«Ого, а как ты стал работать на совет?»

«Моя альфа умерла от старости пару сотен лет назад…»

«Подожди, сколько? — прервала я его, смотря во все глаза на молодого парня. — Я думала, тебе восемнадцать, не больше».

«Мне семьсот лет, — спокойно ответил он, водя руками над моим телом. — Первые двести лет я жил в стае отца, а после его смерти сам ушел к альфа-самке в соседнюю стаю. Оба её сына родились обычными волками, а ей нужен был наследник. Она уже была у нас несколько раз и просила, чтобы отец меня отпустил к ней. У нас уже наладились хорошие дружеские отношения. Но отец переживал, что ко мне в её стае будут плохо относиться, и не разрешил. А после его смерти по закону я имел право выбора. И выбрал её. Сделал ей наследника. У нас с ней были очень теплые отношения. Вместе с Аллой мы прожили триста лет. Воспитывали дочь — альфа-самку Марину Исину. Ей и перешла стая по наследству от матери. А я опять был перед выбором. Либо остаться в стае дочки, либо работать на совет. Я выбрал совет. Потому что уже до этого не раз помогал омегам, особенно при беременности в других стаях. С тех пор у меня появилась официальная должность — целитель для омег».

«Ты так молодо выглядишь. — Я во все глаза рассматривала парня. — Только зачем тебе очки? Со зрением что-то?»

«Нет, — улыбнулся он мне, продолжая сосредоточенно водить руками над всем телом и вызывать щекотных мурашек. — Это имиджевые. Очки придают мне хоть немного возраста — по крайней мере, мне так кажется, — смущенно добавил он».

«А что ты делаешь? Почему мне щекотно?»

«Я сканирую тебя своей силой».

«Что за сила такая?» — не поняла я.

«Все омеги — целители. У всех у нас есть эта сила. Мы испокон веков лечили всю стаю. Детей, стариков, всех волков».

«А я тоже так могу?» — опешила я.

«Да, — кивнул он. — Но тебе надо учиться. Зайдешь на наш форум, там всё узнаешь. Только не говори о нем своим альфам. Это наш секрет».

«Почему вы скрываете это?» — не поняла я.

«Потому что они могут решить, что мы опасны, и начать нас уничтожать. Когда-то это уже было. И мы решили, что больше не стоит их провоцировать. Альфы любят всё держать под контролем и не терпят чего-то, чего сами не понимают. И лучше оставаться для них слабыми и нужными для рождения будущего поколения альф, а также как учителя для малышни и целители для стариков, чем непонятными и опасными существами».

«Так мы все-таки слабее альф?» — решила уточнить я, вспомнив выпад своей омеги.

«Физически — да», — ответил Николай и подмигнул мне.

«А почему моя волчица умудрилась вызвериться вчера на альфу и он не стал с ней спорить, даже извинился?»

«Во-первых, ты и есть волчица, — посмотрел он на меня очень внимательно и добавил: — И чем скорее ты это примешь, тем легче тебе будет жить».

«Тебе легко говорить, ты с рождения знал, кем являешься. А я узнала только несколько дней назад и до этого считала себя человеком, а не оборотнем. И ты так и не ответил на мой вопрос».

Николай посмотрел на меня неодобрительно, но всё же сказал:

«Пока ты беременная, альфы инстинктивно не посмеют тебя тронуть. И будут защищать ценой своей жизни. И да, кстати, это шанс для тебя сейчас с ними стать намного ближе. Стать лучшим другом. Любимой женщиной. Если же будешь слишком сильно на них огрызаться и не пожелаешь пойти на компромисс, то после беременности они могут очень быстро про тебя забыть. Да, ты останешься в их стае, но лишь для того, чтобы растить малышню и помогать старикам. Однако на что-то более уже не сможешь рассчитывать. Когда Алла была беременной, — я заметила, как в глазах Николая мелькнула печаль, — я старался находиться рядом. Быть для неё необходимым. И поэтому наши отношения укрепились. Из друга я превратился в любимого мужчину. Альфа-самки особенно остро переживают, когда становятся беременными. А уж когда щенят рожают, так там и близко опасно подходить, могут убить. Однако Алла меня подпустила к дочке. Это было хорошее время».

«Мне жаль», — искренне сказала я.

«Я уже давно смирился с её потерей. Две сотни лет прошло» — ответил целитель и, убрав руки, вслух сказал:

— Беременность протекает нормально. Токсин из организма полностью ушел. Обязательно пей настои. Они общеукрепляющие. И старайся не есть ничего экзотичного. Побольше прогулок на свежем воздухе. Поменьше стресса.

Глава 12

Больше нам с целителем «поговорить» не удалось, потому что вернулся Матвей и выпроводил его.

А меня заставил выпить те самые травы, что принес целитель. А пахли они самой обычной ромашкой с примесью тысячелистника, которые мне тетка и так заваривала вместо чая почти каждый день.

Ну и, конечно же, мы позавтракали.

— Ты сам готовил? — удивилась я настряпанным оладьям.

— Конечно, — пожал плечами оборотень, как будто это что-то обыденное для него. — Почему ты так удивлена? — усмехнулся он, пододвигая ко мне ближе пиалу с янтарным медом.

— Ну, среди людей редкие мужчины любят готовить, — ответила я, чуть ли не закатывая глаза от удовольствия.

Выпечку я всегда обожала. Жаль, но из-за вечной спортивной диеты редко себе позволяла такую роскошь.

— Нас с Тимом отец учил готовить. Это его хобби, он обожает удивлять разными необычными блюдами маму. Ну и нам тоже перепадало немного, — добавил он, явно с ностальгией вспоминая прошлое.

— Это так необычно слышать, — только и смогла сказать я. — Я почему-то думала, что волки-мужчины и близко не подходят к плите.

— Вообще-то у волков нет особого разделения на гендерные роли, как у людей, — начал пояснять Матвей. — У нас самки точно так же сильны, как и самцы, а порой даже сильнее. На охоту мы все ходим вместе, готовим еду тоже вместе. Это нормальная практика. Чаще всего работой по дому загружают молодежь или стариков, если они еще не сильно ослаблены. И неважно, самки это или самцы.

— А как же омеги? — нахмурилась я.

— Омег от физического труда всегда старались держать подальше: вы слишком слабые. — Задача омег — это присмотр за детьми, их обучение, а также лечение стариков.

— То есть, если я захочу преподавать или заниматься целительством, вы не будете против? — решила уточнить я.

— Конечно же, нет, — приподнял брови мужчина. — Наоборот, только за. Но строго в пределах стаи, — тут же