину из специального магазина, в котором мама всегда мясо покупала. Пока везут баранину, быстро мою и нарезаю овощи.

Мне хочется порхать. Какая же я дурочка. Неважно, что было у моего мужа в прошлом. Я же просто попалась на выходку этой… не буду говорить плохих слов. Надеюсь, она получит своё!

К приходу мужа у меня всё готово. По дому витают аппетитные запахи. В духовке томится баранина с овощами, в большой пиале – салат, хлеб тонкими скибочками уже на столе.

Надеюсь только, что Камал придёт домой, а не поедет в ресторан или… Не буду думать об «или». Я сделаю всё, чтобы он меня любил.

Камал задержался, но не критично. Я услышала, как тихо щёлкнув замком, открылась дверь. Выхожу, как раз, когда Камал снял обувь. Муж пытается обойти меня, но я беру его за руку, останавливая.

- Камал…

И он останавливается но не поворачивается.

- Прости меня.

Камал шумно выдыхает.

- За что?

- За мою глупость. – опускаю голову и кусаю от стыда губы.

Муж поворачивается, берёт моё лицо в ладони и заглядывает в глаза:

- Эниса, я стараюсь относиться к тебе со всем уважением и любовью, но я не стану терпеть подобного. Надеюсь, впредь ты будешь вести себя так, как положено порядочной жене. Твои домыслы – только твои проблемы. Твоя жизнь может быть и другой.

Чуть киваю.

- Я баранину с овощами приготовила… Будешь? – спрашиваю почти шёпотом.

От его близости, от его касания внизу живота появляется странное ощущение. Он усмехается, кажется, в лёгкую читая мои мысли.

- Буду. Но потом. – касается моих губ лёгким поцелуем. – Пойдём-ка наверх, я очень голодный…

Глава 37.

- Дочка, вы такая красивая пара! – Багидат ласково гладит меня по руке.

Вот, с кем мне точно повезло – это со свекровью. Она даже с ребёнком меня прессует меньше, чем моя мама. Мне нравится навещать её. А Камалу нравится видеть мать с улыбкой на губах.

Пока муж разговаривает с отцом и вторым братом в кабинете, мы с Багидат и золовкой пьём душистый чай. Её младший сын всё время крутится возле меня, дёргая за руку.

В конце концов, я сдаюсь и усаживаю его на колени. Довольный Дамир тут же впивается пальчиками в мои волосы. Свекровь смеётся, с любовью наблюдая за внуком.

- Смотри, как тебе идёт, Эниса. Аллах милостив, благословит и