Шрифт:
Интервал:
Закладка:
___
[9]Т-Grad Communication, более известная как Тиградком – телекоммуникационная корпорация, монополизировавшая обмен информацией внутри Тайного Города. Цикл книг написанных писателем Вадимом Пановым.
[10]Кряк от англ. software cracking – по сути – это взлом программного обеспечения.
[11]Bash.org – это один из первых сайтов, на который люди отправляли цитаты из чатов. Он был очень популярен среди системных администраторов и породил множество подражателей.
[12]Тыжпрограммист – это человек, разбирающийся во всех сферах деятельности, которые хоть как-то связаны с компьютерами и электроникой…
Глава 9
Два дня выходных, когда ты можешь делать что угодно: идти в театр, на выставки, по магазинам, заниматься спортом, путешествовать. Но вместо всего перечисленного, ты в поте лица убираешь квартиру. Когда живёшь одна всё проще, я привыкла поддерживать чистоту, а не упахиваться вот так в свои выходные. Но у меня жили Высокородные иные, которые почему-то не озаботились наведением порядка.
Полностью уверенная в том, что мужчины не вернутся в мою маленькую любимую студию, как смогла собрала их вещи и сложила у двери, чтобы удобнее было забирать. А с мебелью, которую они приобрели, даже не знала, что делать. Хотя пусть решают сами, не я её покупала, да и не нужна она мне. Только место занимает в, и без того маленькой, квартирке.
Одобрительно окинув взглядом свою чистую, уютную и любимую студию, решила, что имею полное право перед началом новой трудовой недели расслабиться и поваляться в ванной с аромосвечами и бокалом шампанского. Оттянуться после уборки и тяжёлой рабочей недели самое то, а лёгкий алкоголь поможет отвлечься от неприятных мыслей. Тем более что время ещё детское, десяти вечера нет, а до утра волшебные пузырьки вкусного напитка успеют выветриться из моей головы.
Ароматная пена с лёгким успокаивающим эффектом, холодный фужер сладкого игристого, шоколад, нарезка сыра и какая-то розовая мелодрама, которую, в общем-то, смотрела в полглаза. Так и не поняв сюжета мыльного безобразия, со вздохом удовлетворения выключила ноут и прикрыла глаза, погружаясь в медитативное состояние. Вот люблю я так понежиться в ванне…
Вынырнув из полудрёмы, потянулась за бокалом, но его кто-то выдернул из руки.
– Ай-яй-яй, стоило только ненадолго отлучиться из дома, как ты начала спиваться!
Широко распахнув глаза от неожиданности, столкнулась с осуждающим взглядом босса и сползла вниз в пену, благо она была достаточно пышная, чтобы скрыть все стратегически важные места.
– Да… да как ты… вы… – заикаясь от возмущения, напрочь забыла все слова.
– Где мои вещи? Что за бардак! – услышала голос Сантьяги. – Мит'тамот, мы договаривались, я первый в ванную.
– Подождёшь, – ехидство в голосе демона можно было черпать ложкой, настолько оно было густым и горячим, – пока наша любимая хозяюшка не допьёт бутылку, точно не выйдет.
– Что?
В дверях появился Сантьяга, мгновенно оценивая ситуацию. И блеск его глаз мне совсем не понравился…
– Я кому говорил, что тебе пить запрещено? – раздражение в его голосе, обожгло лицо, словно ударом кнута, я даже дёрнулась от нахлынувших ассоциаций, а он, отобрав у демона бутылку, перевёл горящий взор на босса. – А ты чего лыбишься и потакаешь ей? Совсем мозги растерял?
Когда два крупных амбала стоят в маленькой ванной, то она становится ещё меньше. А когда ты в это время лежишь перед ними в чём мать родила, да, скрытая пеной, но всё-таки голая, то становится вот совсем неуютно.
– А что мне плакать, что ли? – в голосе шефа появились тягучие, низкие мурчащие ноты. – Я радуюсь, смотри, готовится, вон, как знала, что ей предстоит вкусить доказательства моей состоятельности как мужчины.
– Ага, ты ещё про тройничок не забудь, – ехидно ухмыльнулся Сантьяга, выходя из ванной и забирая с собой недопитую бутылку шампанского.
В моей голове, как никогда раньше, билась лишь одна мысль: “Попала…”. А этот гад рогатый нагло уселся на край ванны и попытался дотронуться до моего обнажённого плеча, но я сползла вниз, и походила сейчас на лягушку, что высунулась из воды только по глаза. Демон, видимо, не хотел мочить руки и больше не лез ко мне своими загребущими лапками. А что они загребущие, я не сомневалась.
– Ну и когда я услышу от тебя извинения? – его бархатный голос, казалось, тёплой лаской прошёлся по коже, вызывая вполне определённое желание: вот гад, магией пользуется?!
– Я наглая, я не буду извиняться, – буркнула, пряча от него глаза за опущенные ресницы.
– Я так и думал, – коротко хмыкнув, он поднялся, – но тем интереснее будет…
Хлопнула дверь, и я осталась одна. Вот чёрт! Спохватившись, выскочила из ванной и закрылась на замок. Меня била нервная дрожь. Что они тут забыли? Зачем вновь пришли? Ладно, надо успокоиться! Ответы на эти вопросы я узнаю потом, а сейчас надо поскорее ополоснуться и выйти. Сказано-сделано. Через пять минут, вытирая влажные волосы, я вышла в зал.
– Наконец-то, – с облегчением выдохнул Сантьяга, подхватывая с расстеленной кровати смену домашней одежды, – оставляю вас наедине, – он стрельнул на меня насмешливым взглядом.
А я смотрела на Дмитрия, у которого в глазах горела похоть, и прямо-таки читалось, что и как он будет доказывать. Ох, твою… за ногу… Ладно, главное, не показывать страха, хищники его чуют. А в том, что мой босс ещё тот зверюга, я не сомневалась.
Уже прикрывая дверь ванной, Пресветлый хмыкнул и тихо сказал, вроде как разговаривая сам с собой, но так, чтобы я услышала.
– Не трясись, без меня не начнёт…
Ага, успокоил! Мало того, что босс мне все нервы вымотает сейчас, так потом ещё вы оба мне устроите ту ещё ночку. Может, сбежать?
– Кстати, Ольга, – дверь приоткрылась, и я увидела обнажённый торс Сантьяги, глаза почему-то никак поднять и посмотреть в лицо мужчины не получалось, – мы с дороги, голодные очень. Ты бы, ну, я не знаю, хоть картошки пожарила.
– Могу яйца вам поджарить, – хмыкнула, от наглости некоторых голова шла кругом.
– Со шкварками и поджаренным беконом, – почти простонал Дмитрий, а я удивлённо обернулась к шефу, он явно не понял смысла, который я вложила в это предложение.
Уставший и обречённый вздох Сантьяги стал неожиданностью.
– Оленька, – промурлыкал он, совершенно не стесняясь своей наготы, – давай картошечку, не можешь поджарить,