что-нибудь интересное, и, предвкушая вкусняшки, поторопилась на кухню. Лисик потрусил за мной.

Дедушка словно подслушал наш разговор, потому что на столе меня ждали восхитительно пышные сырники под розочками заварного крема, фруктовый салат и ароматный, на всю кухню пахнущий ягодами чай. Под полотенцем в корзинке — я не сразу заметила — меня еще и сдобные плюшки ждали.

— Еще раз утро доброе! — бодро поздоровалась я. Помня дедушкину привычку не вести за едой важных разговоров, я отрезала край сырника, закинула в рот и показательно замычала от удовольствия.

— Доброе, внученька, — кивнул старик. Он, по всей видимости, уже позавтракал и сейчас сидел на подоконнике, наслаждаясь кофе из миниатюрной, едва ли не с наперсток, чашечки. — Аппетит на второй завтрак никак подоспел? Вот и правильно. Хорошая девочка должна хорошо есть!

С аппетитом умяв предложенное, я взяла чай и перебралась на подоконник. Дедушка неопределенно хмыкнул, и я тут же притворилась, что вид из окна — самое интересное зрелище в моей жизни.

Так мы и сидели, переглядываясь с хитрыми улыбками, пока дедушка наконец не решил, что игры в гляделки достаточно и можно переходить к беседе.

Глава 30

— Все правильно сделала, девочка, — сказал наконец старик. — Только мальчика немного слишком сильно напугала, ну да ничего, он справится. А вот книгу зря отпустила, эта пакость тебе еще доставит неприятностей. В другой раз лови — и сразу в камин ее!

Причем дедушка Абар так решительно и серьезно сказал последнюю фразу, что я чуть плюшкой не подавилась. Какое-то время старательно жевала и глотала, сосредоточившись на процессе, потом уточнила:

— А что, так можно было?!

— Все можно, если хочешь своей волей жить, — пожал плечами дедушка и хитро усмехнулся в свой наперсток с кофе. — Жаль, теперь пакость настороже будет. Ну да ничего… ничего. Доела? Молодец. Иди книжки еще почитай, а как господин с делами закончит и обед подоспеет, я позову. И вот еще что: забери побрякушку из подвала, не осталось на ней никакой магии, но систему она двоит, не дай бог, господин полезет проверять, в чем помеха. Останешься без колечка.

Я опять чуть не подавилась, на этот раз остатками кофе. И послушно кивнула, пытаясь лихорадочно сообразить: кто же такой этот таинственный старик? И почему он мне помогает?

— Заберу. А… а разве книгу судьбы можно сжечь, просто бросив в огонь? — изумилась я.

Дедушка расхохотался:

— Нет, конечно!

— А…

Однако он поднялся с подоконника, расправил полы длинной, почти до колен, цветной безрукавки и ушел, оставив меня наедине с плюшками, Лисиком и видом из окна.

— Мря-уф! — вместо меня от души ругнулся мой пушистый питомец. Я поддержала его кивком, не торопясь догрызла плюшку и потопала забирать кольцо.

Только вот в лаборатории меня ждала непредвиденная неприятность: дверь оказалась заперта. Я подергала ручку, но открыть не смогла.

И как мне вернуть имущество?

Я толкнула дверь в последний раз, больше от досады, чем рассчитывая, что она действительно откроется, но створка почему-то поддалась. Обрадовавшись, я тут же юркнула в лабораторию, рванула к нише, на полках которой я оставила колечко, однако нащупать его не удалось.

— Что ты там делаешь?! — раздалось за спиной.

Юрой!

— Честно наворованное прячу, не видишь, что ли? — довольно сердито отозвалась я, уже без всякой конспирации вытаскивая кольцо. — Точнее, не прячу уже, а изымаю, чтоб оно тебе систему не двоило.

Юрой молча открыл рот. Я давно отметила, что лучший способ ввести его в ступор — говорить правду в лицо.

Ну не принято тут так. Особенно среди особ моего пола. «Женская мудрость» и прочее хорошее воспитание требует от девушек почти все время лгать и притворяться.

Если подумать, не так это и удивительно. Ведь они зависимые существа в мире, где правят другие существа, имеющие все права.

Проще говоря, искренность — привилегия сильного. Потому что слабому, не умеющему замаскироваться и выудить что-то обманом, защититься «невинностью» и показной наивностью, подольститься и вовремя подмахнуть, не светит ничего хорошего.

Оно и в моем прежнем мире так было, да и во многом осталось. А мне просто повезло иметь в детстве нормальную семью и хороший старт, чтобы в будущем ни от кого не зависеть.

Я привыкла говорить правду мужчинам. И сейчас поступала так же. Но именно это гарантированно сносило здешний «сильный пол» как тараном.

— Наворованное? — переспросил отдышавшийся некромант, подошел, решительно отобрал у меня кольцо и принялся крутить в пальцах.

— Помнишь девицу, которая меня искала в таверне? Ну, Арнетту? Вот. Она подбросила мне кольцо в сумочку, хотела обвинить в краже. Почему я должна отказываться от презента?

Юрой вернул мне «ворованное».

— Я сказал не попадаться мне на глаза.

— Вот я и старалась спрятаться от тебя аж под землю!

— От некроманта под землю? — скривился он и махнул рукой, явно намекая, что рекомендует мне убраться восвояси.

Нервировать его лишний раз не хотелось. Я краем глаза отметила, что всяких декоктов, непонятных ингредиентов, а заодно и вполне понятных мышей и лягушек в колбах с моего последнего визита в лабораторию прибавилось, взгляд зацепился за черные коробочки, за книги в кожаном переплете.

У самой двери я притормозила, оглянулась. Юрой стоял со скрещенными на груди руками, нетерпеливо притоптывал, ожидая, когда я покину его логово.

Любопытство оказалось сильнее здравого смысла.

— Ты сказал, что книжка только над алтарем появляется. Либо в коридоре прячется алтарь, либо книжка без алтаря появилась. Что из этого, и вообще?.. — Я сделала шажок обратно. Чтобы усилить эффект, поморгала.

— Понятия не имею! — моментально взвился некромант. Но так себе взвился, если честно, просто на месте подпрыгнул и полыхнул алыми бликами из глаз по стеночкам. — Иди уже отсюда!

Интересно, он меня не пришиб из-за ресничек или из-за… кхм, других частей моей анатомии? Которыми в коридоре налюбовался?

Я шкодливо ухмыльнулась, подмигнула свирепому колдуну и послала ему воздушный поцелуй:

— Договорились, мой повелитель! Ты не подскажешь, на каком из стеллажей книги по программе первого курса? Те, что лежали на столе, я уже просмотрела. Спасибо, кстати, это было любезно с твоей стороны.

— При чем тут я! — Юрой попытался как можно надменнее отвернуться. — Слева от южного окна вторая полка снизу. Изыди уже!

— Изыла, — быстро согласилась я. — Или изыдела? Как правильно?

— Ар-р!

— Тебе страшно идет свирепый вид, ты знаешь? Все-все, меня нет!

Что же, заняться подготовкой к занятиям тоже надо. С Арнетты станется намекнуть преподавателям, что я пропустила учебу, потому что ветер любви в голове звенит, меня начнут спрашивать и обнаружат… бездну неведения.