«Между прочим, приличные дипломаты так себя не ведут, — ехидно подметила Алиса. — Хотя чего это я… Где ты и где дипломат? И уж тем более приличный…»

— Да ты издеваешься⁈ — выпалила королева и зависла напротив.

— Нет. У тебя свои проблемы, у меня свои. Ты не хочешь со мной разговаривать, вот и я не буду тебе ничего объяснять.

Взмах руки — и тьма обняла меня с ног до головы, стянувшись в чёрную броню. По сути, обычный барьер тьмы, причём слабенький. Плотняком такой вокруг тела не завяжешь. Пусть побудет в роли одежды, чтобы почтенная публика не краснела.

— Значит, ты скрывал свою силу… — Она проследила за потоками тьмы и фыркнула: — Плевать! Тебе ни за что не победить меня, пока я в небе! Это моя стихия!

На меня без пауз обрушилась серия внушительных и быстрых атак. Вспышки от попаданий по барьеру слепили наблюдателей, отражённые потоки срывали черепицу с ближайших крыш. Я смещался и считал её вдохи, они становились всё короче…

Гарпия выдохлась первой. Королева тяжело опустилась на крышу приземистого дома, встала на одно колено и выдернула из поясной сумки пузатую бутыль с зельем. Пот стекал по её лицу и шее, пальцы не слушались, и пробку она выковыривала зубами. Допить не успела. Я вынырнул из тени справа и перехватил сосуд, силой вырвал его из рук, изменившихся и ставших больше похожими на орлиные лапы с когтями.

— Я думал, у нас честный бой, без вот этого всего.

Контратака пришла мгновенно, но алое лезвие рассекло уже опустевшее место. Королева заозиралась, отыскивая меня, и нашла парящим в двадцати метрах над крышей.

— Вставай, мы ещё не закончили. Если ты не можешь победить даже меня, что ты будешь делать с остальными?

«С кем остальными?» — поинтересовалась Алиса.

«Тобой и твоим аппетитом. Они и так тут голодают, твоего пришествия точно не вынесут».

«Хочешь сказать, что я толстая⁈ Ну всё, Лисоглядов…»

«Ты единственная, кто тут хочет что-то сказать. Твои провокации на меня уже не действуют. Ты что ешь, что не ешь — не меняешься. Если рассказать это другим женщинам, они тебя проклянут. Ты ещё и форму тела можешь перекраивать по своему желанию. Так что заканчивай с этой ерундой и лучше подскажи, что ещё такого сделать или сказать, чтобы она сломалась и признала поражение».

«ВТАЩИ ЕЙ!»

«Втащить-то легко… Только после этого меня будут ненавидеть все, кто сейчас наблюдает».

«Да и плевать!»

«Думаю, они нам ещё пригодятся».

«С чего это вдруг?»

«Если бы не пригодились, Система давно позаботилась бы о том, чтобы гарпий в этом мире больше не было. Вместо этого она их наказала и убивает в своих испытаниях лишь самых одичавших — тех, что разлетелись далеко от королевы и потеряли контроль над собой».

«И как ты это понял?»

Ответ пришлось отложить: атака вышла по-настоящему жестокой. Алая дуга прошла в пальце от моей шеи.

«Потом поговорим».

Минуты текли одна за другой, тени в котловине вытягивались, а удары королевы понемногу теряли хлёсткость. Дожимать её силой смысла нет, от силы её гордость только каменеет. Пусть бьётся о мою выдержку, пока сама не признает, что этот бой ей не выиграть. С признанием у гордых обычно туго, значит, запасаемся терпением.

«Сколько ты ещё собираешься с ней возиться?» — уточнила Алиса и демонстративно зевнула в глубине моей души.

«Столько, сколько потребуется. В Тизалии работает хитрость, здесь сработает упрямство. Благо этого добра у меня побольше, чем у неё».

* * *

Солнце двигалось на запад, постепенно скрываясь за хребтами. А два упрямца продолжали сотрясать небеса гарпиевой столицы на глазах у многочисленных жителей и последней богини утратившего связь с Системой народа, чей лик был запечатан в статуе воительницы, выточенной в скале над портальным переходом. И пусть она давно исчезла и погибла, но не память о ней, высеченная в скалах и воле крылатого народа.

Королева врезалась всем телом в щит и сделала себе только хуже. Измождённое тело на мгновение отключилось, и она пошла вниз. Очнулась она уже у земли, подхваченная чьей-то сильной рукой. Картинка перед глазами плыла и упрямо не желала фокусироваться на лице напротив, руки бессильно метались в поисках выпавших из лап клинков. Чужой голос на первичном языке пробился к её сознанию сквозь пелену слабости:

— Ну что, успокоилась? Может, просто чаю попьём или что у вас тут принято? Алиса пирожками поделится.

— Ничего я не поделюсь! Это она тут хозяйка, вот пусть и ищет, чем нас угостить. Тем более после такого гостеприимства!

Сил ответить у гарпии уже не было, и сознание вновь покинуло её тело.

Глава 2

К утру я осилил по меньшей мере половину случайно выбранной книги из библиотеки крылатой. Это была «Торговая хроника 96-го столетия отречённых», и гарпии вели её очень дотошно: каждый караван и каждая пошлина удостоились отдельной строки, так что читать чужую бухгалтерию оказалось познавательнее иных приключенческих романов. По цифрам голод виден лучше, чем по лицам. Записи о сборах худели год от года, а списки погибших дозорных и отрядов добытчиков лишь увеличивались. И это ещё до людей!

Основными проблемами гарпий были ящеры, огры, гоблины и орки. За прошедшие годы для них мало что изменилось, но из соперников вычеркнули огров и гоблинов, а на их место пришли люди.

Кресло было спартанским. Голый табурет и то комфортнее получился бы… Я сидел в нём и читал книгу, пока вокруг суетились лекари. К утру их осталось всего двое — худощавые самцы с перьями мышиного окраса. И они старательно делали вид, что меня не существует. Каждые полчаса один из них склонялся над королевой, слушал дыхание и шёпотом докладывал второму.

Я перевернул страницу, и шелест бумаги заставил их нервно заскрести когтями по каменному полу. Нервные ребята попались… Хотя понять их можно. Ещё вчера перед закатом я гонял их владычицу по всему небу столицы, а сегодня сижу в её спальне и почитываю её же книги. Хорошо хоть им хватило ума осознать, что сражаться со мной — дело неблагодарное.

Комната была такой же, как и кресло, — суровой и пустой. Спальня воина, а не монарха.

Королева зашевелилась ближе к полудню. Ресницы дрогнули, пальцы сжали одеяло, дыхание стало прерывистым, шумным, а потом расслабленным. Проснулась и оценивает обстановку, не открывая глаз. Со слухом её уровня это самый логичный вариант поведения.

—