в городской черте Бома разорвались первые заирские снаряды до бомцев наконец дошло, что шутки кончились, пора делать ноги. Вот тут и полезли наружу особенности местного менталитета и воспитания. Солидные мужики лезли вперед, вереща, как истерички, расталкивая женщин с детьми. Миша орал на таких, а если не понимали криков, то стрелял в воздух из табельного ТТ. За сутки Мишель успевал совершать десятки рейсов, умело лавируя между потоками машин и людей. За три дня непрерывных поездок туда-сюда КаВЗ превратился в помятую, облезлую консервную банку, но автобус стали узнавать, и зная, кто за его рулем, часто уступали дорогу и приветливо сигналили.

Вооруженные силы СРК стянули к Бома войска, где в передней линии обороны, конечно же были «Вольные стрелки», а во второй и третей ополченцы вперемешку с разношерстными военными подразделениями Кабинды, которых к тому времени было сформировано четыре батальона. Так же вдоль всего побережья реки Конго, которая теперь была южной границей СРК было налажено регулярное патрулирование дозорных моторизованных и пеших групп.

Южная граница СРК, которая шла по реке Конго, начиналась на Атлантическом побережье возле города Банана и шла вдоль реки до города Луози, общая протяженность границы — чуть меньше трехсот километров. На патрулирование столь протяженного участка пришлось выделить пятьсот человек, большая часть из которых была жителями речных деревушек, которым просто надо было сообщать о появление чужаков или подозрительной активности на противоположном берегу реки.

В Луозе держали отдельный гарнизон, усиленный артиллерией и системами ПВО. В Моанда тоже был гарнизон, а также возле взятого в кольцо Китона приходилось держать войска. Наши силы были сейчас раздерганы по разным участкам.

Отряды кубинского спецназа были выведены из Кабинды и переброшены на юг Анголы, где затевалась знатная буча. Это была хоть и ощутимая потеря нашей боеспособности, но не категоричная. Воевать в джунглях у нас пока не надо было, а с общевойсковой операцией по отражению массового речного десанты, мы должны были справится своими силами, благо их теперь было намного больше, чем еще месяц назад. Помимо отрядов «Вольных стрелков», батальонов кабиндских добровольцев-ополченцев, многие, из которых успели пройти боевое крещение, в армии СРК теперь были еще подразделения, сформированные из жителей Бома и Моанда, а также бывших военнопленных Заира, пожелавших стать гражданами Свободной Кабинды.

У нас был готов план противодействия вторжению Заира: они высаживаются на нашем берегу — мы их долбим из артиллерии и минометов, они подбрасывают свежие силы — мы их долбим, они подкидывают новые силы — мы их долбим… и так до тех пор, пока генералы армии Заира не поймут, что на северном берегу Конго им не рады. Примерно так же, как в зоне СВО с плацдармом в Крынках: укропы методично лезут на левый берег Днепра, а их так же методично уничтожает армия РФ.

Опыт войны с Заиром у нас уже был, причем весьма удачный. Армия Киншасы опять будет наступать, а мы будем держать оборону. Это было знакомо и привычно.

Но жизнь дала понять, что план, написанный на бумаге, пусть даже тщательно проработанный и хорошо подготовленный и события, произошедшие в реальности — это зачастую две большие разности.

Хочешь рассмешить Бога, расскажи Ему о своих планах на будущее…

Глава 9

Заир начал десантную операцию весьма предсказуемо и стандартно — 20 октября 1983 года в 6.00 по местному времени с южного берега Конго по нашему берегу открыли ураганный огонь. Били из всего что было у армии Заира в наличии: РСЗО, стволовая артиллерия, 120 мм минометы, даже заирская авиация произвела издалека пуски ракет, которые должны были вывести из строя наши системы ПВО.

Противник в течение часа утюжил береговую линию в десяти километрах восточнее Бома. Берег там был пологий, джунгли, подступающие вплотную к воде, давно вырубили — просто идеально место для высадки десанта. О том, что заирцы будут высаживаться именно здесь нам было известно — советская разведка имеет хорошую агентурную сеть в Киншасе. Генерал-майор Козлов не зря есть свой хлеб, щедро сдобренный маслом и черной икрой.

После огневого налета, который перепахал землю на площади в полсотни гектар, через реку Конго в нашу сторону устремили десантные баржи и катера. Первыми шли быстроходные лодки с силами спецназа, они начали свое движение, не дожидаясь окончательного прекращения огня. Как только вражеские артиллеристы перенесли огонь своих орудий прочь от берега, так заирские «леопарды» тут как тут. Молодцы, сработали весьма оперативно и лихо. Любо-дорого поглядеть!

«Леопарды» высадились на берег, заняли оборону и постепенно начали двигаться вперед, расширяя площадь своего плацдарма. Когда к берегу подошла вторая волна десанта на баржах и катерах по вражескому плацдарму начали работать наши минометы. Сыпали не особо густо, потому что вражеская артиллерия сразу же накрывала ответным огнем.

Наши минометчики работали исключительно «с колес»: подскочат с разный направлений, быстро развернут миномет, сыпанут дюжину «пряников», тут же сворачиваются и драпают во все лопатки, чтобы не задвухсотиться от ответного огня тяжелых заирских гаубиц, расположенных на противоположном берегу реки.

Особо отличился расчет нашего 57 мм зенитного орудия С-60, которое разместили в кузове грузовика. Это был тот самый расчет, который летом обнулил два французских вертолета «Газель» и корвет ВМС Габона. Парни действовали слаженно и умело: грузовик неожиданно появлялся в разных местах, зенитка выплевывала две-три серии снарядов по четыре выстрела в каждом, а потом стремительно откатывалась в тыл, чтобы спустя какое-то время появится уже, с другой стороны. Каждый такой «выезд» заканчивался для вражеских десантников потерей очередного плавательного средства: то быстроходный катер разлетится вдребезги от точных попаданий в борт, то десантная баржа получит десяток рваных дыр в бочине из-за чего начнет медленно, но уверенно погружаться в черные воды Конго.

Но несмотря на внушительные потери со своей стороны заирцы всё равно высаживались на нашем берегу, расширяли занимаемый плацдарм и мал по малу двигались вперед.

Все шло по плану. Армия Заира должна была дойти ровно до тех рубежей, который мы заранее обозначили на своих военных картах. Граница дозволенного вражеского плацдарма определялась минными заграждениями, которыми было щедро сдобрена земля вдоль реки. Как только «леопарды» дойдут до первых минных полей, так мы их сразу же остановим, не позволяя выходить за эти границы. Пусть они себе «тусуются» на строго определённом нами пятачке земли: живут, умирают, в общем, воюют на нем. А мы будем их методично уничтожать, крошить в капусту и позволять подвозить новые силы только для того, чтобы их тоже перемолоть в мясной фарш