есть дохрена народу, который просто некуда приложить, потому что промышленности-то нет. И вот, с этой стартовой точки, начинаются действия КПК по выправлению ситуации. Ввиду того, что практически всё национальное благосостояние съели войны, остался только один доступный источник средств на индустриализацию — крестьянство. Отсюда и „Большой скачок“ — великий Мао критиковал СССР за фокус на тяжёлую промышленность и начал индустриализацию с китайской спецификой — с фокусом на лёгкую промышленность, а также индустриализацию сельской местности. Отсюда, кстати, массовая выплавка стали крестьянами на сыродутных печах. Это был очень тупой ход, потому что крестьяне должны сеять и жать, а не тратить всё своё время на низкоэффективную выплавку дерьмового качества стали. Логика тут в том, что если кто-то в селе не работает в поле, то за него это должен делать кто-то ещё. Естественно, „Большой скачок“ провалился и был обречён на это с самого начала — если в селе на поле не все, то голод гарантирован. В общем-то, у великого Мао была мечта — стереть границу между городом и селом, чтобы достичь коммунизма одним решительным скачком, но, на первоначальном этапе, за счёт эксплуатации села. И в это же время, КНР была разделена на два мира — городской и сельский. Городские жили при развитом социализме, причём это я говорю без шуток, а сельские жители выживали, потому что у великого Мао было дохрена идей на их счёт… Собственно, после ухода Мао, система прописки никуда не делась, потому что она работает — где ещё взять столько почти бесплатных рабочих? Сельские жители стремились и до сих пор стремятся попасть в города, потому что в селе долгое время царила нищета на грани голода, а горожане в это время кайфовали — и кайфуют до сих пор. То есть, для селянина сменить прописку — это значит добиться успеха и устроить себе жизнь. И селяне готовы усердно работать даже за шанс закрепиться в городе. Так КНР получила несколько сотен миллионов крайне дешёвых рабочих, за счёт которых и происходят все эти „экономические чудеса“. По данным за 2024 год, число мигрантов-рабочих (так там называют селян) в КНР составило 299 миллионов человек. Во второй книге этого цикла я писал сравнение с двумя Российскими Федерациями +12 миллионов, но это не совсем верное сравнение. Нагляднее это звучит так: две Российские Федерации +12 миллионов, но где каждый гражданин — это человек трудоспособного возраста, готовый вкалывать за копейки или даже за надежду на копейки. В России, по данным за 2024 год, 76 миллионов человек трудоспособного возраста, поэтому, с помощью арифметики, мы можем установить, что на экономическое чудо КНР трудятся почти четыре Российские Федерации, а не две. А если учесть, что в России далеко не каждый готов вкалывать без выходных, по 12-14 часов в сутки, за нищенскую зарплату, то можно увеличить количество Российских Федераций, трудящихся в Китае ещё на несколько штук. Вот такая вот загогулина, уважаемый читатель…

Глава девятая. Орудия разрушения

*СССР, РСФСР, город Москва, Кремль, Сенатский дворец, 11 февраля 1992 года*

«Союз, к этому моменту, уже должен был быть надёжно мёртв», — задумался Жириновский, откинувшись на спинку кресла. — «Стервятники уже должны были пировать на его руинах, азартно деля социалистическое имущество».

Но скоро вторая половина февраля, а Советский Союз всё ещё здесь, не мёртв, пусть и чувствует себя не очень хорошо.

Экономика упорно пытается рухнуть в пропасть, но ГКО разработала комплекс методик по недопущению этого — сильно помогает строгая дисциплина бюджета, с безжалостным пресечением неосвоения и перерасхода средств. Это не панацея, но очень мощное симптоматическое лечение, способствующее более мягкому ходу экономических реформ.

— Интересно, что сейчас делают прибалты… — произнёс Геннадий Орлов, сидящий на диване и увлечённо играющий в «Тетрис».

Эту сравнительно примитивную портативную игровую консоль серийно производят в НПО «Интеграл», в Минске — производство расширяли в течение полутора лет и сейчас объём выпуска исчисляется пятью сотнями тысяч единиц в месяц.

ГКО верно рассчитала внутренний спрос, но недооценила экспортный потенциал — население выкупает всё практически мгновенно, поэтому товары не задерживаются в универмагах и кооперативных магазинах, а спрос на поставки изделий в дружественные страны сильно превышает возможности промышленности.

— Эх… — с сожалением вздохнул Орлов, когда консоль издала сигнал о провале.

— Что делают прибалты, говоришь? — переспросил Жириновский, отвлёкшийся от таблицы на экране. — Вроде бы, у них всё стихло.

В Прибалтике, после резкого обострения внутренних противоречий, всё пошло на спад. Реальную гражданскую войну затевать никто не хотел, но столкновения начались, а затем ТАСС передал заявление, что возвращение стран Прибалтики обратно в состав СССР невозможно и обсуждаться этот вопрос не будет.

Но многим уже стало ясно, что оставаться там нельзя, поэтому усилилась эмиграция из Прибалтики на Запад. Люди переезжают в ФРГ, Австрию, Францию, Великобританию, Испанию и даже в Португалию, лишь бы подальше от тяжелейшего экономического кризиса.

Только вот европейцы не очень рады мигрантам, что очень опрометчиво с их стороны — пока что, они ещё не до конца осознали, что Европу ждёт депопуляция, бороться с которой нужно уже сейчас.

От Прибалтики, с её малочисленным населением, в этом отношении мало толку, но это хоть что-то, для начала.

Когда осознание придёт, будет уже поздно — в воспоминаниях Директора есть сведения, что та же Западная Европа, в его последние годы насчитывавшая около 200 миллионов населения, устойчиво теряла людей и сохранение темпов депопуляции обещало сокращение населения до 130-140 миллионов к 2100-му году.

Но важнее даже не численность населения, а его возраст — ожидалось, что средний возраст западных европейцев в 2100 году составит 50 лет, то есть, людей возрастом свыше 65 лет будет около 30%. А это уже неподъёмная нагрузка на здравоохранение и социальное обеспечение.

«Не хочу такого же будущего для Советского Союза — нужно менять что-то в головах людей и способствовать росту естественного воспроизводства», — подумал Жириновский, почесав подбородок.

— Хорошее ты нам прорубил окно в Европу… — произнёс Орлов, вновь начавший играть в «Тетрис».

Он имеет в виду новый канал для засылки нелегальной агентуры в страны Европы. Массовая миграция прибалтов позволяет засылать десятки и сотни подготовленных агентов, которые распространяются по всему Западу и начинают свою шпионскую деятельность в разных отраслях.

Роберт Майкл Гейтс, относительно новый директор ЦРУ, даже сделал официальное заявление, в котором предупредил, что КГБ и ГРУ СССР не спят и пользуются новой возможностью, поэтому принимающим мигрантов