меня что-то сжалось. Это уже не была просто тренировка. Они не просто обменивались ударами, они словно стали врагами. Почему?! Что произошло?! За что они сражаются?!

Глава 38

Джаред, который прежде с лёгкостью увёртывался от ударов с улыбкой, теперь делал то же самое, но с каменным выражением лица.

Дэниел, в ответ на танцующие движения Джареда, стиснул зубы, и в его глазах вспыхнула решимость.

Я не могла понять, что произошло между ними, но меня охватило беспокойство.

Каждый удар, каждый резкий поворот их тел заставлял меня вздрагивать. Я не могла отвести взгляд от Джареда; он был моим мужем, и, несмотря на все наши разногласия, я не могла не переживать за него.

Я всерьёз начала бояться, что тренировка может закончиться плохо. Кто-то может получить травму, если не хуже.

Если честно, я бы очень хотела, чтобы они остановились, чтобы этот бой завершился без последствий и как можно быстрее.

Дэниел продолжал атаковать с яростью. Его удары становились все более размашистыми, а Джаред продолжал защищаться. Да, легко и непринуждённо, но всё же защищаться.

Помня о сотне боёв, проведённых Джаредом на арене, у меня был только один вопрос: почему мой муж сдерживает себя, тогда как гость в весьма агрессивной манере напада́ет?

Что произошло, чтобы между ними возникла такое напряжение? Я бы даже сказала ненависть со стороны Дэниела?

Но вдруг в одно мгновение всё переменилось. Я не знаю, какой финт сделал Джаред, но вот уже Дэниел лежит на земле, а у его горла сабля Джареда.

И два пылающих ненавистью взгляда мужчин были кульминацией этого поединка.

— А ты неплохо дерёшься для принца такой закрытой страны, — со злой иронией хрипло проворчал Дэниел. — Как будто бы всю жизнь готовился.

— А я и не принц. Я Владыка, — веско заявил Джаред, протянув руку Дэниелу, чтобы тот мог встать. — И я всю жизнь готовился, что однажды может кто-то прийти и попробовать отобрать то, что принадлежит мне. У меня, знаешь ли, есть несколько братьев-бастардов, которые были бы рады усесться на трон вместо меня.

Дэниел проигнорировал протянутую руку и встал сам. Тяжело дыша, мужчина согнулся, поставив руки на колени, и исподлобья посмотрел на Джареда.

Напряжение между мужчинами стало ощутимым, как натянутая струна.

Их дружеские шутки, которые я слышала всего несколько минут назад, исчезли, уступив место ледяной враждебности.

Я не понимала её причин, но они оба прекрасно понимали друг друга. И ненавидели.

— У меня тоже была сестра. Когда-то. И я тоже очень не люблю, когда кто-то приходит и забирает себе то, что моё, — прорычал в ответ Дэниел. — Без спроса. А ведь мы считали её погибшей.

Я заметила, как его глаза сверкнули, а мускулы напряглись, как у зверя, готовящегося к прыжку.

— Сочувствую и прекрасно тебя понимаю, Дэниел, — спокойно ответил Джаред, и его голос был холодным, как сталь. — Мне жаль, что у тебя БЫЛА сестра и что ты её потерял. У меня вот есть жена. И мы счастливы с ней. И я буду до последней капли крови защищать то, что принадлежит мне. То, что мне дорого. И тебе бы посоветовал когда-то поступить также, но, видимо, поздно.

Я почувствовала, как внутри меня всё сжалось.

Их слова, полные скрытых угроз, казались мне острыми, как лезвия их оружия. Я не могла понять, что именно стало причиной этого конфликта.

Почему Дэниел так ненавидит Джареда? Почему Джаред отвечает ему тем же?

При чём тут какие-то братья-бастарды и какая-то умершая сестра?

Почему-то мне казалось, что я как-то причастна к спору, но не понимала как. Я явно не являлась объектом романтического интереса для Дэниела. Вчера за ужином он почти не разговаривал со мной, изредка скользя по мне взглядом, как и по другим девушкам.

Если честно, вчера у меня создалось чёткое впечатление, что на ночь он останется с Ариадной: ловкая и бесстыдная девица быстро переключилась с Джареда на Дэниела, когда поняла, что мой муж её игнорирует.

Но при этом я испытывала лёгкую гордость за мужа: он казался более уверенным и сильным в этой ситуации, сохраняя ледяное спокойствие с виду, тогда как лицо Дэниела выдавало весь спектр эмоций.

— Ты мне посоветовал бы защищать? — усмехнулся Дэниел, его лицо исказила презрительная улыбка. — Учту. Очень ценный совет, Владыка.

В этот момент я увидела, как Джаред напрягся, его глаза потемнели от ярости.

Я затаила дыхание, не в силах отвести взгляд от этой сцены, хоть я отчаянно желала, чтобы кто-нибудь остановил этих безумцев.

— Прекратите, — внезапно прозвучал голос Бэй Лэйя. — Это не может продолжаться. Это не то, ради чего мы здесь, не так ли, Дэниел?

Глава 39

— Ты прав, Бэй Лэй, — внезапно сник Дэниел. — Прости, Джаред, если мои речи показались тебе агрессивными. Потеря сестры — это моя больная точка. Незаживающая рана. Я чувствую свою вину за это.

— Понимаю, — медленно протянул Джаред. — Всё нормально. Предлагаю искупаться, а за обедом обсудить ваши предложения по храму Ошера.

Я напряглась. Храм Ошера? Это тут при чём вообще?!

Хотя… Вера в бога хаоса и порядка скорей всего простирается и за границами нашего Сул'Таара. Так что вполне возможно, что в Айцерне тоже в него верят.

— Джелин, дорогая, — с улыбкой обратился ко мне Джаред, — мы скоро будем обсуждать с гостями некоторые теологические аспекты нашей веры. Я хотел пригласить твою мать, как представительницу от храма Ошера. Если ты хочешь увидеться с матерью, то можешь присутствовать.

Видеть мать я категорически не хотела, а вот присутствовать на каких-то важных переговорах — очень.

Я же сама просила Джареда посвящать меня в государственные дела! Глупо будет отказываться при первом же приглашении со стороны мужа. Да и мать вряд ли закатит истерику при Владыке, ведь так?

— Благодарю за возможность, мой муж. Я обязательно приду, — произнесла я, стараясь говорить уверенно, хотя в душе́ меня терзали сомнения.

— Отлично, — сказал он, оборачиваясь к Дэниелу и Бэй Лэйю. — Давайте сначала искупаемся и немного отдохнём, а затем соберёмся за обедом в Рубиновом зале. Джелин, распорядись.

Меня удивила лёгкость, с которой Джаред, по сути, отдал мне команду. Вот ведь, настоящий Владыка! Это, пожалуй, нужно будет потом обсудить.

А потом я подумала, что возможно, это форма доверия, ведь муж впервые попросил меня о чём-то. М-да, форма, конечно, страдает, но вот содержание приятно.

Когда мы собрались в Рубиновом зале за обедом, сразу стало понятно, что беседа будет жаркой.

Странное, непонятно откуда взявшееся напряжение между