Никакой свадьбы сегодня не будет. Я свой лимит на бракосочетания исчерпала. А если ваш жених сейчас же не уберётся из дома, я лично спущу его с лестницы.

– Но госпожа Лика! – пискнула служанка, прижимая руки к груди. – Он же не потерпит отказа! Вся «Лилия» собралась внизу в зале!

Выругавшись сквозь зубы, я надеялась, что это чей-то розыгрыш. Меня выдернули из обретённой свободы, чтобы снова засунуть в семейную жизнь? У Вселенной сегодня определенно плохой день и она решила испортить его мне.

– Несите туфли, – скомандовала я, чувствуя, как внутри закипает злость. – Пойду скажу этому пузатому красавцу, что невеста не в настроении.

– Красавиц тоже первый в городе? – обернувшись спросила я.

– Нет, – хором ответили женщины, прижимая свои ладони к груди.

– А что же вы так, нарушаете баланс «красиовсти»? – бросила я им через плечо.

Женщины ахнули, но перечить не посмели. Одна из них дрожащими руками подала мне белые туфли. Я сунула в них ноги, поправила юбки и решительно зашагала к выходу. Корсет мешал дышать, но злость придавала сил.

Я вышла в коридор и подошла к краю лестницы. Внизу, в огромном зале, толпилась куча народу. Все были разодеты на высшем уровне, словно на карнавал. Женщины в пышных платьях, мужчины в камзолах. Играла заунывная музыка, под которую хотелось только плакать, а не праздновать.

А в центре зала стоял он. Жених, надо полагать.

Это был пузатый мужчина неопределённого возраста. Он весь лоснился от пота и был в нелепом бархатном камзоле. Мужчина нервно потирал пухлые ручки и облизывал губы, глядя на лестницу. Когда он заметил меня, его глазки сально заблестели.

– О, моя прекрасная Лика! – елейным голосом протянул он, делая шаг вперёд. – Мой цветок! Ты заставила меня поволноваться.

Я медленно спускалась по ступенькам, чувствуя, как дёргается глаз. Мой цветок? Серьёзно? Да я сейчас тебе этот цветок вместе с горшком на голову надену.

– Значит так, уважаемый, – громко начала я. Музыка стихла. Гости уставились на меня с открытыми ртами. – Свадьба отменяется. Ищите себе другую клумбу для опыления. Я замуж не собираюсь и точка.

Родители моего временного тела дружно заголосили. Мать схватилась за сердце, отец покраснел. Жених захлопал ресницами, не понимая, что происходит.

– Лика, любовь моя, это шутка? – пролепетал он, покрываясь испариной. Жених достал из кармана платок и принялся вытирать лоб. – Ты перегрелась в платье? Может, принести тебе воды?

– Нет, не перегрелась, – процедила я, сжимая кулаки. – Прочь все с моей дороги.

Но закончить мысль я не успела.

Внезапно температура в зале резко упала. Изо рта вырвался клуб белого пара. Свечи разом погасли, погрузив помещение в полутень. Атмосфера праздника испарилась за секунду. На её место пришёл липкий ужас.

Двери с грохотом распахнулись. В зал ворвался ледяной ветер, принося с собой запах сырой земли и увядания.

Гости в панике бросились врассыпную. Мой жених побледнел как полотно, взвизгнул и попытался неуклюже спрятаться за колонной. Родители забились в угол и завыли в голос.

На пороге стоял мужчина.

Высокий, с бледным и резким лицом. Он был одет в чёрный плащ, который казался сотканным из тьмы. От его кожи буквально исходил холод, а глаза горели холодным огнём. От одного его взгляда кровь стыла в жилах. Он излучал такую мощь, что мне захотелось немедленно слиться со стеной и стать невидимкой. Мужчина напоминал мне некроманта из сказок. Я не знала этого слова подходило или нет к данному типажу, но мозг сам выдал чёткое определение. Но это точно был не человек.